Игры чародеев
Шрифт:
– Скоро придем, – словно прочитав мои недовольные мысли, громко крикнула Ольга.
Дорога круто пошла вверх – мы явно поднимались на один из перевалов. Вытирая маленькие потоки дождевой воды, ручьями скатывавшиеся с моих волос на лицо, я продолжал безропотно шагать в гору.
Достигнув вершины и встав на ровную поверхность, девушка наклонилась вперед, упершись в деревянный альпеншток, и тяжело дыша. Дождь к этому моменту как раз ненадолго прервался.
– Совсем форму потеряла, – задыхаясь бросила она. – Раньше я сюда почти бегом поднималась.
Восстановив
– Ложись. Головой – туда, – Ольга указала в сторону, где из-за линии горизонта неторопливо поднималось солнце.
Я покорно лег на плед. Ольга нанесла мне на ладони какие-то непонятные знаки.
– А сейчас не бойся, хорошо? – она стянула шарф, который обхватывал её шею. – Мне понадобится слегка удушить тебя до потери сознания, – сказала она.
– Что? – взволнованно спросил я, занимая сидячее положение.
– Для ритуала ты должен быть без сознания, – повторила Ольга. – Прости, но ни хлороформа, ни снотворного у нас в деревне нет. Мне придется тебя вырубить.
– Нет-нет-нет, секундочку, – несогласно завертел руками я. – Никаких удуший. Ты же запросто можешь не рассчитать силы и отправить меня на тот свет.
– Всё будет нормально, – продолжала настаивать Ольга. – Я сто раз так делала.
– Да это безумие, – не сдавался я. – Нет, исключено, о таком мы не договаривались.
Боковым зрением я заметил, как к нам быстрыми шагами приближался стоявший до этого в стороне Максим.
– Устроили тут дочки-матери, – услышал я недовольное бормотание. – Без сознания – так без сознания.
Я обернулся и увидел, как его мощный кулак летел в сторону моего подбородка. И через секунду я не видел уже ничего.
Сначала вокруг была темнота и пустота. Не знаю, стоял я на земле, или же падал в бесконечную бездну. Затем очень-очень далеко впереди появилось едва различимое красное пятнышко, которое постепенно становилось всё крупнее и крупнее.
Что-то медленно приближалось ко мне.
В темноте начали проступать черты странного создания. Его квадратная голова с огромным ртом и красными, горящими глазами, рыхлый гигантский корпус и короткие ноги как будто состояли из разрубленной на мелкие куски каменной глыбы. Казалось, что это существо сложили из отдельных камней и скрепили ярким огненным светом, который теперь источался из многочисленных прорезей, щелей и отверстий, покрывавших монстра с ног до головы.
Это был Голем – бесчувственное каменное изваяние, в которое легендарный алхимик древности непонятным образом сумел вдохнуть жизнь. Голем встал напротив и с высоты своего роста принялся разглядывать меня красными светящимися глазами.
– Идем, –
Я тут же обернулся и увидел длинную череду массивных, деревянных дверей. Их были тысячи – и они тянулись прямой линией вдаль, уходя в глубину окружающей темноты. Двери словно парили в воздухе в два ряда – по левую и правую руки от меня – образуя некое подобие коридора.
Медленно наступая на темноту под ногами, я двинулся следом за големом, и мы неспеша пошли вдоль этого странного коридора. Я внимательно разглядывал двери, мимо которых мы проходили. Не смотря на кромешную темень вокруг, я легко различал цвета этих дверей: в основном они были серыми или черными. Светлых дверных полотен было совсем немного. Каждую дверь украшали сложные резные орнаменты и тяжелые ручки, некоторые из которых были покрыты пылью, другие же, наоборот блестели от частого использования.
– Сюда, – Голем указал на одну из дверей светлого цвета. – Иди.
Спорить я не стал.
Надавив на тяжелую позолоченную ручку, я открыл дверь, за которой простиралась всё та же зияющая темнота, и сделал шаг вперед.
«Смотри, – я увидел приветливое лицо мужчины. Он смотрел на меня карими глазами, в которых чувствовалась любовь и забота. – Ты складываешь руки вот так, а затем произносишь заклинание. Но главное – думай о предмете. Поняла?»
«Да», – ответил я тонким девичьим голосом.
Я видел воспоминания Алисы её собственными глазами!
Ощущения были очень странными: я находился в её теле, чувствовал движения рук, напряжения мышц, дыхание и сердцебиение – но не мог ими управлять, словно оказался безвольной марионеткой в чужих пальцах. Мне оставалось только наблюдать.
«Ну давай, попробуй ещё раз», – сказал мужчина.
«Auruma urelium, – громко произнесла заклинание Алиса и лист бумаги, лежащий впереди зашевелился и переместился немного в сторону. – Папа, я смогла!».
«Умница! – мужчина подхватил дочку на руки и начал кружить по комнате. – Ты прирожденная волшебница».
Воспоминание резко прервалось, и я снова очутился в темноте между двух рядов дверей.
– Идем, – уже знакомым безразличным тоном скомандовал Голем.
Мы подошли к другой двери – на этот раз полотно было окрашено в темный, практически черный цвет. Не дожидаясь команды каменного истукана, я зашел внутрь.
В этом воспоминании было пасмурно и холодно. Дождь ещё не начался, но казалось, что он вот-вот забарабанит по земле своими каплями. Алиса подняла голову и посмотрела на печальное лицо стоявшего рядом отца. По сравнению с предыдущим воспоминанием, оно сильно изменилось: от прежней приветливости не осталось и следа. Мужчина глядел прямо и крепко держал дочь за руку. Они прошли через железные ворота, на вывеске которых было выковано незнакомое мне слово «Бешикташ», а затем свернули на небольшую аллею, по обеим сторонам которой тянулись многочисленные надгробья.