Иоанниты
Шрифт:
– Вы откуда про него знаете?
– Пап! – не выдержав, выкрикнула Виктория, которая так и не решилась опустить оружие. – О чём это вы говорите? И кто эти люди?
Я даже не заметил, как перешёл с каледонской мроны на альбионский бриниум. Моя дочь в иностранных языках не сильна, так что весь наш разговор ей оказался совершенно непонятен.
– Прости, Виктория. Это мои друзья: Салли и Истер, я о них как-то рассказывал. Ты можешь опустить оружие, они ничего плохо не сделают.
– Ты их позвал? – с ошарашенным видом
– Нет, понятия не имею, откуда они здесь.
Внезапно Салли оказалась вплотную ко мне и скромно дёрнула за рукав. В полутьме на её лице легли витиеватые тени.
– Август, мне послышалось, или она назвала тебя папой? – продемонстрировала шатенка хорошее владение мроной.
Вот, честно говоря, совсем не думал делиться этой своей тайной. Даже с четой Шорш.
– Да, – нехотя брякнул я и отвёл взгляд, – это моя дочь, её зовут Виктория.
– Неужели? Господи, Август, я бы никогда не подумала, что у тебя есть дети. Я столько слышала, что… ну, прямо…
– Так, о чём вы там? – на сей раз мой долговязый друг остался не у дел, так как знать не знает каледонский.
– Это Виктория, – указала Салли на мою дочь и растянула радостную улыбку. – Август – её отец!
Брови длинноволосого подскочили к макушке, в недоумении всё его лицо перекосилось. Не меняя кривой мины, он долго переводил взгляд с меня на Викторию. Я заметил, что мою дочь это сильно смущает и, можно сказать, злит.
– Август, так у тебя есть дети? А чего ты раньше не хвастался?
– Это была тайна.
– Да ладно, мне-то мог сказать, – я не почувствовал в голосе друга ни капли обиды.
– Я не решился, – получается у меня отвечать лишь односложно.
– Понятно. Эй, а у неё тоже узоры на руке. Она – иоаннит, как ты? Ты же говорил, что больше из Ордена никого не осталось.
– Пап, о чём это он? И чего он на меня так таращиться? – свела Виктория брови на переносице.
– Он удивлён увидеть ещё одного иоаннита, тем более мою дочь. Прости его, он просто очень впечатлителен.
Ясно понимая, что речь о нём, Истериан ловким движением пригладил волосы и, сделав широченный шаг Виктории навстречу, произнёс с поклоном:
– Истериан Шорш к Вашим услугам.
– А я Салли Шорш, – поспешила шатенка представиться – Это мой супруг Истериан, он рад с Вами познакомиться.
– Ага, славно, – растеряно отреагировала Виктория.
Её руки заёрзали по ремню с явным желанием схватить оружие и не отпускать, пока двое нежданных гостей не удаляться.
– Извините, – подал голос давно забытый Максвелл, – я…
– Сядь куда-нибудь и сиди смирно, – устал я отбиваться сразу от нескольких словоохотливых людей. – Мы давайте тоже присядем.
Идея подходящая, надо было чуть раньше додуматься. Салли с Истером присели на диван, я устроился в кресле. Виктория устала освещать комнату узорами, поэтому раздобыла спички и зажгла
Дочь села на подлокотник моего кресла. Странно, но сейчас бывалая бандитка ведёт себя подобно растерявшейся маленькой девочке. Но не буду гордиться, что чувствую себя лучше, напротив, меня совершенно выбили из колеи шок от встречи с четой Шоршей, их неуклюжее знакомство с Викторией и даже неловкость перед Максвеллом.
Если я прямо сейчас преставлюсь, это будет стоящей кульминацией моей жизни.
Истериан принялся пристально изучать черты лица Виктории, но, не найдя неоспоримых признаков родства, уточнил полушёпотом:
– Это ведь на самом деле твоя дочь?
– Нет, просто не придумал, как бы получше тебя обмануть. Не задавай глупых вопросов. Объясните мне лучше, что вы двое здесь делаете.
– Мы сказали уже… – принялась жестикулировать Салли.
– И как вы додумались в Фанек податься?
– Это длинная история. Как только ты пропал, Истериан сразу догадался, что ты отправился выведывать, откуда сектанты научились пользоваться артефактами.
– Как это ты догадался? – подавшись вперёд, спросил я полукровку.
– Так сколько говорилось, что пользоваться иглами могли только члены Ордена. Ладно тот демон, он прочёл твои мысли, но оставшиеся двое… Они по чистой случайности оба погибли в перестрелке, но почему-то про них напрочь забыли. Очень уж были рады поимке Хленда. На самом деле, я от тебя чего-то подобного и ожидал.
– Ясно. Так что дальше?
– Мы стали наводить справки в Сантибе, – продолжила Салли, непрестанно взмахивая рукой в воздухе, – там мы выяснили, что те оба были календонцами, а последнее место их работы – переводческая контора «Сперара»[30], что находится в Лютеции. Мы сразу же отправились туда. Надо сказать, место оказалось на удивление неприятным: мордовороты сновали по коридорам, словно там людей пытают, а не книжки переводят.
– Короче, нам были не рады, – вставил веское замечание Истериан.
– Мы решили напрямую спросить про интересующих нас сотрудников, но директор тотчас распорядился вывести нас. Мне сразу стало понятно, что он что-то такое знает, возможно, был сообщником.
– И что вы предприняли? – рассказ заинтересовал меня сильнее, чем я ожидал.
– Случайно натолкнулись на уборщика-старожила на улице, он сам к нам подошёл. Намекнул, что контора в последнее время обросла дурной репутацией, сказал, что работники бегут оттуда пачками. Мы расспросили подробнее и выяснили, что причина увольнений в страхе: стали пропадать сотрудники, остальные решили подобру-поздорову уйти. Потом его просто понесло: рассказал про одного переводчика, якобы тот украл в конторе что-то ценное и сбежал. Теперь его разыскивают мордовороты директора.