Инструктор

Бадевский Ян

«Расширение».

Бульманы синхронно прыгают, оставляя полосу шипящего огня под собой. Вожака я узнаю по черному окрасу и рыжим пятнышкам на лапах — именно он руководит атакой. На мимикрию противники не размениваются — они просто хотят перегрызть мне горло.

Бросок скоординирован таким образом, чтобы псы не мешали друг другу. С трех сторон. Я поднимаюсь на задние лапы, а правой передней вычерчиваю размашистую дугу, захватив чуть ли не половину условной окружности. Бью на «ускорении», так что по вектору лапа размазывается, сливается с буро-зеленым фоном и режет белесые струи. Добавляю урон от

огня.

Первого пса чудовищным ударом сносит вперед.

Бульман врезается в вожака, и оба падают в лужу.

Третья собака почти дотянулась до моей головы, максимально раскрыв челюстной капкан. Я выставляю левую лапу, зашив ее «каменной броней». Зубы пса смыкаются на моем предплечье. Клацанье перерастает в хруст. Я вижу клыки зверя, они крошатся и выпадают. Резко взмахиваю лапой, и собачье тело, нелепо распластавшись в воздухе, летит к ближайшей сосне. Удар, визг и жалобное поскуливание. Хребет переломать не удалось, но пес сползает по коре и поднимается с трудом.

Первый бульман не шевелится.

Голова сторожевой собаки в крови.

Вожак яростно рычит и в два прыжка покрывает расстояние между нами. Целится в подбрюшье, чтобы избежать ударов страшных медвежьих лап. Третий бульман тоже несется в бой, несмотря на потрепанный вид. Да уж, гибрид получился убойным. Эти зверюги умрут, но не отступят.

Обрушиваю на вожака «пресс», но тот непостижимым образом уходит от удара, вильнув в сторону. Второй пес вгрызается мне в бедро, умудрившись прокусить кинетический щит. Взревев, я обрушиваю на черепушку зверя свою каменную лапу. Хватка не ослабевает, челюсти смыкаются еще сильнее. Пропускаю через говнюка «электрическую плеть», затем разворачиваюсь к вожаку и всаживаю когти ему в горло. Сжимаю пятерню, вслушиваюсь в булькающие звуки и утробное ворчание. Клыки смыкаются в сантиметре от моего носа. Напрягаюсь и вырываю трахею вожака вместе с клочьями черной шерсти. Мои когти в крови, красный фонтан лупит из изувеченного горла оппонента.

Последний бульман еще жив.

Рычит, поскуливает от боли, но упорно сжимает челюсти, пытаясь прокусить мою плоть вместе с защитной аурой. Удивительно, но давление челюстей столь чудовищное, что это дерьмо почти прокатывает.

Укрепляю кинетику эфиром.

И добиваю тварь правой лапой.

Выпрямляюсь.

Нога/лапа побаливает. Вокруг — изувеченные собачьи тушки. Лужа под ногами стремительно краснеет. Мокнут под дождем бесхозные тонфы, которыми я не успел толком воспользоваться.

Запускаю «контроль».

С ногой ничего страшного. Кости и сухожилия не задеты, всё ограничилось поверхностными ранами.

Перекидываюсь обратно в человека.

От моей одежды ничего не осталось. Куртка разошлась по швам и лохмотьями висит на мальчишечьем теле. Снимаю эти лохмотья и остаюсь в чем мать родила. Кроссовки с ног тоже сбрасываю — они разваливаются на части. В носках — дыры, оставленные медвежьими когтями.

Подбираю тонфы.

И бегу к своему дому.

Глава 23

От охранника почти ничего не осталось.

Мужика расплющило чем-то тяжелым. Ощущение такое, что на бедолагу обрушился… «пресс». Даже описывать не хочу это месиво — обычного человека вывернет наизнанку.

Тело

я обнаружил на одном из перекрестков.

Еще двое охранников застрелены в упор, причем пули явно были заряжены магией.

«Чутье» предупреждает об опасности задолго до моего приближения к таунхаусу. В комплексе хозяйничают одаренные. Кто-то на большой дистанции вмешался в коллективное сознание псов и взломал «цифрокором» систему безопасности. Нанятый шиноби или сам Мефодий — не принципиально. Важно то, что охранников кто-то завалил. Значит, всё это удаленное оперирование — лишь подготовка к внедрению группы захвата. Или группы ликвидации, что более вероятно.

Прочесываю территорию «сверхвосприятием».

Так и есть — возле нашего дома повышенная концентрация взвеси. Некто аккумулирует энергию, вкачивает ее в защитные и атакующие техники. И это не корректировщики, а обычные боевики. Правда, очень сильные. Я так понимаю, двое одаренных в ранге Магистров. Что ж, Церковь играет по-крупному. Не думаю, что это фанатики. Логичнее заплатить деньги и привести по мою голову профессионалов. А потом избавиться от них, как от ненужных свидетелей.

Мефодий, я доберусь до тебя.

Помяни мое слово, животное.

Нечто приближается.

Тело покалывает морозом. Я не сразу дорубаю, что погода изменилась не в лучшую сторону. Вместо дождя теперь идет снег. Дует пронизывающий, ледяной ветер. Не лучший подарок для голого человека в конце июня.

Что это за хрень?

«Лютая стужа».

Заворачиваюсь в «полыхающий щит», врубаю «контроль» и ускоряю метаболизм. Становится теплее, но и противник не успокаивается.

Мороз крепчает.

Колкие льдинки падают с неба, врезаются в выставленный щит и тотчас испаряются. Лужи покрываются белой коркой, с водостоков и карнизов свисают сосульки. Из моего рта вырывается пар. Стужа сковывает всё вокруг ледяным панцирем, я слышу хруст. Мне не устоять — техника слишком мощная.

Вбухиваю в «щит» прорву эфира, прокачиваю ауру до рекордного уровня. На улице сейчас, должно быть, минус пятьдесят. Или больше. Холод начинает покусывать пальцы ног, прорываясь сквозь пассивную ауру. Сердце усиленно прокачивает кровь по сосудам. Если бы не эфир, тонфы примерзли бы к моим ладоням.

Надо покинуть зону поражения.

Ускоряюсь, чтобы попасть домой.

И чуть не сталкиваюсь с компанией големов, выставленных убийцами на пороге таунхауса. Големы, кстати, собраны из воды, а это высший пилотаж. Массивные туши покрыты синеватой коркой, но внутри кажутся жидкими, почти прозрачными. Их четверо, все массивные и обманчиво неповоротливые.

«Раскладка».

Проскальзываю через ближайшего противника, резко торможу и бью назад «полосой жара». Не оборачиваясь. Вновь ускоряюсь, забираю левее, выдаю «расширение» и еще две «полосы жара». Последнего голема добиваю «хлыстом» — весьма посредственным, но и этого мне хватило. Водяные испарены, от них не осталось даже воспоминаний.

Дальше — веселее.

Неведомая сила вырывает куски асфальта, бордюры, кирпичи из стен, поднимает в воздух и швыряет в мою сторону. Кинетика такого не выдержит, поэтому ускоряюсь и совершаю стремительный бросок к двери таунхауса. Там Арина и Виталик. Надеюсь, еще живы…