Империум. Книга 4

Findroid

— Если речь про то время… то мы хотели попытаться пересечь Волгу и уйти в леса Сибири, но все, кто туда отправились, сгинули. Те земли запретны, и никому туда нет хода.

— Это я уже много раз слышал, но так и не понял почему, — зацепился я за эту информацию.

— Почему? Да потому что там обитает само зло, — поежилась Владислава. — Когда побываешь там, в глубине, ты очень быстро поймешь, о чем я.

Несмотря на все мое любопытство, Владислава всем своим видом показывала, что продолжать эту тему не собирается. Осталось досадливо вздохнуть и перевести беседу на более насущные проблемы.

—

Ваше предложение, барон… прошу прощения, князь, очень интересно, — ответила Владислава, когда я прямо предложил Чаще перебраться в мои земли. Им даже не обязательно переселяться именно в Вольнов, я был бы не против и просто варианта поближе, лесов хватает. — Но вы так же должны понимать, что нам важна независимость. А ещё, — женщина сделала небольшую многозначительную паузу, — меня крайне тревожит ваше сотрудничество с врагом.

— Я всецело понимаю вашу настороженность, но пока что все действия Карла говорят о том, что он на моей стороне. Я допускаю возможность, что всё это уловка, и использую её для собственного усиления.

— Не оценивайте Карла Даммерхэрена слишком высоко, он никто в своем клане. Бастард, который возвысился после смерти Астольфа. Его старший брат Фридерик спит и видит, чтобы избавиться от него и забрать территории.

— И тем не менее, пока что Карл мне полезен, — пожал я плечами.

Владислава несколько мгновений изучала меня своим древним взглядом, словно пытаясь понять, говорю я правду или просто то, что она хочет услышать. Наконец она медленно кивнула.

— Прагматичный подход. Возможно, именно такой нам сейчас и нужен.

Женщина поднялась со своего места и прошлась по беседке, касаясь пальцами свисающих ветвей. Те отзывались на её прикосновение, слегка покачиваясь.

— Чаща действительно в опасности, — произнесла она наконец. — Мракоборцы нашли нас, и пусть мы отбились, это лишь вопрос времени, когда они сюда проникнут. Их блокираторы магии делают мою защиту бесполезной.

— Да, Лилия нам рассказала про ваши линии обороны, — кивнул я.

— Тогда вы понимаете, что нам нужно уходить. Я давно размышляла над таким вариантом, но этот лес был самым долгим нашим убежищем, и по определенным причинам его обходили стороной люди Клана Ночи. Поэтому ваше предложение весьма своевременно. Земли Вольнова далеко от центральных владений клана, ваши лампы способны сдерживать демонов, а ваша сила… — она чуть помедлила, — впечатляет. То, что вы сделали в Запольском, в одиночку противостоя двум одержимым… действительно впечатляет. Обычно для убийства таких тварей используют очень большие элитные отряды специальных орденов.

— Так вы согласны?

— Я согласна рассмотреть этот вариант, — поправила Владислава. — Но перенос Чащи — это не просто какой-то сбор вещей и переезд. Это полноценный сложный ритуал, требующий времени и сил.

Она вернулась к столу и села напротив меня, сложив руки перед собой.

— Позвольте объяснить. Чаща — это не просто место, это живой организм, связанный с Единой матерью. Я не могу просто вырастить новое поселение где захочу. Мне нужна точка связи между старым домом и новым.

— Вроде якоря?

— Скорее, семя, — Владислава чуть улыбнулась. — Особое семя, несущее в себе частицу силы Единой матери. Оно должно быть

посажено в новом месте и пробуждено большим количеством маны. Тогда я смогу постепенно перенести защиту, вырастить новое убежище и даже открыть прямой проход, соединяющий старую и новую Чащу.

— Вы умеете открывать порталы? — изумился я.

— Скорее, тропу для небольшого количества людей. И чем больше магии было влито в семя, тем дольше эта тропа остается открытой. Это ещё одна причина, почему нас становится меньше. Некоторым приходится остаться на старом месте и пытаться своими силами добираться до новых земель. Увы, это удается лишь единицам.

— Звучит не слишком сложно, — заметила Ксюша.

— Сложность в другом, — Владислава покачала головой. — Семя не может нести обычный человек. Оно требует постоянной подпитки маной, иначе погибнет в пути, а вырастить новое займет годы. И если для переноса сгодится сколько-нибудь средней силы маг, то вот для проращивания маны нужно много. Поэтому… — она устало вздохнула, а во взгляде мелькнула печаль, — поэтому чаще всего тот, кто проращивает семя, погибает. Ему просто не хватает маны для этого, поэтому он использует жизнь.

— Стойте, тот, кто прорастит семя, умрет? — вмешалась Юлианна, ошарашенная таким заявлением.

— Необязательно, просто у нас нет магов с силой, способной на такое, но… — взгляд Владиславы задержался на мне и стал цепким, — вы, князь, очень сильный маг. Я бы даже сказала, что не встречала таких сильных магов за всю свою жизнь. Вам вполне по силам доставить семя в новое место и прорастить его.

— И в чем подвох?

— Говорю же, нужен сильный маг, без этого никак. В хорошие годы переносом занимаюсь я сама, но не когда на пороге мракоборцы и демоны мрака. Сейчас я нужна тут, а лучшей кандидатуры, чем вы, нам не подобрать.

— В таком случае я вряд ли могу отказать, — ответил ей, а сам не мог отделаться от подозрений. Мне все ещё казалась странной та битва в Запольском, но и прямых доказательств по отношению к лидеру Чащи у меня не было.

— Замечательно, князь. В таком случае, следуйте за мной.

Женщина двинулась к выходу из беседки, и мы последовали за ней. Уже через пару минут поселение осталось позади, и вскоре мы углубились в лес по тропе, которая формировалась прямо под ногами Владиславы.

Шли мы молча. Я размышлял о предстоящем ритуале, прикидывая, сколько маны потребуется на подпитку семени в пути. Юлианна держалась рядом, положив руку на рукоять кинжала на поясе. Ксюша замыкала процессию, то и дело оглядываясь по сторонам и словно к чему-то прислушиваясь.

Лес вокруг стремительно менялся. Деревья становились старше, их стволы — толще, а кроны — гуще. А ещё воздух постепенно наполнился сладковатым ароматом, от которого слегка закружилась голова.

— Уже близко, — произнесла Владислава, не оборачиваясь.

И действительно, вскоре деревья расступились, открывая поляну, на краю которой наша троица на пару секунд задержалась.

Цветы. Тысячи и тысячи цветов, покрывавших землю сплошным ковром. Они были крупными, размером с тарелку, с лепестками всех оттенков фиолетового, от бледно-лилового до почти черного. Никогда таких не видел, и кажется, тот сладковатый аромат исходил именно от них.