Империя
Шрифт:
Ножи и пара мечей, которые я видел тут, в деревне, были покупными. Никакого металла нигде вокруг не было, не было и никаких признаков железной руды, из которой можно выплавить сталь. Да и мечи-то… Скорее, длинные ножи, а не мечи.
Основное оружие тут — дубинки, копья какие-то непонятные, луки, ножи. Дерево — очень прочное, эластичное даже, с большим трудом поддается излому. Копьецо ничего себе, да и дубинка тоже хороша, такой огреешь ворога, не сладко тому придется. А вот ножи все стальные, как и все наконечники для стрел. Каменного
Странно, странно.
С большим трудом мне удалось выманить посмотреть один нож. Да и то в присутствии Ивы, иначе бы ничегошеньки мне не дали.
Увидев типа с ножом на поясе, который явно страдал ничегонеделанием около ратуши — ждал кого-то, не иначе — я сразу исподволь повел Иву туда.
— Это ваш охотник? — Спросил я.
— Да. — Девушка чуть смутилась. — Кен, пойдем дальше, я покажу тебе поле…
— Ива, Ива. Ну я же мужчина, мне на охотников посмотреть интересно, а поля — это женский удел… — Сказал, и сразу же сообразил, что тут малость не так.
— Почему именно женский? — Удивилась Ива, едва с шага не сбилась. — Поля убирают и мужчины тоже. Наши мужчины охраняют нас, когда мы убираем поля, чтобы никто к нам не подобрался. Это завещано нам еще давно, до Исхода. Разве у вас не так?
— Так. Я просто шутил. Ива, пойдем быстрее, я хочу поглядеть на охотника! Это главный?
— Нет, что ты. — Девушка аж фыркнула. — Какой из него главный? Как кабан из кочета… — Последнюю фразу она произнесла, понизив голос. Какое-то местное оскорбление, причем уже давнее-давнее, не иначе.
— Это всего лишь шестой охотник. Ничего особенного.
Шестой охотник, паренек чуть младше меня, светленький, худой и какой-то ободранный, протягивал тетиву у лука. Проверял, нет ли на ней разрывов или порванных ниток. Только вот делал он очень уж демонстративно — может быть, в расчете на стайку детворы на середине улицы или для трех молоденьких девчонок, собравшихся у входа в ратушу. А может, для тех и других сразу.
У нас бы такому человеку порекомендовали усиленную диету и тщательный уход за кожей. Светлые глаза приобрели бутылочный цвет, волосы выгорели до цвета соломы, а тело — до цвета старого дерева. Многочисленные мелкие шрамики покрывали его предплечья и левую часть лица, словно затейливая сеточка.
Ива и шестой охотник обменялись приветствиями.
— Вот это наш новенький, Кен.
— Которого в летающей птице нашли? — Охотник все так же протягивал тетиву, поглядывая на нас со значением.
— Да. — Ответила Ива. — Говорит, что он охотник, хочет с вами на следующую охоту пойти… — На секунду мне показалось, что сейчас девушка плюнет в пыль под ноги шестому охотнику. Только вот он ничего не заметил — он важно просматривал все тот же участок тетивы.
Потом до него дошел смысл сказанного. Медленно, слишком медленно он глянул на меня.
— А ты что умеешь-то? — Обратился он ко мне. — У вас в деревне какие-нибудь охоты
— Немного умею. — Соврал я. Лук я держал в руках всего пару раз, причем первый раз — самодельный, сделанный из длинной пластиковой рейки и резинового жгута от ременной передачи. Стрелами мне тогда послужили обрезки провода. — А это у тебя на поясе — настоящий металлический нож, верно? Посмотреть можно? У нас в деревне маловато металла… — Я с сожалением развел руками.
Шестой охотник аж надулся от гордости.
— Только недолго. — Вынув из ножен нож, он протянул мне его лезвием вперед. Едва удержавшись, чтобы не сломать руку идиоту, я осторожно взял у него оружие.
— Вот из бедной деревни пришел к нам твой подопечный! — Шестой охотник широко улыбнулся. Двух зубов спереди у него не хватало — наверное, выбили, когда он также оружие давал посмотреть. Кретин.
— Возможно. — Не стала спорить Ива.
Я оперся одной рукой на палку, чуть отошел к свету, и принялся изучать первое местное оружие, доставшееся мне в руки. А хозяин ножа, какой-то там по номеру охотник, пытался строить глазки Иве. Девушка на его усилия никакого внимания не обращала, возможно, потому, что часть своего внимания парень концентрировал на драгоценном ноже.
Было бы за чем следить! Нож самый простой, листообразное лезвие, причем заточенное с одной стороны, с острым кончиком. Рукоятка накладная, пара деревянных щечек плотно обмотаны тонкими полосками кожи. Гарды или чего-то, напоминающего упор для руки, нету, вообще, дрянь какая-то. Вот придурок, лучше бы на Иву больше смотрел. Она гораздо приятнее…
И снова я поймал себя на мысли, что такое поведение этого светлого дебила было бы крайне неприятным уже мне.
Чуть сбился с мысли, подумав, а не фиг ли с ним, с ножом этим?
Но заметил нечто интересное.
Обработка этого так называемого клинка явно станочная! Следов ковки заметно не было, лезвие ровное и прямое, есть только некоторые дефекты — поверхность плохо, просто таки отвратительно отполирована. Заточка тоже явно не ручная, а больше похожа на снятие слоя материала скверным абразивным кругом. Был у древних такой метод обработки… Кучу материала переводили, а толку было маловато. Потом отменили все это, придумали силовые поля и наводки, а тогда-то, веке этак в двадцатом, иначе не умели.
А если отвлечься от остального, не очень важного в данный момент, то что у нас получиться? А получиться, что такой нож сделан на станке?
Поблагодарив парня, я отдал ему нож. Парень тут же радостно вдел эту заразу в ножны на поясе, и удвоил внимание, обращенное к Иве. Только вот эффекта не прибавилось явно. Кстати сказать, ножны выглядели гораздо лучше, чем то, что в них вставлено. Никак не мог я это ножом называть. Сделано кое-как…
— Пойдем. — Потянула меня Ива за руку. Неуклюжие ухаживания парня ей явно давно надоели.