Империя
Шрифт:
Только взойдя на этот трон, он понял, куда завёл его проклятый судья. Новый Патриарх видел перед собой десятки убитых и замученных людей, вся вина которых была лишь в том, что они неправильно верили. Откровение пришло к нему слишком поздно, и теперь уже ничего нельзя было изменить. Он оказался дураком, поведшимся на обещания Гортана, но если он сейчас надумает сопротивляться тому, то, скорее всего, закончит свои дни, как и предыдущий Патриарх - в луже собственной крови и мочи. Артур боялся того зверя, которого сам же выпустил на волю, и решил для себя, что должен принять все как есть и просто плыть по течению,
– Только плыть по течению, - устало повторил он, глядя себе под ноги, - и не лезть, куда не просят.
И в тот миг, когда Артур произнёс последние слова, двери зала со стуком распахнулись, явив Патриарху мужчину в чёрном плаще и красной повязкой на лбу. Инквизитор. Будь они прокляты.
Мужчина неторопливо подошёл к нему и, опустившись на одно колено, прошептал:
– Да осенит Господь тебя своим светом, да сохранит он твою душу, да спасёт он тебя...
– Достаточно, - взмахнул рукой Артур, ему никогда не нравились эти формальные приветственные речи. По правде говоря, они сильно утомляли его.
– Говори, зачем ты пришёл?
– Да, господин, - сказал мужчина, поднимаясь на ноги. На миг новоявленному Патриарху показалось, что в глазах инквизитора мелькнула злоба... но, скорее всего, ему это просто показалось. Все-таки он был главой церкви, и каждый из этих людей должен был почитать его, Артура Блэрка, как наместника Бога на грешной земле.
– Мастер повелел передать вам послание.
С этими словами инквизитор протянул Артуру конверт с легко узнаваемой печатью в форме ворона... Гильдар.
Дождавшись, пока посланец выйдет из зала, Артур вновь уселся на свой трон и, с удивлением отметив, что у него начали подрагивать руки, все-таки открыл конверт и достал письмо, в котором было лишь два слова. Два слова, от которых чуть было не остановилось его измученное сердце. Два слова, заставившие вновь пожалеть о том дне, когда он решил присоединиться к Гортану и его проклятому заговору.
– Балор вернулся, - еле слышно прошептал Артур, тут же скомкав письмо и бросив его в огонь.
Глава 20
Корантар, предместья Харенхейла
Донак уже все ноги стёр, пока пытался отыскать эту взбалмошную девицу. Он искал её в тронном зале, в её покоях, в комнатах слуг и гостей. Чёрт, да он обошёл почти весь замок в поисках этой проклятой Велены, чтобы наконец отдать ей последний отчёт и навсегда распрощаться с Корантаром! Но Велена пропала, и отчёт сдавать было некому. Будь на месте Донака кто-то другой, то он наверняка просто плюнул бы на это дело и отправился собираться в дорогу, но маршал не был кем-то другим, он был солдатом до мозга костей, и попросту не мог нарушить свои прямые обязанности. Поэтому он раз за разом обходил опустевшие коридоры замка. И наверняка продолжал бы эти поиски ещё долго, если бы ему не встретился Гордак.
Тот имел весьма усталый и озадаченный вид и, судя
– Эй! Зелёная рубашечка!
– крикнул ему Донак, - куда вы леди свою подевали?!
Гордак, уже рассчитывавший попросту обойти Донака, все-таки остановился и посмотрел на генерала.
– Рубашечка?
– изогнув бровь, переспросил тот.
– Если тебе интересно, это не "рубашечка", а мундир. Если бы у тебя не было такого огромного пуза, то ты наверняка и сам смог бы такой примерить.
– Поддел, молодец, - улыбнулся маршал, обеими руками хлопнув себя по немалых размеров животу, - но так или иначе, куда ваша леди подевалась?
– В тронном зале посмотри, или в кабинете, - отмахнулся Гордак, - ладно, бывай, у меня сейчас времени на разговоры нет.
– Погоди-погоди! Велены нет ни там, ни там. Я уже все, что только мог, осмотрел, но так её и не нашёл. Куда она могла деться, по-твоему?
– Хм, - Гордак задумчиво пригладил подбородок, - если её нет ни в тронном зале, ни в кабинете, то она может, конечно же, гулять где-то с Хотар'Кошем... Но нет, сейчас он в отъезде. Ещё остаётся Хароудел, но у горцев сейчас какой-то праздник, так что...
– День Ятура?
– пробормотал Донак, потирая челюсть. В последний раз, когда он появлялся на этом празднике, ему так крепко дали в морду, что он несколько дней провалялся без сознания, и что самое удивительное, врезала ему женщина.
– Может, она с ними?
– Нет, - отмахнулся Гордак, - это вряд ли. Все-таки там толпы мужиков пьют, дерутся и... Господи, а что, если она там?!
– неожиданно вскрикнул он.
– Ох уж эта девица...
– пропыхтел Донак, подтягивая штаны и отправляясь вслед за Гордаком, который стрелой рванул вперёд по коридору, распихивая в стороны попадавшихся на пути слуг. Маршалу, конечно, не хотелось появляться на празднике горцев, но долг обязывал. Да и, может, ему снова та баба попадётся, и теперь он сможет с ней и познакомиться, а не только получить в зубы.
* * *
– Велена?
– голос Тарги прозвучал в абсолютной темноте, окружавшей леди Корантара. Велене казалось, что наступила какая-то бесконечная ночь, обхватившая её своими холодными руками и укрывающая девушку от всех бед и тревог внешнего мира. Но что же было до того, как наступила темнота? Это был чертовски хороший вопрос, но от мыслей у неё начинала ужасно болеть голова.
– Велена?!
– кто-то тряс её за плечо, - открой глаза, наконец!
Открыть глаза? Зачем? Ведь ей сейчас было так хорошо и спокойно. Но тут темноту прорезала полоска яркого света, которая все увеличивалась и увеличивалась; в конце концов, эта полоска разрослась настолько, что полностью вытеснила собой темноту, оставив только яркий свет. Но затем тот немного угас, и Велена поняла, что она смотрит на рассветное небо, а над ней склонилась Тарга. Только вот с женой Хароудела что-то было определённо не так. Сначала Велена не поняла, что изменилось в шаманке.