Имитируя визг
Шрифт:
У меня был выбор. Нарушить принцип и переступить порог заведения, куда соваться я считала ниже своего достоинства, зато иметь гарантированного провожатого, пусть и не совсем трезвого, или же следовать внутреннему стержню, объявившему меня стопроцентной трезвенницей и борцом за здоровый образ жизни, но бояться всю дорогу до дома, так как времена нынче неспокойные, а снег-то, как верно заметил Димка, почти весь сошел, особенно здесь. Темно, короче.
«Пить или не пить, вот в чем вопрос, – хмуро хихикнула я про себя. – Ладно,
– Сама дойду, – резюмировала я печально и зачем-то вслух и устремила свой дрожащий взор на темный, сроду ничем не освещавшийся переулок, через который мне и предстоит топать.
«Может, идти в обход? – пискнула внутри меня глупенькая мысль. – Ага, такой крюк делать! Идти в два раза дольше! И потом, во дворе-то все равно все фонари посшибали, темноты так и так не избежать».
– Что, отстала от компании? – насмешливо поинтересовался голос за моей спиной.
Я резко обернулась, настроившись встретиться лицом к лицу по меньшей мере с Джеком-Потрошителем, но передо мной предстали всего-навсего два парня и девчонка. Один из парней внимательно на меня глазел, другой обнимался с девчонкой. Последние двое, казалось, и не заметили моего присутствия поблизости.
– Одной в наше время ходить опасно. – Его синие глаза весело смеялись. Надо мной, что ли? Да нет, тут дело в другом. Просто человек навеселе. Тут побольше одной стопки будет.
– Я неплохо умею драться, – на всякий случай произнесла я строго.
– В самом деле? – прыснул он, обозрев мои пятьдесят кило при росте метр семьдесят.
– У меня черный пояс по каратэ, – стояла я на своем, припоминая мастеров восточных боевых искусств, чьи фигуры также не отличались особой тучностью.
– Ну мы погнали, – сообщил его друган, тот, что обнимал девчонку, они запрыгнули в неприметную «двенадцатую» и действительно погнали.
– А какой пояс идет перед черным? – проверял он меня на вшивость, распрощавшись с друзьями.
– Хм… – я глубоко задумалась, после чего ткнула пальцем в небо: – сиреневый?
Он рассмеялся.
– Не угадала. – Принюхавшись, я определила, что молодой человек был весел из-за хорошего настроения, а не по вине хмельного напитка, и паника меня отпустила.
Мы еще немного постояли. Мой новый знакомый закурил.
– Кстати говоря, оттого, что мы тут торчим, светлее не станет. Даже наоборот.
– Правда? Тогда я пойду, – промямлила я нерешительно, не двигаясь с места и продолжая понуро глазеть в еще сильнее потемневший переулок.
– Тебя проводить? – подмигнул он мне, приглаживая свои густые русые волосы. Парень был высок и хорошо сложен.
– Как хочешь, – пожала я плечами, но внутренне напряглась: чего ему от меня нужно?
– А далеко живешь-то?
– Нет, – покачала я головой. – Десять минут, если по прямой, дворами.
– Ну пошли тогда. – Мы сделали несколько шагов, но тут я остановилась. –
– А зачем тебе меня провожать? – Если вы еще не заметили, я мастер на дурацкие вопросы.
– Люблю светленьких, – отшутился он, зазывно мне улыбнувшись.
– А если серьезно?
– А я серьезно. Да и жалко тебя одну отпускать, мало ли что может случиться? – Он отбросил сигарету и выдохнул в атмосферу последнюю порцию угарного газа.
– Мало ли что может случиться, если ты меня не отпустишь? – осторожно заметила я и поспешно добавила: – Денег у меня с собой нет. И дома денег нет. И серьги у меня не золотые.
– Денег, говоришь, нет? Ну не беда, они у меня имеются. Если что, поделюсь, – хохотнул он.
– Не стоит, – фыркнула я и возобновила движение. Парень не отставал, таким образом мы подобрались к дороге. – Все-таки давай пойдем в обход. Там фонари и люди.
– Окей. Хочешь здесь – пойдем здесь, мое дело маленькое, – уступил парень, и наша парочка двинулась вперед по освещенной стороне улицы, соблюдая положенную дистанцию. После минуты молчания он поинтересовался: – Как тебя зовут-то?
– Мама зовет овцой, все остальные – Юлей.
Он опять засмеялся.
– Что ж, мама не помнит, как тебя назвала?
– Помнит. Просто овца – это у нее слово-паразит. Только применяет она его исключительно к своей дочери.
– Смешная у тебя мама. А я Роман, – представился провожатый. – Чем занимаешься, Юля?
– Учусь в институте.
– Понятненько… – Он взлохматил волосы и глянул в небо, не сбиваясь с шага. – Сколько тебе лет-то, Юля?
– В апреле будет девятнадцать.
– Всего-то? А мне в апреле будет двадцать пять! – похвастал Рома такой интонацией, что хотелось ответить ему что-нибудь навроде: «Ты уже такой большой!» Но вместо этого я попросила:
– Расскажи о себе.
– Да че рассказывать-то? Высшее образование, работаю на успешном предприятии, заработок неплохой и стабильный. Курю, иногда выпиваю. Мой рост – сто восемьдесят пять, вес – где-то восемьдесят кэгэ. Веселый, общительный и очень симпатичный, – хихикнул он, очевидно представив себе, будто дает объявление о знакомстве в газету. – Живу сразу за «Гигом», во дворе.
– За кем? – не поняла я.
– За «Гигом», – послушно повторил он, точно для меня это что-то проясняло. Потом, правда, вспомнил, что имеет дело с блондинкой, и пояснил: – Ну «Гигант»! Тот самый, откуда мы и начали свой путь.
– А-а! Поняла. А я живу вон в той пятиэтажке, видишь край крыши? – Я ткнула в появившийся из-за поворота дом, Роман кивнул.
– Ну, как тебе фильм? – проявил он любопытство. Либо просто не знал, о чем еще со мной можно говорить.
– Восхитительный! – Я вспомнила самый жуткий эпизод, когда маньяк в маске выкладывал кишки убитой им жертвы на мраморном полу в форму сердечка и смачно причмокнула.