Император Валгаллы
Шрифт:
— Рассказать, что я делал за вратами? — Похоже, Лисов очень гордился тем, что побывал в Диком мире.
— Расскажи, — Алена изобразила, что чрезвычайно заинтригована.
— Я там был не стрелком, а санитаром. Вместе с другими раненых и убитых вывозил. Как раз в тот год, когда зима наступила вместо лета. Думаешь, завратные байки? Нет, так было однажды. «Синие » и «красные» вышли на ту сторону в летней форме, а вокруг снег лежал, реки замерзли, мороз стоял страшный. И главное — войска переправляются, все новые и новые подходят, никак на эту сторону не сообщить, что за вратами зима. В тот год почти не воевали.
— Кошмар, — сказала Алена. — А почему вы с Виктором не общаетесь?
— Сам посуди: два эмпата, один из них портальщик, другой — виндекс. Мы и полчаса не могли спокойно говорить друг с другом. К тому же виндексы обычно не общаются с портальщиками. Это почти закон. Разве ты не знаешь?
— Нет.
— И потом, мы поссорились. Я Витьку обидел. Он — снисходительный, если по неосторожности обидишь или по глупости. А если преднамеренно — ни за что не простит. Учти.
— Я знаю, — сказала Алена и покраснела до кончиков ушей. Потому что в этот миг почему-то опять вспомнила не Виктора, а Поля.
— Надеюсь, мне удастся заслужить прощение.
В управление виндексов они прибыли днем. Большой унылый дом стоял посреди пустыря, на котором недавно посадили тоненькие деревья. Было неясно, прижились они или нет, — голые веточки пока еще казались мертвыми. Внутри дом выглядел не таким унылым, как снаружи: стены, выкрашенные в светло-зеленый цвет, раздвижные двери из матового стекла, просторные, ярко освещенные коридоры. Взад и вперед сновали женщины и мужчины, одетые пестро и броско, повсюду сувениры, цветы в горшках, постеры и голограммы. В просторном зале рядами расположились стойки с компами. Большинство компьютеров сейчас было выключено. Женщина лет тридцати пяти с коротко остриженными волосами в толстом свитере и темных брюках поднялась навстречу Артему.
— Темка! Ты же в отпуске! Зачем пожаловал? Неужели соскучился? Пришел понюхать воздух? Зря! Тебя не вернут раньше срока. Ты же на реабилитации до января! — напомнила она.
— Я не по работе, Лиз! — Лисов чмокнул женщину в щеку. — Личное дело. Очень-очень личное, семейное, можно сказать.
Лиз окинула внимательным взглядом Алену. Ревнивым взглядом, следует сказать. Двадцатилетней голубоглазой блондинке Лиз явно проигрывала по всем статьям. Впрочем, один недостаток у Алены имелся: при всей ее красоте в ее облике проглядывала какая-то заурядность.
— Отлично выглядишь, крошка, — Лиз расщедрилась на дежурный комплимент. — Только учти, все виндексы непостоянны. Они защищают всех, значит, — всех любят. И всех трахают.
— Трах не при чем, — перебил Лизу Артем. — Кое-что другое. Дело с душком.
— Воняет завратно? — подсказала Лиз и подмигнула виндексу.
— Вроде того. Весь смрад оттуда — там
Лиз задумалась, постукивая костяшками пальцев по столу.
— Так-так, Лис, врата — это серьезно. У нас тут несколько ЧП. Слышал про Эрхарта?
«Эрхарт!» — едва не крикнула Алена. Но вовремя прикусила губу. Однако Артем заметил ее тревогу, бросил мимолетный взгляд и тут же отвернулся. Ну вот, теперь еще и это придется объяснять. Почему не предупредила?! Но, позвольте узнать, как она могла предвидеть такое?
— Что же стряслось с Эрхартом? — спросил Артем почти равнодушно. На Алену он при этом не смотрел. Или делал вид, что не смотрит.
— Авария глайдера. Судя по всему, подстроенная. В одном из порталов проскочила информация: «Убрали агенты Валгаллы». Что это значит? Безумцы вроде Тутмоса? Главное взорвать, а там посмотрим? Средство есть цель. И тэ дэ, и тэ пэ.
— Не знаю, — отрезал Артем.
— А что еще? — Алена старалась не дышать. Сердце билось как сумасшедшее.
— Нападение на репортеров «Глобал».
— Это серьезно, репортеры — это еще хуже, чем Эрхарт, — нахмурился Артем. — Неужели стражи?
— Не знаю. Кто-то вырубил репортеров и охрану, но пилот их летучки успел поднять тревогу и заблокировать кабину. Когда охрана примчалась, нападавший бесследно исчез.
— Идентификация?
— Была заблокирована, все записи стерты. Не иначе — «Белая тьма».
— Конкуренты?
— Возможно. Но теперь просто так по сети не поползаешь, — предупредила Лиз. — Тебе нужен особый канал. Обычная защита не поможет. Все должно быть просто и красиво. Что скажешь о канале Маркова? Можешь следить сколько угодно и где угодно. Без опаски. Только киллера не слови.
— Подставить друга? Разве это и у нас вошло в моду?
— Не волнуйся. Он дал нам полную свободу действий. Всем и каждому.
— Погиб? Честно, я не знал.
Артем повернулся к ближайшей стойке, на которой висел контактный клеммник. Под клеммником кто-то пришпилил бумажный цветок, на столе лежали детские игрушки, голограммы, книжки, конфеты. Как же он сразу не заметил!
— Тогда его канал перекрыт, — заметил Лисов. — В сеть не войти.
— Все не так. Марков в больнице. Мозг мертв, но тело живет. Медики колдуют, взяли генетический материал для клона и потомства. Знаешь, так положено по закону. Как только проверят качество, приборы отключат. Но пока они работают, Марк все еще жив, канал не отключают. Хватай контактный клеммник и вперед. Авт нам сварит кофе и выкинет пару бургеров. Отравимся. А ты пока бегай по сети, шустри.
— Я сочувствую! — Алена шагнула вплотную к Артему. Шепнула одними губами, почти касаясь щеки. — Поль встречался с Эрхартом.
— Знаешь, я почему-то так и подумал, — шепнул Лисов в ответ. Потом сказал громко: — Не бойся, буду осторожен.
Лиз взяла Алену за руку и отвела в сторону:
— Не будем ему мешать. Вы его новая знакомая? Он много болтает, но о самом важном молчит. Так кто вы?
Спрашивая, Лиз смотрела девушке прямо в глаза, как будто являлась ходячим детектором лжи.
— Я помолвлена с его братом Виктором Ланьером.
— Портальщик?! Ведущий «Дельта-ньюз»? О, Господи, как я вам завидую! — ахнула Лиз. — Но, представьте, Лисов мне никогда не говорил, что Вик Ланьер — его брат.