Императорский

Лошаченко Владимир Михайлович

– Дождались, сам пахан пожаловал, - трясущимися губами прошептал парень.

– Быстренько в трактор и делай, что велено.

Веня стоял в расслабленной позе, не глядя на подошедших татей.

– Эт-та что за фраерок нарисовался с железякой на спине, - загоготал пахан, телохранители захихикали, вторя.

Из стоящего за джипом автобуса выскочили три десятка автоматчиков, беря группу на шоссе в кольцо, - никак охрана пожаловала. Веня не стал прибегать к дешевому магическому антуражу, а просто врезал по плохишам ментальным ударом, стараясь не задеть главаря. Телохранители и охранники умерли мгновенно, с глухим стуком попадав на твердый наст. Пастух, стараясь не терять

лицо, выхватил из рукава длинный кинжал и, свирепо скалясь, мелкими шажками двинулся к странному чужаку. Нутро матерого уголовника вопило: беги, спасай свою шкуру, но нельзя, подельники не поймут, да и положение обязывает. Чижов с интересом смотрел на самоубийцу с кинжалом:

– Брось ножик, а то поранишься.

Адыг лишь грязно выругался, по-крабьи подкрадываясь к Вене.

– Пора заканчивать цирк, гражданин уголовник, за свои преступления вы приговариваетесь к высшей мере наказания - к смертной казни.

Раздался вопль, и Пастух, тряся обожженной рукой, выбросил в снег раскалившийся вдруг клинок. Веня, применив несложное заклинание, лишил приговоренного почти всего веса, а затем, ухватив того за ногу, подтащил к скреперу. Раскрутив тушку плохиша над собой, хряснул его об угол отвала - голова уголовника разлетелась кровавыми кусками. Молодежь ринулась из бэтээра наружу - блевать. Чижов, отбросив труп в сугроб, невозмутимо отряхивал штаны, впрочем, недолго приводил себя в порядок. Что-то вспомнив, постучал пальцем у виска и вскоре имел очень опрятный вид - бытовая магия в действии.

Призвав на площадь Ахерона, принялись сортировать бандитское войско на чистых и нечистых. От ментального сканирования ни спрятаться, ни скрыться. Если есть на тебе кровь и насилие, отходи влево, если нет - вправо. В итоге к вечеру из двух тысяч пятисот шестидесяти человек, откровенных татей, не застуживающих снисхождения, наблюдалось тысяча сто двадцать три душегуба. Заставив бандитов сложить верхнюю одежду в одну здоровенную кучу, Веня отправил их в сторону побережья с установкой идти по льду Черного моря до Турции. В минус сорок летальный исход обеспечен, а за все в жизни нужно отвечать.

Бессонная выдалась ночь - трофейное оружие вытаскивали из машин и складывали в одно место, сортировать было некогда. От заложниц, коих насчитывалось чуть более восьмисот человек, узнали, что в Вишневке осталось не менее трех тысяч жителей, которых вывезти придется немедленно. Иначе умрут голодной смертью - ОПГ Пастуха вымела под метелку скудные запасы продовольствия. Отправив спасенных девушек и женщин в Лазаревское, посадили за руль всех, кто мог крутить баранку, после чего колонна двинулась в обратный путь. Первым шел БТР, брат с сестрой поочередно менялись, вели тяжелую машину, а Чижов с Ахероном спали по очереди. Дорогу приходилось слегка подчищать - снег сыпал, не переставая.

Эвакуация завершилась через пять дней. Сутки отдыхали в Вишневке. Зато вывезли всех. После короткого отдыха Веня наладился в отложенную экспедицию к полигонам. Водителем - Сергей, Ахерон с Аленой на хозяйстве, кроме того, Учитель взвалил на себя нелегкое бремя коменданта Лазаревского. Народ без твердого руководства оставлять нельзя - здесь разногласий не было.

