In Vitro
Шрифт:
Открыв дверь, я выглянула в коридор. Свет горел лишь у входа в общежитие, потопив всё остальное пространство в тень. Шум доносился из комнаты напротив.
Глянула на часы – три ночи. Ничего себе! И где же вахтерша?
Поёжившись, я обхватила себя за плечи и подошла ближе. Прислушалась. По раздающимся голосам поняла, что там собралась группа девчонок, и сейчас они смотрят телевизор. Несколько из них мирно переговаривались, визжала только одна.
Сначала я решила, что это реакция на фильм ужасов, но мелодия диснеевского мультика развеяла мои предположения.
Волна негодования горячими
Зачем же тогда орать?
Когда невыносимый крик повторился вновь, я, больше не сдерживая эмоций, залепила им в дверь будильником.
Голоса тут же стихли, и я услышала, как вся толпа, перепихиваясь и противно шаркая, перекочевала в коридор.
Готовая высказать всё, что о них думаю, я уткнула руки в боки и принялась ждать. Но дверь мне так и не открыли. Раздался лишь тихий шёпот, будто их никто не слышит:
– Не открывай! Пусть подумают, что мы спим… Тише, слониха… Подвинься, все ноги отдавишь, – и шумные ёрзанья законспирировавшихся подруг.
Ладно. Чёрт с вами. Спите, так спите.
Желания с кем-то ссорится не было, хотелось побыстрее вернуться в постель, так как первая лекция начиналась в восемь утра. И я не стала больше стучать, а поплелась к себе в комнату в надежде, что они угомонятся. Проверила исправность железного друга – тот нисколько не пострадал, хоть на двери осталась вмятина. Осторожно поставила его на место, но не прошло и пятнадцати минут, как крики повторились вновь.
Злющая, я выскочила за дверь и треснула беспокойным соседям ногой. Но сценарий повторился. Они лишь шушукались за стеной, не открывая.
Тогда я вернулась в комнату, взяла лист бумаги и огромными буквами написала вежливое послание: «Закройте пасти, пожалуйста!», – отправив его с очередным стуком под дверь, и вернулась спать.
На этот раз они выползли из своего убежища, и я слышала, как, бродя по коридору, громко недоумевали, кто же это мог накарябать? Но на меня уже навалился сон, и, не дождавшись развязки событий, я провалилась в него.
Зэ Поркипайн
Глава 8. Дикобраз
В любом позитиве есть свой негатив. Сегодня на лекцию пришло немного народа, но те, кто заняли места на втором ряду позади меня, оказались настоящими ослами, так как начали нудить и жаловаться профессору, что из-за моей спины им ничего не видно.
Спереди свободных мест больше не осталось, и добрый профессор, дабы никого не обидеть, пересадил меня к себе.
Теперь я находилась рядом с кафедрой! Но сидела перед носом у всех. И у стула, на который мне пришлось припарковаться, отсутствовал стол.
В лекционных залах сиденья подбирались кем-то очень стильным, но жестоким, так как были новыми, красивыми и до ужаса неудобными. Они врезались в задницу своими плоскими телами так, что та немела, и где-то полчаса после я ходила, не ощущая ног. В такие моменты меня посещала мысль, почему нельзя сделать стоячие классы, с высоким партами вместо стульев, где мы бы работали стоя? Но с подобным вопросом я не обращалась ни к кому. Единственным спасением был маленький столик, который по типу дощечки привинчивался к ним намертво. О его ножку можно было сделать хороший упор,
Сегодня этого удовольствия я лишилась. А так как находилась посередине огромной аудитории, всё внимание студентов отвлекла на себя.
Теперь самым главным было правильно сесть. Так, чтобы жиры не свисали по бокам, попа не проваливалась в огромную дыру сзади и ноги не были похожи на куриные лапки. Иначе фокусироваться на учёбе мне не удавалось, так как мысли начинали утопать в трясине сомнений и смущения.
Конечно, если писать не хотелось, я могла сидеть удобно и красиво, но для конспектирования существовали только две позиции: удобная, но некрасивая и красивая, но неудобная.
Первая заключалась в том, что я расставляла ноги, как бандит, правую поднимала на носочек и упирала пятку о ножку стула, на колено клала тетрадь, нагибалась и писала.
Это выглядело ужасно. Особенно когда вес переваливал несколько за… Я становилась похожа на палатку, у которой со всех сторон (в зависимости от лекции) вываливалось всё: на сиденье в кабинете физики свисали боковины бёдер, на химии – зад.
Обычно я занимала место на первом ряду. И если устраивалась так, чтобы спина была ровной и комфортно писалось, сразу назад выезжала попа. Приходилось передвигать её вперёд, и, как результат, спина болела, зад болел, ужасно болел, так, что до костей, но главное, ничего не съезжало. Таким образом я мучилась три часа! Но это неудобство касалось не только меня. То и дело посередине лекции кто-то вставал, немного двигался и садился обратно.
Вторая позиция красивая, но неудобная, это когда нога на ногу. Правда, она могла стать удобной, если впереди находился стол. Тогда я клала правую ногу сверху левой и зацеплялась ей за его ножку. Но когда стол отсутствовал, нога начинала сваливаться, а если я продолжала её держать – трястись. Не только она, но и та, которая под ней. И это было самое отвратительное, когда я сидела, вся тряслась, даже мозги, и со стороны казалось, что я настоящая психопатка. Хотя, скорее всего, студентов совершенно не волновало, как я сижу, но моё тело всё равно скручивалось в колючий жгут от одной мысли, что кто-то смотрит, и я не могла сосредоточиться, пока не вытягивалась как струна.
Правда, однажды на меня обратили внимание. Это произошло, когда я тоже сидела без стола. Еле успевая записывать за профессором, я случайно заметила, что девушка, находящаяся рядом, смотрит в мою сторону куда-то вниз. Я проследила за её взглядом и с ужасом обнаружила, что моя длинная юбка съехала, открыв отросшие волосы на ногах. Они будто торчали ей прямо в лицо. И сразу стало понятно, почему то настолько перекошено. Взглядом она словно кричала: «Шо это за дикобраз?!»
А мне что? Мне незачем их брить. Для кого их брить? Нет никакой причины бриться. К тому же, зима на носу. Я вообще сказала себе, что не буду этим заниматься до конца злополучных пяти лет. На этот счёт у меня не было никаких проблем. Как-то папа отругал сестру за то, что та побрила руки, а когда перекинул свой взор на меня, я с большой радостью и без лишних слов задрала по колено штаны. Он не сказал ни слова, но по взгляду, который тут же отвёл, можно было понять – я повергла его в шок. И мне от этого стало приятно.