Исчезающие Девушки
Шрифт:
– Привет, - говорит Паркер и вскакивает на старый пласт породы в траве передо мной.
– Не ожидал увидеть тебя.
"Было бы неплохо пригласить меня" - чуть не сказала я вслух. Но это бы подтвердило то, что я испытываю. Могло бы даже показаться, что я ревную из-за того, что он пригласил Ники. Поэтому не буду спрашивать здесь ли она.
– Хотелось выйти из дома, - отвечаю я вместо этого, запихивая свободную руку в передний карман спортивной кофты Ники.
Когда я рядом с Паркером, моё тело даёт о себе знать, как будто меня разобрали на части, а потом снова
– Как там «ФанЛэнд»?
Он ухмыляется, а я из-за этого сержусь. Он слишком непринуждённый, слишком улыбчивый, слишком отличается от того Паркера, который остановил машину, чтобы поговорить со мной вчера, неловкого и неподвижного Паркера, который даже не вышел из машины, чтобы обнять меня. Я не хочу, чтобы он думал, что мы такие же друзья, как и раньше, и поэтому я указываю на «Дринк».
– С «ФанЛэндом» всё в порядке, - отвечает он.
Его зубы белоснежно-белые. Он стоит так близко, что я чувствую его запах, могу наклониться на несколько дюймов и прильнуть щекой к мягкой ткани его футболки.
– Даже если они немного гиперактивны.
– Гиперактивны?
– говорю я.
– Ну, знаешь, повеяло юностью [8] . Они пьют Кул-Эйд и всё такое.
– Паркер поднимает кулак. – Вперед, «ФанЛэнд»!
Паркер всегда был таким странным. Иначе он был бы дико популярен.
– Однажды моя сестра почти утонула, пытаясь заняться серфингом на доске для плаванья в бассейне, - я не говорю, что я подговорила Ники сделать это, за то, что она посоветовала мне съехать с горки на спине.
8
«Smells Like Teen Spirit» (Повеяло юностью) — песня американской группы Nirvana.
– Похоже на неё, - замечает Паркер, смеясь.
Я отворачиваюсь, делая еще один глоток пива, но стоя так близко к нему, узнаю знакомые очертания его лица - нос, слегка изогнутый и до сих пор со слабой линией шрама, который он получил, столкнувшись с локтем парня во время игры в Ультимат, скулы и его длинные ресницы, как у девушки, - это заставляет сжиматься мой желудок до боли.
Паркер касается моего локтя и я отхожу от него.
– Я очень рад, что ты пришла. Мы действительно никогда не говорили, ну знаешь, о том, что случилось.
"Я влюбилась в тебя, а ты разбил мне сердце. Все кончено, конец истории".
Чувствую, как стучит мое сердце в грудной клетке. Наверное, это все из-за велопробега. Я все еще слаба.
– Не сегодня, ладно?
– заставляю себя улыбнуться.
Не хочу слышать извинения Паркера за то, что он меня не любит. Услышать это будет даже хуже, чем просто знать.
– Я здесь просто, чтобы хорошо провести время.
Улыбка Паркера дрогнула:
– Ну, ладно. Понятно, - он чокнулся своим стаканом об мой.
– Тогда как на счет добавки?
В группе людей замечаю Аарона Ли, парня, с которым недолго встречалась Ники до аварии: хороший парень, с неплохим телом, но безнадёжный зануда. Он поднимает глаза на меня
– Я не против, - говорю я.
Пиво не действует на меня как обычно. Вместо этого я чувствую теплоту, свободу и беспечность, после чего подступает тошнота и приходится вылить остатки пива на землю. Паркер быстро отскакивает назад, чтобы брызги не попали на него.
– Что-то я чувствую себя не очень хорошо. Лучше пойду домой.
Сейчас его улыбка полностью исчезла. Он теребит своё левое ухо, а голос звучит без особой радости:
– Ты же только пришла.
– Да, а теперь я ухожу.
Все больше и больше людей кидают в мою сторону любопытные взгляды. Мои шрамы горят. Такое чувство, будто меня освещают фонарём.
- Тебя это не устраивает? Мне нужно попросить у тебя разрешения уйти?
Знаю, что веду себя грубо, но ничего не могу поделать с этим. Паркер кинул меня, избегал после аварии. Он не может вновь вернуться в мою жизнь и ожидать, что я приму его с распростёртыми объятиями.
– Постой, - в какую-то секунду пальцы Паркера холодные от бутылки пива хватают меня за запястье.
Я вырываюсь, и неуклюже развернувшись на скользкой траве, устремляюсь сторону камней, проталкиваясь через толпу, которая тут же расступается передо мной, словно я заразная.
Колин Дэси пытается разжечь костер в яме, которая представляет собой почерневшую выемку в земле с выложенным вокруг гравием и камнями. Однако, пока у него получалось лишь отправить вонючие столбы дыма в небо. Тупица. Итак, здесь очень душно. Да и копы постоянно патрулируют в летний период. Девушки отходят от костра, хихикая и махая руками, пытаясь разогнать дым. Одна из них, десятиклассница, чьё имя я забыла, наступает мне на ногу.
– Мне ооооочень жаль, - извиняется она и её дыхания разит ликёром «Амаретто».
А затем я вижу Ариану, которая слегка отодвигается в сторону, уступая мне дорогу, и широко улыбается милой фальшивой улыбкой, словно она продавец, пшикающий на меня парфюмом.
- