Инженер
Шрифт:
– Джейкоб?
– Капитан? – посмотрел он на меня совсем уж странным взглядом, – что вы делаете?
– Проверяю ствол.
– И для этого портите ангар?
– Есть другие предложения, где тут можно пострелять? Хотя… – я подал пулемёт Джейкобу, – давай ты!
Тейлор попятился, но быстро вспомнил, кто тут капитан.
– Есть, сэр! – он принял из моих рук пулемёт и прицелился в стенку. Под таким углом пули рикошетить не будут, а переборку я специально нарастил и ради дела сплавил несколько шариков из поющей стали в тонкую
Прогрохотала очередь из пулемёта – Тейлор открыл огонь. Снаряды один за другим влетали в пластину и слегка её деформировали, но сквозного пробития так и не получилось. Замечательно!
Ствол слегка нагрелся, но термозаряд не израсходовал и десяти процентов своего потенциала.
Теперь проблема состояла в другом – обойма. Пулемёт использовал пятиграммовые стальные болванки, которые, будучи разогнанными до скорости в пять километров в секунду могут пробить практически любую броню. Три миллиметра поющей стали лишь слегка деформировались, хотя попадание по стене привело к образованию небольших кратеров, по краям которых металл словно бы оплавился – скорость и энергия снаряда такая, что металл при быстром взаимодействии даже в твёрдом состоянии ведёт себя как жидкость. Аналогичная фигня происходит при стрельбе кумулятивными боеприпасами, вот только кумулятивная струя более концентрирована и пробивает броню насквозь, тогда как болванка имеет вид обычного цилиндрика – так достигается максимальное останавливающее действие и поражение живой силы.
Джейкоб дострелял до конца, после чего потянулся к термозаряду, но я его остановил:
– Не там, Тейлор. Закончились боеприпасы.
– Боеприпасы? – дёрнул он бровью, – оно что, требует боеприпасов?
– Конечно. Не думал же ты, что маленькими пульками можно сделать такое, – я кивнул на погнутую стенку ангара. Джейкоб впечатлился.
В обойме было сто зарядов, но учитывая убойную силу, этого было более чем достаточно. Редко какая броня сможет противостоять, а если даже сможет – выстрелом должно отбросить на несколько метров.
Вторым по очереди шли снайперские винтовки. Вот тут поющая сталь стала панацеей от перегрева, так как основной нагрев шёл от трения снаряда в канале ствола, то и теплоотвод не был нужен. Вообще. Винтовка за три сотни выстрелов только немного нагрелась. Для длительной стрельбы более чем хороший результат – это была независимость от носимого боекомплекта. Именно этого я и добивался. Но более всего я желал, даже стремился, получить Дюрасталь. Этот материал делается из довольно обыденных по меркам галактики металлов и между тем намного прочнее стали, а общая распространённость позволит сделать броню кораблей из дюрастали. На данный момент броня это скорее пшик, так как может выдержать только небольшой удар, а мне нужны были непробиваемые звездолёты. Потому что массовостью тут и не пахло – я не смогу создать ничего вроде звездной кузницы – слишком сложно и слишком большую цену надо платить за производимые на ней корабли. Легче вбросить материалы на рынок, что бы местные наконец свернули с текущего направления развития.
Корабль закончил добычу и в точно оговоренный срок поднялся с этой планеты. Хотя запасы были ещё огромны, получить их мне не светило.
Да и девяти тонн вполне достаточно что бы создать броню всем моим верным спутникам.
И снова я вернулся в капитанскую рубку и снова застал там Солуса, который смотрел сохранённые в памяти компьютера данные о поющей стали. Видимо, уже немного прочухался. На моё появление саларианец отреагировал просто
– Капитан. Что вы со мной сделали? Моих приборов недостаточно для диагностики.
– Ничего, ровным счётом ничего, – ответил я Мордину, – только немного омолодил.
– Что значит «омолодил». Это невозможно.
– Нет ничего невозможного, доктор Солус, нет абсолютно ничего невозможного. Невозможно только существование невозможного, но это петля получается… – подумал я, – ладно, не берите в голову.
– Я и не беру. Информация. Препарат? Нет. Может биотика? Нет, не она.
– Сила, – прервал я его домыслы, – это просто Великая Сила.
– Сила. Великая. Почему Великая? Что за сила?
– Великая, потому что для неё нет ничего невозможного. Корабль построить, клеточную структуру подновить, или ещё что… – я пожал плечами, – если хотите, попытаюсь объяснить, но словами это передать трудно. Это надо чувствовать, а чувство может быть только у того, кто этой силой обладает.
– Да. Объясните, – кивнул Саларианец.
– Итак, – начал я, – Существует некая… энергия. Вездесущая, пронизывающая всю вселенную. Как гравитация, только в другом ключе, с другими возможностями. Я зову её Сила, или Великая Сила. Она позволяет манипулировать материей, как например при постройке этого корабля, манипулировать живой материей, например, ваш организм, манипулировать гравитацией, – я притянул к себе его планшет телекинезом, – и ещё много чего позволяет. Манипулировать магнитными полями, – я поднял руку и выпустил в неё сырую силу, результатом чего стали разряды молний между пальцев, – даже разумом… – я посмотрел на доктора, воспользовавшись телепатией передал ему следующие слова: – я понятия не имею, когда и почему она появилась, что она из себя представляет, и владеет ли ей кто-либо ещё. Но знаю точно, что она есть. Можете не пытаться раскрыть секрет Силы, это пробовали до вас. Миллионы раз миллионы учёных предпринимали миллиарды попыток, использовали всё доступное оборудование, все силы и средства. И ничего не выяснили. Абсолютно ничего.
– Этого не может быть! – Мордин схватился за голову, – я слышу голос в своей голове!
– Я воспользовался телепатией что бы транслировать свои слова в ваш разум.
– Феноменально! – доктор вскочил, тут же зашагав вокруг стола, за которым облюбовал себе место. По пути он случайно сбил стакан с кофе, но я подхватил его силой и поставил на место, заслужив ещё один взгляд саларианца. На его саларианской роже человеку трудно идентифицировать эмоции, но я то мог читать их и без наблюдений.
Солус перестал наконец двигаться и остановился рядом со мной:
– Когда это началось?
– После того как я умер, а меня воскресили.
– Вы… сразу заметили эту способность?
– Сразу. И знал, как ей пользоваться. Возможно, смерть как-то на это повлияла. Считайте это подарком судьбы за все мои страдания.
– Это…
– Абсолютно не важно, – полным скепсиса голосом сказал я, – через некоторое время в галактике начнётся массовое истребление всей жизни, так что не имеет значения, есть у меня эта способность или нет. Мало кто верит в моё воскрешение то, а уж в то, что я обладатель неведомой силы… Могу вас уверить, во мне вы не найдёте ничего, что отличало бы меня от человека – ни имплантов, ни лишних органов, ни одной клеточки или биотока. И я не собираюсь становиться подопытным кроликом, так как сила это не тупая энергия, а нечто более… разумное.