Иллюзион
Шрифт:
Разум, несомненно, управляет человеком. Но иногда человек напивается — и тогда разум в пролете, рулят инстинкты. А они у меня, как у всех нормальных людей, примитивные до тошноты. Подраться и потрахаться, желательно с представителем биологического вида хомо сапиенс-эротикус. Второе желание обломалось, хотя в принципе сеть кишит хакерскими порномодулями — но я никогда не задумывался о том, как их достать, не засветившись перед виртуальной полицией. Остается первое, виртуальная драка — развлечение всех недоделанных избранников судьбы. Но для чего судьба обычно избирает
Надеть наушники, очки — что там еще? Запутаться можно в этих проводах. И чего я не купил себе аппаратуру поновее, с дистанционным контактом? Деньги берег. А на что берег, спрашивается? На поездку с Викой на Сицилию? Тьфу! Поеду с Маринкой в Васюкинск. Ничего, что сердито, зато дешево. Епс, да где же эта менюшка! Ага, вот. Подводим курсор... рука дрожит, падла. Врезать бы молотком! Ничего, сейчас войдем в сеть — и начнется кровавый беспредел! На недетские игры аккаунт платный, ну да мне не жалко, хоть развлекусь. Ну, даешь коннект! Давай, давай, хост найден, идет загрузка, инициализация... Что за хрень?!
Я выпал из кресла, получив неслабый удар по мозгам, оборвавший мой примитивный и жалкий, как детский мат, депрессивно-агрессивный поток сознания. Есть такой термин — виртсатори, виртуальное просветление, когда через сеть неожиданно прорывается нефильтрованный блок информации, слишком мощный для восприятия. Поскольку в момент подключения к сети мозг находится в состоянии гиперактивности, то результатом является сильный психический шок, приводящий к потере сознания, иногда с последующей амнезией.
Самое интересное это то, что подобные выбросы информации зачастую производят некие сдвиги на уровне подсознания; многие пострадавшие открывали в себе чуть ли не экстрасенсорные способности, хотя большинство ничего не открывало, а закрывало свою нормальную жизнь, становясь психически неполноценными людьми. Так или иначе, в последнее время в связи с возросшей надежностью Омнисенса подобные случаи почти прекратились, Но мне, конечно, повезло.
\Encounter
• Openfile 'encounter.live'
• Be sure that your video codec support reality plug-in
Я обнаружил себя сидящим на полу и бессмысленно перебирающим пальцами обломки дорогой импульсной клавиатуры. И как это я умудрился расколотить ее? Осторожно проинспектировав свою голову, я отметил, что она не разделила участь клавиатуры, да и думать не разучилась, судя по копошащимся в мозгу вопросам типа: «Что это было, и откуда взялась эта тряпочка?»
Эта тряпочка, кстати, была не лоскутком воздушного шарика, а порванной рубашкой, частично еще цепляющейся за мои плечи. Я мысленно вообразил картину — бухой программист, усевшись за компьютер и трясущимися руками законнектившись, вдруг вскакивает, начинает рвать с себя рубашку и крушить клавиатуру, а потом сползает на пол с
С предосторожностями, достойными гуттаперчевого мальчика, боящегося рассыпаться кучкой гремящих костей, я встал с пола. Монитор мерцал звездной ночью скринсейвера — хорошо, что я не задел дисплей во время припадка. Пусть у меня не голографический проектор, но качественный экран на светодиодах стоит тоже немало.
Я думал о всякой ерунде: о головной боли, о деньгах, отложенных на отдых, о звонке приятеля, который записан на автоответчик, и о чем-то еще, прежде чем понял, что смотрю неотрывно в монитор. Пальцы сжали край стола — дешевой доски из прессованной стружки, обклеенной фанерой. Мой монитор... исчез. Вместо него на столе — тоже еще вопрос, почему ДСП, а не качественный деревянный стол, который я купил полгода назад? — стояло какое-то допотопное чудовище, в корпусе из грязной пластмассы, когда-то серой, а теперь почти черной, с заляпанным маслянистыми пятнами экраном и уродливой задницей, в которой размещалась электронно-лучевая трубка.
Я чуть не рухнул обратно на пол. Дело даже не в том, что новенький светодиодник превратился в старый ЭЛТ-дисплей, которые уже лет пятнадцать но выпускают вообще, У меня на столе стоял мой, именно что мой старый монитор, который я десять лет как отнес на свалку. Я прекрасно помнил черный квадратик, оставшийся от украшавшей морду монитора наклейки, которую я оторвал перед тем, как выкинуть старичка. Я глубоко вздохнул и отвел глаза в сторону, надеясь успокоиться при виде привычных предметов обстановки. Не тут-то было.
Квартира выглядела так застойно, будто ее не убирали со дня смерти Брежнева и не ремонтировали со дня его рождения. Грязный облупившийся потолок, отставшие порванные обои, облезлая мебель — диван-развалюха и пара кресел-инвалидов, в клочьях вылезшей обивки и пятнах осыпавшейся с потолка штукатурки. Ковер на полу был связан не иначе, чем из кошачьей шерсти, собранной по заборам, об которые уличные мурзики терлись боками, и по-кошачьи пронзительно вонял. Куда делся скромный, но аккуратный интерьер, чистые стены и гладенький навесной потолок? Я сел на диван, дико озираясь, — старые пружины тоскливо заныли, заставив меня схватиться за голову.
Счастье, что обстановка у меня в квартире была не слишком богатая, иначе обилие перемен меня бы просто убило. Но и увиденного хватило, чтобы ужаснуться — в какой кошмарный сон я попал? Под мой блуждающий взгляд подвернулась почерневшая от пота пополам с грязью компьютерная мышь, которую я давно сменил на современный беспроводной манипулятор. Квартира и все предметы в ней преобразились, и самое ужасное, что преобразились в болезненно-знакомые формы.
От неожиданности я даже протрезвел и начал лихорадочно строить догадки. Социальный эксперимент — меня похитили из собственной квартиры и засунули в какую-то шарагу, чтобы принудительно ознакомить с жизнью низов общества? Ученые на секретном объекте осуществили сдвиг во времени, и я вернулся на десять лет в прошлое? Или просто меня переглючило от выпивки и компьютера?