Инвалиды

Рыбко Юрий

– Доброе утро! Моя кандидатура сегодня утром утверждена мэром города. Первоочередные планы – это разобраться во всех делах и восполнить учительский коллектив. Без вашей помощи я эти задачи не решу. В течение нескольких дней я постараюсь встретиться лично с каждым и выслушать все пожелания. Какие ко мне есть вопросы?

От такого спокойного и уверенного напора учителя словно проглотили языки.

– Что вы сможете сделать, если у вас нет ни малейшего представления об управлении школой, - первой возразила учитель истории, Ольга Васильевна, - о самых простых вещах: учебных

программах, учительском коллективе, психологии школьников, материально-техническом оснащении и так далее и тому подобное.

– Я понимаю ваши опасения, в конце месяца соберем попечительский совет, где обсудим результаты работы за последние несколько лет, а также конкретные предложения по корректировке плана работы школы. Все мероприятия я заблаговременно представляю вам на обсуждение.

После краткого совещания, ни у кого больше не осталось вопросов. Правда, мало кто верил, что все свои идеи Тимур сможет реализовать на практике.

Но дальнейшие действия директора убедили всех в обратном. Каждый день он ездил на своей коляске по школе, всех слушал, много читал и вообще показывал интерес к любым делам школы. Единственное, что он не делал, так это не готовился к переезду. По этому вопросу никто так и не получил официальной информации. Слухи о переезде быстро развенчались, не имея никакой основы.

А скоро и самые стойкие скептики увидели у Тимура задатки способного руководителя. В их числе была и Ольга Васильевна - учитель, имеющая ярко выраженные консервативные взгляды и скептическое настроение, но пользующаяся большим уважением в коллективе.

Первым делом новый директор собрал сведения о самых состоятельных родителях. В ближайшие дни он запланировал деловые встречи с двумя из них, чтобы лично попросить о спонсорской помощи.

Учитель истории сидела за столом со своим мужем и двумя детьми. На ужин она приготовила картошку с курицей, салат «Оливье» и свежие овощи. Дети кушать не хотели и еле-еле пережевывали пищу, гримасничая друг перед другом.

– Представляешь, назначили ученика директором школы, совсем с ума сошли, - с недоумением жаловалась она мужу, который молча слушал и жевал курицу. – Так нельзя, мальчишка на должности директора, да что он в этом понимает, никаких знаний, никакой ответственности. Попечительский совет совсем из ума выжил.

Муж слушал, лишь изредка посматривая на жену и кивая в знак согласия.

Она прижала руку к животу, где ощущалась небольшая тяжесть. «Наверное, от переживаний», - подумала учительница.

– Я пойду, прилягу, неважно себя чувствую. Посмотри за детьми, - сказала она мужу, вставая из-за стола.

Ольга Васильевна дошла до спальни и легла на кровать, почувствовав, что боль стала сильнее. В голове мелькнула мысль: «Может, аппендицит». Боль, казалось, не собиралась отступать ни на шаг. Она медленно встала, достала коробку с лекарствами, нашла пачку анальгина и проглотила одну таблетку. Еще через полчаса боль стала резче, усиливаясь с каждой минутой. Голова закружилась. Она позвала мужа и попросила его позвонить в скорую помощь.

Все остальное пронеслось как сон: врачи в

белых халатах склонились над ней и говорили, что дела плохи. Какие-то длинные коридоры и далекие голоса. Потом взволнованный голос мужа с неразборчивыми словами. У нее пронеслось в голове: «А что с детьми?» Послышался чужой голос, который говорил, что надо отправлять ее в краевой центр для экстренной операции, скорее всего, платной, потому что бесплатная, как более радикальная, не позволит сохранить орган. Около пятидесяти тысяч рублей. Конечно, таких денег у них нет. «Какой страшный сон», - подумала учительница.

Когда она открыла глаза, то увидела большую светлую палату и сидящего рядом врача, который держал ее за руку.

– Все хорошо, операция прошла успешно, состояние стабильное, будете поправляться, – доктор улыбнулся.

– Где я? – шепотом спросила Ольга Васильевна.

– В краевой больнице.

– Что у меня было?

– Апоплексия, это разрыв яичника, не переживайте, все органы целы, как и женские функции.

– Как я сюда попала?

– Вас доставили на скорой помощи, операция оплачена, не волнуйтесь, все будет хорошо, - доктор погладил женщину по руке.

– Как, кто это сделал? – взволнованно спросила учительница у врача.

– Ваши друзья, а сейчас отдыхайте, - доктор попрощался и вышел из палаты.

Когда пришла медсестра, Ольга Васильевна попросила ее подойти и спросила:

– Скажите мне, как я сюда попала?

– Нам нельзя разглашать информацию.

– Пожалуйста, я умею молчать.

– Наверное, хорошо работать с таким директором, это он все организовал. У нас только за министров так хлопочут, - медсестра повернулась к пациентке.

Ольга Васильевна удивленно посмотрела на нее, потом натянула одеяло до лица и уткнулась в него. Ее глаза наполнились слезами. Медсестра погладила пациентку.

– С вами все хорошо?

Ольга Васильевна прижала к себе медсестру.

– Да, - всхлипывая, ответила она.

Первая проблема, с которой столкнулся новый директор, состояла в том, что выявился дефицит денежных средств. Точнее сказать, не хватало денег на квартальную премию учительскому коллективу. Уходя, Владимир Викторович получил школьный парашют по коллективному договору в размере трех своих средних зарплат плюс компенсацию за неиспользованный отпуск. В администрации города пояснили, что дополнительного финансирования не будет и порекомендовали издать приказ об уменьшении премии.

– Это будет скандал, учителя рассчитывают на премию как на свою зарплату, - поясняла молодому директору главный бухгалтер, - некоторые с вопросами уже заходили в бухгалтерию.

Она опустила тот факт, что лично растрезвонила по школе, как ушедший директор забрал себе премию учительского коллектива.

– Сколько не хватает?

Бухгалтер показала ручкой цифру на листе бумаги. Тимур взял калькулятор и принялся считать. Через некоторое время он остановился и улыбнулся.

– Если я откажусь от своей зарплаты на четыре месяца, то премия сохранится в прежнем размере, - радостно произнес он.