Игры Черта
Шрифт:
— И только не нужно мне говорить, что ты философствующий сантехник! Мы оба знаем, что это не так, — как я возненавидела себя после того, как совершенно непристойным образом пьяно захихикала. Не быстро ли я опьянела?
— Ты знаешь обо мне достаточно. Даже больше, чем хотелось бы, — мрачно заявил он в ответ.
Подобное заявление должно было меня как минимум задеть, но когда Демьян посмотрел на меня, мое сердце на мгновение замерло, внизу живота встрепенулось желание.
— Почему? — я старалась выглядеть серьезно, но стопроцентно вид у меня от этого стал еще более жалкий. Демьян —
— Потому что тебе не понравится то, что я могу рассказать.
Он замолчал. Голова кружилась, мешая сосредоточиться, но разве самое главное не то, что он здесь, со мной? И то, что я сейчас могу дышать, наслаждаясь его близостью — полностью его заслуга. Чтобы выиграть время я поднесла кубок к губам и сделала несколько неторопливых глотков. Потом внимательно на него посмотрела, пытаясь мыслить трезво, что в данный момент было крайне сложно.
— То, что ты можешь рассказать о себе, не может быть настолько ужасно.
— Смотря, с какой стороны посмотреть. С моей — не будет, а вот ты можешь испугаться.
— Демьян, тебе не нужно сомневаться. Я смогу принять любую правду о тебе.
— Какую правду ты хочешь услышать?
— Любую. Я хочу понять тебя.
— И ты поймешь. Но не сейчас.
— Но ты расскажешь мне все потом?
— Как только ты будешь готова.
Скорее всего, он заметил, что я поникла, потому что, мягко улыбнувшись, добавил:
— Ты не сразу поняла Навь, так? А я — ее отражение. Моя суть двойственна, и я не могу сказать чего во мне больше: Света или Мрака. Я не хочу напугать тебя.
Немного подумав, я одобрительно кивнула.
— Согласна. У каждого должно оставаться личное пространство.
В Демьяне есть что-то дьявольское, то, что притягивает, завораживает. А его глаза, гипнотические, волнующие, они могли ввести в заблуждение, увести от разговора, даже что-то внушить, но я хотела быть обманутой ими.
— Ты готова искупаться?
Если честно, то я была готова, во всех смыслах, и восхитительное опьянение помогло мне стать раскованней. Улыбнувшись Демьяну, я поднялась и медленно подошла к ступенькам, ведущим к горячим бассейнам. Вода шумно падала вниз, поднимая в воздух клубы теплого пара. Я сняла пояс, бросила его на пол и, спускаясь вниз, стянула лямки сарафана на плечи. Легкая ткань скользнула на талию, оголяя грудь и спину. Я переживала, что мое тело не покажется ему достаточно сексуальным, боялась, что выгляжу глупо и жалко. По сути, не зная ничего ни о нем, ни о его прошлом, я могла, опираясь на его внешние данные, только предположить, что недостатка в женщинах он не испытывал. Что уж говорить о маленькой конопатой смертной? Сделав глубокий вдох, обернулась.
Демьян наблюдал за мной. Вид у него не был ни смущенным, ни тем более застенчивым. Он оценивающе смотрел на меня, потягивая настойку. И судя по всему, ему нравилось то, что он видел. Закусив губу, я приказала себе переключиться с режима «неуверенности» в режим «соблазнения» и качнула бедрами. Сарафан упал у моих ног, я перешагнула через него.
— Ты идешь?
Демьян улыбнулся и, растягивая слова, произнес:
— Да, иду.
Однако не сдвинулся с места.
— Я жду, — сладко пропела
Дно покрывал песок, что не могло не радовать. Стараясь не торопиться, я все глубже погружалась в теплую бурлящую воду и улыбнулась, потому что сзади послышался всплеск воды. Тело заныло, когда тепло пальцев Демьяна, тронувших мое плечо, разлилось во мне предвкушением. Невероятно нежно его руки ласкали мое тело. Происходящее походило на сладкий эротический сон, потому что я никогда не испытывала столь изысканного наслаждения. Желая увидеть его лицо, я обернулась. Его глаза горели желанием, и я, почувствовав себя очень соблазнительной, потянулась к нему, а он… прижал меня к себе. В его прикосновениях чувствовался близко знакомым мне горячий соблазн.
Порывистым движением он приподнял меня за талию и прислонил спиной к каменному плоскому краю источника, и я, не дыша, обхватила ногами его бедра, растворяясь в горячем прикосновении.
— Ты нужна мне, — голос Демьяна стал низким от желания.
Мое тело тут же откликнулось на его заявление, вспыхнув жаром желания. Его губы приблизились к моим и замерли, пока я задыхалась от сумасшедшего возбуждения.
— Пообещай, что несмотря ни на что, не пожалеешь об этом.
— Да, да… — шептали мои губы, разум находился на пике блаженства, тонул, увязал в нем…
— Скажи, — он взял меня за подбородок, вынуждая открыть глаза и посмотреть на него.
Вот тут моя застенчивость окончательно испарилась.
— Демьян, черт возьми! — простонала я. — Я жалею только о том, что ты так много болтаешь!
— Я могу сделать так, что ты потеряешь сознание от наслаждения, но мне нужно знать, что потом не отвергнешь меня.
Неуверенность, с которой он произнес эти слова, ошеломила меня. Можно ожидать подобных разговоров от кого угодно, но только не от самого потрясающего мужчины!
— Отвергну тебя? — опешила я. — Демьян, я не откажусь от тебя, даже если мне пригрозят кровавой расправой!
— Все гораздо сложнее.
— Сложности мы оставили на потом, помнишь?
— Пообещай, — настойчиво повторил он, и я с удивлением увидела в его глазах страх.
— Обещаю.
— Ты будешь моей, — прошептал он, с едва слышимыми нотками сомнения в голосе. Его пальцы пробежались по моей шее, опускаясь к груди.
Он дразнил меня.
Искушал.
— А ты моим, — выдохнула я и, не выдержав, обхватив его затылок рукой, властно притянула к себе. Его губы шевельнулись и с нескрываемой страстью впились в мои.
Дыхание сбивалось, а я крепче прижималась к нему, всем телом ощущая жар его кожи, густой и такой близкий жар. Захлестнувшие меня ощущения потрясали, я задрожала, и Демьян самодовольно зарычал. Эту чашу восторга невозможно испить. В ней появилась новая порция восхитительного напитка, с все более соблазнительным привкусом. Губы касались огня, пламени, и я хотела сгореть…
Его мышцы вздрагивали под моими ненасытными пальцами, а возле моей груди неистово колотилось его сердце. Я готова была целовать его бесконечно, каждый сантиметр безупречного тела, с такой страстью отзывающегося на мои ласки.