Имир
Шрифт:
– Или не захотели, - буркнул Глдут.
Пригубив через трубочку из собственного стакана, я постарался осмыслить информацию. Имея аналогию в виде наркотиков на Земле, мне было более менее понятно, какой эффект испытывают разумные, хоть раз посетившие поверхность курортной планеты. Уже сейчас, за моим столом сидело трое разумных, которых удерживало от немедленного посещения "курорта" только парсеки пустоты космоса. Очевидно, что даже посещение длительностью не более двух дней оказывалось достаточным, чтобы сделать разумного
– Я наверное воздержусь, - решив, что становиться "наркоманом" не хочу, сказал я.
Насмешливые взгляды и заключенное пари на то, сколько часов я продержусь на борту висящего на внешней орбите корабля, лишь укрепили меня в правильности своего намеренья.
– Ну Жэ! Ну поехали!
– если с собственными желаниями я мог совладать, то повлиять на здравомыслие малолеток мне никак не удавалось.
Стоило нам пришвартоваться к орбитальной станции, как наш корабль опустел. На борту изнывая от ломки присутствовала вахта в минимально возможном составе. Все остальные, включая даже капитана, уже были на поверхности курортного мира.
– У меня приказ, находиться на вахте, ничего не могу поделать, - разводя руками, я состроил сочувствующее выражение лица.
Накануне прибытия к курортной планете нам выпал сложный бой. Капитану впервые пришлось маневрировать, вступив в перестрелку с сохранившим подвижность судном. Полуразвалившийся линейный корабль сохранял маневренность до последнего момента, после чего совершил атакующий разворот, сместив в нашу сторону уцелевшую палубу с ракетными кассетами. Мне пришлось хорошенько выложиться, причем последняя из запущенных в нашу сторону ракет была сбита турелями активной обороны. Некоторые действия приходилось буквально предугадывать, так как капитан реально запаздывал с отдачей своих приказов.
Решив после этого проверить, как продвигаются дела у голубой подковы в копировании моих навыков управления силовым щитом, я оказался неприятно удивлен, так как увидел цифру в 53 процента. Судя по всему, работа во время боя не прошла бесследно и это дало свой результат. Впрочем, капитан оказался сильно недоволен процессом самообучения мемо-морфа и оставил меня на вахте, хоть и не показал виду из-за чего ко мне проявлена такая немилость.
Вахта "штрафников" состояла из меня, девчонок и еще пятерых разумных.
"-Отличный момент осуществить задуманное", - так как я был единственным офицером, то имел полное право проверить работоспособность всех боевых постов корабля.
Сопровождаемый двумя охранниками, закованными в броню с потускневшим розовым свечением меж сочленений, я следовал по коридорам корсара, мысленно прикидывая, что бы изменил в корабле, если бы стал его капитаном. Совершаемые мной действия очень способствовали подобным размышлениям, так как у каждого ложемента боевого поста я вводил приоритет своего Q, использовав скопированные
Не имея ментальной блокировки от имплантата, я получал доступ ко всем настройкам оборудования. Зная теперь, на примере голубой подковы, как это делается, я выставлял наивысший приоритет для команд к исполнению, подписанных моим Q. Даже капитан теперь имел более низкий приоритет, который, кстати, оказался не самым высоким. Было еще с десяток кодировок, которые могли отменить приказ владельца корабля. Кому они принадлежали и кто мог ими воспользоваться, я не знал, но самый вероятный ответ содержал в себе словосочетание "высшие расы".
– Ты так и не сошел на поверхность планеты?
– не веря случившемуся, четверо крупонов недоверчиво смотрели в мою сторону.
Четвертым в нашей компании теперь был астро Поомц. Раавт, Ормын и Глдут объяснили новичку кто я такой и какое участие принял в освобождении прежнего астронавигатора от занимаемой должности.
– Приказ капитана, заступить на вахту до сих пор не отменен, - безразлично ответил я.
– Иногда на него находит, - скорее для новенького, чем для меня, пояснил Глдут.
На орбитальной станции мы проболтались еще двенадцать часов, несмотря на то, что с поверхности планеты поднялись все члены экипажа. У капитана были какие-то дела с администрацией и он единственный, кто еще не прибыл на борт.
– Астро, маршрут сюда, экипаж, по местам, отправляемся немедленно!
– стоило Руц появиться в рубке, как приказы заставили всех шевелиться.
После отшвартовки и выхода на разгонные пути, капитан вызвал меня к себе в каюту.
– Жэ, я заключил с тобой контракт и был с тобой честен!
– начало мне уже не понравилось, Руц явно был взволнован и нервничал.
– Э, да?!
– не зная, что еще сказать, выдавил я из себя.
– Ты возможно не в курсе, но все капитаны состоят в том или ином клубе, - очевидно он и сам испытывал затруднения с формулировками своих претензий, из-за чего решил начать издалека: - мы поддерживаем друг друга, делимся информацией, а так же приходим на помощь тем, кто оказался в беде.
Я внимательно слушал разумного, параллельно спрашивая самого себя, а верит ли он сам в то, что сейчас говорит. Судя по тому, что я наблюдал до этого, инопланетяне были подобны стае гиен, каждый "рвал" то, что плохо лежит, не испытывая никаких угрызений совести. Расстояния в космосе были настолько велики, что шанс встретиться с обманутым разумным стремился к нулю. Тем более, что общепринятая практика не оставляла обманутому шансов на месть. В лучшем случае, разумный выбирался из неприятностей спустя пару десятилетий, тогда, когда память уже не так остро напоминала об обидчиках, а впереди имелись куда более важные дела, чем "остывшая" месть.