Имир
Шрифт:
"-Блин, я же теперь как-бы за них в ответе", - подало голос мое воспитание.
Двинувшись в том же направлении, куда ушла Катя, я мысленно пытался абстрагироваться от переполнявших меня чувств. Воспоминание о том, как невзначай девушка спросила о том, хватит ли нам денег на наем курьера, и мое хвастливое, что на моем счету почти полмиллиона галокредитов, заставило лишь сжать зубы.
Моя девушка, теперь уже бывшая девушка, только что выбралась с родной планеты с хорошим начальным капиталом, модернизированным телом и чистым гражданством.
Глава 25
Жалкие остатки на галосчету позволили арендовать жилой бокс на одном из средних ярусов торговой станции. В проходах было грязно, встречающиеся разумные сторонились нас так же как и мы их. Оказавшись втроем в тесном помещении, я только сейчас сообразил, что мы разного пола.
– В детдомах еще и не так тесно бывало, - обойдя мою замершую на пороге фигуру, Саша прошла вперед, по своему оценив причину моей заминки.
– Тем более, что по законам Звездной коалиции, мы теперь совершеннолетние, - добавила Марина, понявшая все правильно.
Девчонки самостоятельно разобрались как управлять кухонным комбайном. Встроенный в стену, он выдал серую буру, после того как проанализировал предоставленный ген код и выработал безопасный и питательный состав еды.
– Спасибо, - молча съев предложенное, я не смог остаться равнодушным к заботе обо мне.
– А насчет Катьки, она еще на Земле все решила, - убирая грязную посуду со стола, сказала Саша и видя возникшее на моем лице недопонимание, пояснила: - когда вещи паковали, она сказала, что как доберемся до космической станции, она покажет нам еще один мастер класс.
– Что?
– вырвалось у меня: - еще один?
– Ну, в первый раз было, когда мы в два ночи вернулись, а ты на радостях, что она не сбежала, даже не стал требовать назад свои 220 галокрон, - сказанное девочкой Сашей спокойным голосом, дало выход зациклившимся в моей голове мыслям.
До последнего момента я перебирал в памяти свои поступки, думая, что же я такого сделал или не сделал в последний день, что заставило Катю уйти. Но стоило мне расширить диапазон анализируемого промежутка времени, начав со дня нашего знакомства и заканчивая моментом отбытия с планеты, как сотни мелочей вылезли наружу.
Я не знал, каково это жить в семье, где есть достаток, где отец любит мать, а та остается с ним не потому что некуда идти, а потому что тоже его любит. Катя, по мере своих сил, пыталась создать подобный уют в нашей квартире, но сыгранные с фальшью ноты не настораживали меня, считавшего, что так и должно быть. Чем больше я находил подтверждений ее неискренности в своей идеальной памяти, тем меньшую боль испытывал. В конце концов осталось только сожаление, но не о том, что она ушла, а о том, что невозможно забыть о месяцах совместной жизни.
– Теперь зато понятно, что она имела ввиду, - подала
– И?
– подал голос проснувшийся во мне интерес.
– Ну, я про то, что с ее внешностью, а так же деньгами, можно отлично устроиться на какой-нибудь курортной планете, - обобщив сказанное Катей, детдомовка повторила чужие слова, сопроводив их кривляющейся мимикой и манерно-передразнивающим взмахом кистью руки.
Сначала я прыснул, потом улыбнулся и хмыкнул, затем хохотнул, после чего уже не мог сдерживаться и стал смеяться в полный голос. Обе подружки с удивлением, а потом и опаской, уставились на меня. Замахав руками, пытаясь показать, чтобы не обращали внимания, я сделал еще хуже. Детдомовки заняли оборонительную позицию, готовые защищаться, если спятивший я, на них наброшусь.
– Все нормально, - я поторопился их успокоить, стоило смеху слегка отпустить мои голосовые связки: - просто очень смешно.
– А что смешного, ты скажи, нам тоже не помешает посмеяться, - продолжая подозрительно смотреть в мою сторону, сказала Саша.
– Мы пока до бокса шли по коридорам станции, много встретили людей?
– спросил я.
– Ни одного, - ответила она.
– А из тех разумных, что вы видели, хоть один вам понравился?
– задал я очередной наводящий вопрос.
– Уродцы все, - Саша была категорична.
– Собаки какие-то и еще эти, на ящериц похожие, - Марина внесла свою лепту в разговор.
– Теперь представьте себе, кого будут видеть перед собой все эти инопланетяне при встрече с Катей?
– я довел свою мысль до конца: - она для них настолько же уродлива, насколько они для нас!
– Ой, - Марина прикрыла ладошкой рот, сдерживая смех.
– Сами они уроды, - Саша продолжала быть категоричной.
На торговой станции, висящей в космосе, не было дня и ночи. Свет в боксе выключался тогда, когда арендовавшие его разумные собирались спать. По времени Земли уже было утро, а мы еще не ложились. Устроившись вдвоем на полу, детдомовки пожелали мне спокойной ночи. Я тоже не долго ворочался на узкой шконке, но, несмотря на эмоциональное потрясение, заснуть удалось довольно быстро.
Первым делом, после того, как мы проснулись и позавтракали, встал вопрос что делать дальше.
– Сами-то вы на что рассчитывали когда в космос собирались?
– спросил я.
– Я Марину сопровождаю, - ответила Саша.
– Марина?
– переведя взгляд на вторую девочку, я решил услышать и ее мнение.
– Ну, так Катя сказала, - поняв, насколько нелепо это звучит в нынешней ситуации, она сникла.
– Ну а ты чем жить собирался?
– Саша тут же бросилась на защиту подруги.
– Пристроиться на космический корабль, - честно сказал я.