Иоанниты
Шрифт:
Я без опаски поднял небольшой прибор и взглянул туда, где должна вставляться та непонятная спица и фиксироваться зажимами. Здесь её не оказалось.
– Раз нет этого стержня, – приступил я к неуклюжим рассуждениям, – значит, их изготавливают не здесь, иначе бы собирали сразу. Выходит, либо есть ещё завод, либо стержни делают у Креже.
– Кто знает, может, мы что-то упустили.
Тут вперёд подался Дюкард и взял у меня из рук чёртово изобретение.
– Надо попробовать какие-нибудь эксперименты с этой штукой, – неуверенно
– Как вам такой эксперимент – пробасил Дюкард, разглядывая игрушку: – я вставляю эту гадость в задницу Ремапу и бью того электричеством, пока всё не расскажет.
– Может получиться.
Воспоминания никогда не ждёшь, но чаще всего рад им. Я, возможно, не так часто, как прочие, но тоже бывают приятно удивлён способностями моей памяти.
Тогда мы шли с Эдмором по Фанеку уже знакомой дорогой. Заучили все до единого повороты, переулки и камни под ногами. Прошло больше месяца, как мы носимся по городу в поисках птичьего губителя. И большую часть этого времени мы ходим одним и тем же маршрутом.
И он ничуть не связан с поискам демона.
– Франц точно дал нам отдых сегодня? – уточнил я не в первый раз.
– Точно, хватит уже зудеть.
Просто у него есть причины соврать, веские причины, я его полностью понимаю, но не то чтобы поддерживаю. Сам лично я не видел наставника и не слышал, чтобы он отпускал нас передохнуть. Учитывая, что мы больше месяца каждодневно разыскиваем пернатую тварь, не очень-то верится, надо сказать.
При этом я не думаю, что ради нашей цели он стал бы идти против воли Франца. Да, многие скажут, что в такой ситуации не грех и нарушать правила, но мне бы этого не хотелось, тем более что это совершенно необязательно.
Ладно, если что, я готов и к наказанию. Почему-то уже не сомневаюсь, что оно последует.
Проблема тут в другом: оправдываться нам будет нечем, а правда – это практически билет в могилу. Не буквально, конечно, но мы сильно рискуем, так как нарушаем одно из основных правил Ордена.
Меня утешает только Картер, который нарушает кучу мелких, но всё ещё не получил какого-либо наказания страшнее выговора.
– Сейчас сколько времени? – спросил Эдмор, от нетерпения перешедший на короткие, но частые шаги.
– Полдень почти.
– Мы рано, по-моему – почесал он шею.
– Тогда чего ты меня всё время подгоняешь?
– Я думал, сейчас больше.
– Но спросить-то ты не мог, – раздражённо кинул я.
– Ладно, прекрати.
– Я вообще молчу.
– Только переспрашиваешь без конца про Франца.
Тут я не выдержал и остановил товарища, решительно схватив его за рукав. Он оказался растерян, особенно увидав мою суровую рожу, готовую запылать.
– А ты взгляни-ка мне в глаза и ответь честно, отпускал ли нас Франц?
Эдмор поколебался совсем немного – я ожидал, что из него придётся клещами тащить:
– Нет.
– Великолепно! И ты
– Да чего ты боишься? – оклемался каледонец и принялся давить в ответ. – Я сказал ему, что мы продолжим допрашивать людей на Почтовой площади.
– Вот только мы этим заниматься не будем. Что мы скажем Францу?
– Что ничего ценного не услышали. Боже, Август, мы всё равно каждый день с пустыми руками приходим.
В этом Эдмор прав, я и спорить не буду. Мы переворачиваем Фанек вверх дном, но толку с этого на два трисора медью. Но признавая правоту друга, я не могу переупрямить свою совесть. Как я уже говорил, сегодня тот день, когда стоило бы.
Поостыв, я выдохнул и отступил на шаг. Нелегко было признаваться, что правда за Эдмором, я и не стал этого делать – просто продолжил путь неспешно. Товарищ всё понял, улыбнулся довольно и двинул следом.
В молчании мы протопали несколько кварталов. Я уныло считал булыжники под ногами, как вдруг каледонец толкнул меня локтем. Подняв глаза, я увидел его озадаченным и смущённым. Потоптавшись, он выпалил, с трудом ворочая языком:
– У тебя деньги есть?
– Что?
– Деньги.
– А, деньги, ну да, есть что-то. А зачем тебе?
Он дёрнул плечом, указывая себе за спину. Я шагнул вправо и увидел, что Эдмор намекает мне на улыбающуюся толстую торговку букетами.
– Цветов думал купить, – стыдливо признался товарищ.
Глава XI
Об иголочках, не только об иголочках и совсем не об иголочках
Не всё так просто оказалось с возвращением домой: только мы пересекли границы Чудо-города, как я стал замечать нарастающее напряжение в рядах банды. Сам я наоборот расслабился, так как капать вскоре перестало.
Трое разбойников постоянно оглядываются, нарочито долго трутся на перекрёстках перед тем как свернуть. Мне до них далеко – это я понял сразу, но и моему взору вскоре предстал сутулый тип, что держится вдалеке. Низко надвинутая шляпа и тяжёлый плащ – личность таинственная с нотками угрозы. Он ловко прячется, мелькает на считанные секунды и растворяется на фоне города, словно его и не было.
Сколько бы я ни старался, так и не смог его как следует разглядеть.
– За нами следят? – шепнул я бандитам.
– Я его заметил двадцать минут назад, – ответил Дюкард, стараясь не двигать головой. – По-моему, всего один, хотя не уверен.
– Один, это точно, – уверенно сказала Виктория.
Мне от её уверенного тона стало не по себе. Я, можно сказать, молился, что они вовсе скажут, что у меня попросту разыгралось воображение.
С этим надо что-то делать – так и поступили. Троица в какой-то момент двинула в неизвестном направлении, один я пошёл было к дому. Ясно, они хотят заманить типа в ловушку, но могли бы и меня предупредить, ей богу.