К предгорьям вела широкополосная бетонка - вояки постарались. Шли с крейсерской скоростью - сто двадцать км/час. Останавливались только три раза - перекусить и по нужде. В восемь вечера прибыли. Шоссе перегораживали бетонные блоки, полузасыпанные снегом. Часовых на блокпосте не оказалось. Магически убрав вес преграды, бэтээром проделали проход и подкатили к запертым железным воротам.

– Щас, дядя Веня, я из ЗИПа ломик достану, замок собью.

– Не суетись, - бросил Чижов

и слегка шевельнул пальцами. Внушительный замок с дужкой легированной стали, заскрипев, хрупнул и открылся, приведя паренька в полный восторг. Дальнейшие события, отложившиеся в голове Сергея, попадали под определение "этого не может быть", потому что не может быть никогда.

..............................................................................................

Проехав ворота и примыкающий к ним жиденький забор из двух рядов колючки, нарушители запретной зоны на миг ослепли от внезапно вспыхнувших прожекторов. Уши заложило рявканьем сирены, металлический голос предложил экипажу выйти из машины и улечься мордой в снег, руки за голову. После короткой паузы тот же голос добавил:

– При невыполнении приказа будет вестись огонь на поражение.

Сергей в панике задергался в водительском кресле. Чижов, не обращая на него внимания, принялся методично обыскивать кабину. Наконец, удовлетворенно хрюкнув, вытащил из-под своего сиденья кусок белой ветоши.

– Пойду переговорю с защитниками Отечества, - и не успел Серега открыть рот, вылез наружу через боковой люк.

Нацепив тряпицу на кончик меча, Веня гаркнул во всю мощь:

– Старшего караула ко мне, а лучше офицера! Есть разговор.

Необычный вид уверенного в себе мужчины плохо сказался на пошатнувшейся психике одного из солдатиков. С нечленораздельным криком тот нажал на гашетку крупнокалиберного пулемета. Триста метров для такого ствола - стрельба в упор. От результата заполошной очереди часовые пришли в дикий ужас и уже весь наличный состав караула (пять бойцов) принялись палить из всех стволов. Тут поневоле помянешь нечистую силу, а как по-другому можно назвать происходящее? Пулеметная очередь, где патроны через один трассирующие, обогнула одинокую фигуру и стоящую за ним боевую машину метров за пять и унеслась вправо. Дружные залпы результатов не дали, опустошив по два рожка, воины слегка успокоились. Ну не получилось с первого раза, видимо, одновременное гнутие стволов, да и хрен с ним. Для таких случаев припасен особый сюрпризец. Громкоговоритель вновь радостно ожил и сообщил, что дальше незваным гостям хода нет - трехсотметровая полоса вдоль периметра заминирована. Мины дистанционного управления, а потому валите отсюда, пока живы.

Сергей устал тереть глаза и щипать руки. "Колдун дядя Веня, ой колдун. Ни фига себе магия, пулемет не берет. Эх, мне бы так уметь", - горестно вздохнул паренек, его мечтания прервал объявившийся Чижов.

– Езжай вперед, только личный контакт устранит возникшее недоразумение.

– Но ведь мины?..

– Я их нейтрализовал, на нашем участке они сдохли.

Сергей недоверчиво покосился на своего кумира и передвинул короткий рычаг скоростей вперед. Неторопливо и осторожно БТР подполз к массивным железным воротам, выделявшимся черным пятном среди серых плит высокого забора. Простояв в бесплодном ожидании десять минут - хозяева двери не открывали, Чижов вылез на свежий воздух.

– Не дергайся, жди, - буркнул он напоследок и, придерживая меч, прыгнул на снег.

В караулке царила паника, оператор безуспешно молотил кулаком по пульту дистанционного управления. Мины молчали. Нет, активизировались, справа и слева от широкого прохода рвануло неслабо, но толку-то. На блокпост прибежал разбуженный дежурный офицер - молоденький лейтенантик с рубцом от подушки на щеке. Бессвязный рапорт старшего по смене прервал внезапно появившийся гость - молодой, странно одетый мужчина с мечом за спиной. "Вот гад, прошел все двери с кодовыми замками, однозначно шпиен и диверсант", - мелькнула дурацкая мысль в голове лейтенанта.