Информатор

Айхенвальд Курт

– Есть еще одно дело.

– Какое?

– Всем топ-менеджерам АДМ известно, что Марк Шевирон тайно записывает разговоры клиентов, останавливающихся в «Декейтер Клаб».

– Что это значит?

– В «Декейтер Клаб» АДМ постоянно снимает номер для клиентов из других городов. Я слышал, что там установлен «жучок». Так что когда мы ведем переговоры с приезжими партнерами, то знаем, что они думают на самом деле.

– Откуда вы это узнали? – спросил Шепард.

– Ну, в компании ходят слухи. И потом, моя секретарша Лиз раньше работала у Шевирона и рассказала, что

ей приходилось перепечатывать эти записи.

Шепард просмотрел свои заметки. Если АДМ занималась тайным наблюдением, это основание для отдельного расследования.

– На сегодня у меня все, – сказал он. – Спасибо за помощь. Я прослушаю записи и свяжусь с вами.

Уайтекер распрощался и пересел в свою машину. Он свернул налево, в сторону Южного 51-го шоссе, перебирая в уме события этого вечера. Наконец-то ФБР убедится, что он сказал правду о фиксировании цен. Теперь у Шепарда есть основания для возбуждения дела.^{81}

Он улыбался. Скоро все закончится. Агенты ФБР получат от него все, что им нужно, и оставят в покое. Он сможет вернуться к своей работе. Возможно, это произойдет уже через несколько дней, думал он.

Взволнованный Шепард вел машину по Першинг-роуд. Все складывалось удачно. Теперь имеется доказательство ценового сговора. Но расследование только начиналось. Для того чтобы предъявить обвинение, нужны и другие материалы, так что Уайтекеру придется записывать и записывать. Шепард знал, что ФБР нескоро оставит Уайтекера в покое.

Глава 4

Вокруг расстилались уходящие в темноту гектары пахотной земли. Ночной ветер подхватывал косые струи дождя и с силой бросал их в ветровое стекло автомобиля Пейсли. «Дворники» почти не помогали. Дождь лил с самого утра, а теперь дорогу заволокло клочьями тумана. Обычно на этом монотонном участке 72-го шоссе между Декейтером и Спрингфилдом мало кто справлялся с искушением превысить разрешенную скорость в шестьдесят пять миль в час. Но в тот вечер 9 ноября 1992 года распоясавшаяся погода заставляла терпеть, и Пейсли ехал со скоростью пятьдесят пять миль в час.^{82}

Часовая стрелка приближалась к одиннадцати. С тех пор как Шепард зарегистрировал сделанные Уайтекером записи, прошло больше трех часов.^{83} Теперь эти кассеты были в портфеле Пейсли на переднем сиденье. Шепард позвонил Пейсли, и тот почти сразу направился в Декейтер за свежими новостями. Рассказ Шепарда развеял почти все сомнения в существовании сговора. А Уайтекер между делом навел их еще на один след – незаконную прослушку в «Декейтер Клаб».

Пейсли пересек границу округа Мейкон. Обычно в этом месте, устав от долгого пути, он включал радио и слушал какое-нибудь из полюбившихся вечерних ток-шоу. Но в этот вечер было не до ток-шоу – он погрузился в размышления.

Он не понимал Уайтекера. Его бездумная готовность к сотрудничеству с ФБР настораживала. Уайтекер свидетель ненадежный, чтобы не сказать хуже. Пройдет время, может, совсем

немного времени – и он осознает, что сотрудничество ему обойдется слишком дорого. И чтобы не упустить этот момент, нужно внимательно за ним присматривать.

Пейсли смотрел на линии разметки, белевшие в свете фар, и обдумывал то, что сказал Уайтекер о «Декейтер Клаб». Это дело представлялось ему еще менее перспективным, чем остальные. Уайтекер не сообщил ничего, кроме слухов. Если ФБР начнет расследование, в АДМ сразу же поймут, откуда ветер дует, и заподозрят предательство. Они могут даже прекратить переговоры о ценах.

Пусть это дело отлежится, решил Пейсли. Гораздо важнее расследовать фиксирование цен. Кроме того, надо разобраться с Фудзиварой и с сообщением Уайтекера о промышленном шпионаже. Нельзя хвататься за все сразу. «Декейтер Клаб» подождет, – может, со временем Уайтекер раздобудет более определенные сведения.

Расследование и без того разрослось и стало не по плечу всего одному агенту. В Нью-Йорке или Чикаго на него бросили бы дюжину агентов. Шепарду нужен помощник.

Когда Пейсли добрался до моста через реку Сангамон на окраине Спрингфилда, у него созрело решение. Завтра он попросит у руководства выделить людей в помощь. Если ему откажут, придется перекинуть на это расследование кого-нибудь из подчиненных ему агентов. Так или иначе, но через сутки Шепард обязательно получит хотя бы одного помощника.

Однако, сворачивая с 72-го шоссе, он все еще гадал, кто станет этим помощником.

«Как ваши продажи? – Вполне успешно. А как у вас?»

Голос Уайтекера доносился из плеера на столе Дона Стаки. Руководитель спрингфилдского офиса ФБР слушал, откинувшись в кресле; рядом стоял его помощник Джон Хойт. Напротив Стаки сидел Пейсли, переводивший взгляд с плеера на своих руководителей и назад. Он надеялся, что запись убедит их в необходимости подключить к делу АДМ больше агентов.

Прослушивание длилось почти час. Затем Стаки, вертевший в руках ручку, выпрямился.

– Да, похоже, там и вправду творится что-то из рассказанного вашим источником, – сказал он, глядя на Пейсли. – Так какой у тебя план действий?

– Если это то, что мы думаем, Брайану придется оставить остальные дела, и все равно он не справится в одиночку. Я считаю, этим должны заниматься трое.

– Так уж и трое? – поморщился Стаки.

Пусть не трое, ответил Пейсли, но должен быть резерв, чтобы подменить Шепарда, если тот заболеет, или уйдет в отпуск, или будет давать показания по другому делу.

В довершение всего, в расследовании возникли новые осложнения. Как раз этим утром Кевин Корр записал свой разговор с главным юридическим советником АДМ Ричардом Рейзингом, который сообщил, что приказ прекратить сотрудничество с ФБР по делу Фудзивары отдал сам Дуэйн Андреас. В том, что действиям ФБР ставил помехи сам глава АДМ, не было ничего удивительного.

Хойт поддержал просьбу Пейсли.

– Ну что ж, – резюмировал Стаки. – Пока дадим Брайану одного помощника, а там посмотрим.

Пейсли кивнул. Для начала и это неплохо.