Инстинкт
Шрифт:
Оттолкнув Мэдисона, Гаррет подняла винтовку к плечу и пробормотала свою молитву с максимальной скоростью: «Господи, дай мне верный прицел, защити меня от врагов моих и дозволь мне служить добру, пока во мне остаются дарованные Тобой силы. Аминь».
Две пули попали в стебли, вцепившиеся в руки Уэбстера. Один был перебит полностью, от другого осталась тонкая перемычка, и майор рывком сумел освободить кисть.
Миллс и Мэдисон поспешно вытащили его на второй уровень, а вслед Уэбстеру тянулись уже новые
— Черт! Ч-ч-ерт! — ревел майор, расшвыривая попадавшихся ему насекомых прикладом своей винтовки. Каких-то он убил, каких-то покалечил, остальных сбросил вниз, в белесые заросли третьего уровня. Потом он издал душераздирающий крик отчаяния, который длился, пока он внезапно не заметил, кто появился на краю провала у них над головой.
Там рядком, словно птицы на проводе, сидели осы и спокойно наблюдали за своей добычей.
— Все замрите! — сказала Лора.
Глава 89
— Ого! — сказал Тадж, покачав головой. И тут же пожалел о том, что открыл рот.
— Что такое? — спросил Эндрю.
Тадж не решался ответить.
— Кто-то еще умер? — Эндрю ткнул пальцем в метку Картера.
— Да, это так.
Эндрю побледнел.
— Что за лицо, малыш? — сказал Тадж. — Мы же договорились. С чего ты взял, что это твоя мама? Ведь остальные живы.
— Вам легко говорить, там не ваша мама. И вы не видели того, что видел я.
— Ну раз так, то считай, что умерла твоя мать.
— Не говорите так!
— Почему? Ведь ты так думаешь.
— Это не она!
— Нет она. У тебя такой вид, будто весь мир на тебя обрушился. Будь это, к примеру, Миллс, ты бы так себя не чувствовал.
— Это правда, но…
— Стало быть, ты думаешь, что это твоя мама.
— Вовсе нет. Вы бы лучше помолчали.
Тадж раздвинул губы в улыбке.
— Вот что я хотел услышать. Так это не она, согласен?
— Согласен, — тихо сказал Эндрю. Уверенности в его голосе не было.
— Значит, я прав?
— Да. Вы правы, — ответил Эндрю, на этот раз громче.
— Вот и славно. А есть и хорошие новости. Миллс, Мэдисон и Джейкобс уже внизу, так что теперь они все вместе. Видишь? — Тадж показал на кучку «живых» меток вблизи лестницы на втором уровне.
— Но если они добрались туда, почему не возвращаются? Почему они вообще не двигаются?
— Ты думаешь, я супермен? Вижу сквозь пол и стены? Причин может быть миллион. Скажем, кто-то ранен, и они оказывают ему помощь. Или там есть преграда, с которой надо разобраться. Одно могу сказать точно: они вооружены будь здоров как, поэтому жуки им не помеха.
— Может, дело в этой смерти?
— Э… Думаешь, они там читают заупокойную молитву? Поминают усопшего стопарем?
Эндрю растерялся. Он не смог уловить сарказма в словах Таджа, поскольку не понял,
— Что такое стопарь?
— Тебе это ни к чему, малыш. Я просто хотел сказать, что уж поминальной службой они точно не заняты.
— А вдруг это Уэбстер, и без него они не знают, что им делать?
— А может, это Бишоп, и они размышляют, как отпраздновать такое событие.
Эндрю улыбнулся, и Тадж снова ощутил теплую волну. В конце концов, ему удалось за несколько минут вытащить парня из глубокого отчаяния и даже заставить его отреагировать на шутку. Работа нелегкая, но он справился.
Эндрю посмотрел на свои часы, но большого смысла в этом не было. Значение имел только обратный отсчет на часах Таджа.
— Сколько у них еще времени?
Тадж взглянул на циферблат: оставалось 23 минуты.
— Время есть, — сказал он ровным тоном. — Смотри лучше на экран.
Глава 90
Никто не смел пошевелиться.
Осы обсели кромку провала, устремив глаза на второй уровень. Они словно знали, что добыча где-то рядом, но не могли ее обнаружить. Движения других насекомых отвлекали, мешая в точности определить местонахождение людей.
Сохранять неподвижность в окружении всех этих тварей было нелегкой задачей. На стоящих людей наталкивались пауки, многоножки ползали между ног, мухи садились на спины. Шум крыльев временами напоминал рев десятка набирающих обороты автомобильных двигателей. В воздухе пикировали и вновь набирали высоту москиты, пересекаясь в полете с шершнями, мухами, жуками, термитами и прочими жуткими созданиями. Встречались и продукты генетических патологий, хлопающие бесполезными крыльями или волочащими за собой пару лишних ног.
— Что, черт побери, они там делают? — спросил Майк, глядя на ос. Похоже, только они проявляли интерес к замершим в неподвижности людям.
— Не шевелитесь. И закройте рот, — сказала Лора, едва двигая губами.
Одна оса спустилась и пролетела перед ними — так генерал осматривает место предстоящего сражения. Она словно знала, что люди рядом, и хотела взглянуть на них поближе.
— Их путают другие насекомые. Они чуют, что мы здесь, но различают только движущиеся предметы. Стоит сделать шаг, и они распознают цель. — Лора по-прежнему едва шевелила губами.
— Но мы не можем здесь оставаться, нам надо уходить, — сказал Мэдисон. Его сдавленный голос напоминал опыты начинающего чревовещателя.
— Двинемся — погибнем, — возразил Уэбстер.
— У нас всего чуть больше двадцати минут. Так что если не двинемся — все равно погибнем, — отозвалась Джейкобс.
— И нам надо пробежать сотни метров вверх по лестнице до того, как сюда шарахнет ядерная бомба, — громким шепотом напомнил Миллс. — Нет уж, лучше сразиться с этой тварью!