Шрифт:
Таинственная Рыба
Было мне лет двенадцать, и держал я аквариум. И не просто держал аквариум, а занимался этим делом, можно сказать, очень даже профессионально: не только приобретал разных экзотических рыбок на иркутском "птичьем рынке", но и пытался разводить их у себя. А дело это - достаточно хлопотное, требующее и определённого опыта, и знаний, и терпения, и специальной литературы.
Интернета в первой половине восьмидесятых, понятное дело, и в помине не было - и не было никакой литературы по аквариумистике ни в одном из книжных магазинов города. Что-то можно было, конечно же, найти в детской библиотеке - но те книжки, которые были там, в основном, давали лишь краткий обзор существующих пород аквариумных рыбок - да и
Аквариумисты, продававшие рыбок на городском "птичьем рынке", приспособились выпускать "самиздат": просто, перепечатывали на пишущих машинках коротенькие главы про ту или иную породу рыбок из какой-нибудь специальной книжки, сшивали несколько листов нитками - и продавали эти "пособия" здесь же, на "птичьем рынке". Специальные книжки по аквариумистике, из которых они перепечатывали эти главки, как правило, издавались в Москве или "ленинграде" небольшим тиражом - и расходились там же, почти и не доходя до других городов страны. Кроме того, в основном, это были переводные издания книг, вышедших где-нибудь в Чехословакии, Польше или ГДР, и большинство пород аквариумных рыбок, о которых в них шла речь, в нашей стране были неизвестны.
Мне, можно сказать, очень даже повезло: среди книг, которые завалялись - именно, случайно "завалялись", без всякой надобности, у моей мамы, неожиданно нашлась тоненькая книжка "Подводный мир дома", выпущенная местным Восточно-Сибирским книжным издательством в 1964 году. В том далёком году в Иркутске был открыт первый - и, вплоть до 1993 года, единственный - зоомагазин, и его открытие было настоящим событием в культурной жизни города. Настолько значимым событием, что, видимо, именно к нему и приурочено было издание той книжки, что случайно оказалась у меня. Хочу отдать должное её авторам - научным сотрудникам биологического факультета ИГУ, супругам Плешановым: прекрасно понимая, что в Иркутске аквариумистам ещё долго будет сложно рассчитывать на богатый ассортимент и экзотических рыбок, и разнообразных аквариумов, и всяких принадлежностей, авторы делились с читателями самыми разнообразными премудростями. Например, как самостоятельно изготовить аквариум в домашних условиях, как из жестяной банки сделать подсветку для аквариума, а из проволоки, песка и изогнутой "U"-образно стеклянной трубки соорудить обогреватель. А, кроме того, авторы, дав краткий, но достаточно серьёзный обзор разновидностей экзотических рыбок, условий их содержания и методов лечения рыбьих болезней с помощью подручных средств (даже таких, как раствор поваренной соли или синьки для стирки белья), обращали внимание читателей и на местные, сибирские породы рыб, которых можно содержать и даже разводить в домашнем аквариуме. Не знаю, насколько эта книжка известна сегодня среди аквариумистов, но в 1984-85 годах она мне очень сильно помогла.
Вспоминается такой случай: в книжке Плешановых я прочёл про обитающих в Юго-Восточной Азии рыбках класса лабиринтовых - петушках, макроподах и гурами, которых любители с удовольствием держат и разводят в аквариумах. В книжке говорилось, что в естественных условиях эти рыбки живут в разных канавах, которые, время от времени, пересыхают - вот рыбки и приспособились по нескольку часов обходиться без воды: просто, лежат в сырой грязи, в иле, и ждут воду - и им ничего не делается. Авторы даже писали о том, что если, например, рыбку гурами вынуть из аквариума и завернуть в мокрую ткань, то часа через два-три её можно будет выпустить обратно в воду, и с ней ничего не случится...
А в нашей школе, в кабинете биологии, стоял аквариум. Грязный и загаженный аквариум, в который постоянно кто-то что-то кидал или лез руками. В конце концов, в аквариуме поумирали все рыбки, кроме одной - и этой, последней, был, как раз, жемчужный гурами... И вот, когда однажды, в очередной раз, нас с моим другом Бегемотом оставили после уроков прибирать кабинет биологии, я подошёл к аквариуму, достал из кармана и намочил в нём носовой платок, а потом подозвал Сашку:
– Смотри, -
– Не может быть!
– стал кричать Бегемот, и принялся отбирать у меня сачок, - не мучай рыбу! Она же умрёт без воды!...
– и продолжает мешать мне в моей "рыбалке".
– Скорее, она в этой помойке окочурится!
– говорю я Сашке, шуруя сачком, - а если не веришь, то давай пари: если рыбка умрёт, то я отдаю тебе монету Фиджи и монету Австралии с кенгуру! А если с ней ничего не случится - забираю у тебя Цейлон и Пакистан с парусником!
Пари было заключено, гурами выловлен и завёрнут в мокрый платок - и мы пошли ко мне домой. Хотя путь от школы до дома был и недолгий, мы ещё сделали крюк, и зашли в букинистический магазин, где проторчали около часа... А потом мы пришли ко мне - и Бегемот испытал настоящий культурный шок, когда я развернул платок, выпустил гурами в свой аквариум - и он поплыл, как ни в чём ни бывало!... Пришлось Гипопотаму расстаться с двумя хорошими монетками из своей школьной коллекции (та коллекция, что у него сейчас - гораздо богаче и солиднее моего собрания, и я Сашке по-доброму завидую).
Но рассказать я хотел не об этом. О моём "аква-хобби" знали, кажется, все соседи в нашем доме. Это и неудивительно: сколько раз они видели, как по воскресеньям я спешил домой с "птичьего рынка" со стеклянной банкой в руке. Соседи, кстати, почти всегда просили показать им новых рыбок... И вот однажды, когда я, в очередной раз, спешил домой, чтобы поскорее посадить в "карантин" очередное своё приобретение - огненных вуалехвостов (как сейчас помню!) - меня окликнула наша соседка, Рита Борисовна:
– Роман, - спросила она сразу же, - скажи: у тебя аквариум насколько большой?
Аквариум у меня был - дай-то Бог!
– на целых двести литров, и не из зоомагазина, а изготовленный по заказу - о чём я сразу же Рите Борисовне и поведал с гордостью.
– Тут видишь, какое дело... Зять на рыбалку ездил, рыбки свежей привёз... Так вот, одна рыбина - живая. Нам её убивать жалко, раз уж живая - посадили её в таз с водой, она там сидит теперь. Может, ты бы её себе забрал? Пусть у тебя в аквариуме живёт, с остальными...
Мне б, дураку, поинтересоваться, что за "рыбина", какого размера хоть - но я, как последний дурак, сразу же согласился. Дело в том, что к тому времени, начитавшись книжку Плешановых - точнее, главу книги про сибирских рыб - я горел желанием поселить у себя в аквариуме или гольяна, или небольшую шиповку. Вот и подумал, что моя мечта сбылась.
– Отлично, - сказала Рита Борисовна, - тогда девочки сейчас принесут тебе нашу рыбу, и вы её из таза и пересадите.
И девочки, внучки Риты Борисовны, принесли мне... РЫБУ. В тазу с водой, куда они "для красоты" положили пару-тройку камешков, сидело нечто гладкое, напоминающее гольяна - только больше, этак, раз в десять - или маленького налима или сома. Представьте себе это чудо: болотно-зелёного цвета, тело не сплющенное с боков, а круглое - сразу видно донного жителя!
– и вытянутое от головы к хвосту сантиметров на сорок-пятьдесят. На морде у чудовища, в уголках пасти, было две пары небольших усиков. Чудовище смотрело на меня своими бледными рыбьими глазами, и то приоткрывало, то сжимало свои рыбьи губы...
Естественно, не могло быть и речи, чтобы садить эту РЫБУ в аквариум с декоративными рыбками - она же всех их съест за полчаса! Но и отступать было нельзя. И я пересадил это страшилище в отдельный небольшой аквариум, в который, обычно сажал "на карантин" принесённых рыбок, или отсаживал самочек на период нереста. Сейчас этот аквариум был пуст, и я пересадил в него принесённую рыбу. Плюхнувшись, рыба уткнулась мордой в нижний угол стеклянного паралеллепипеда - а её хвост едва не высовывался из воды в районе верхнего угла, расположенного по диагонали. Маневрировать рыбине в новом "жилище" было негде.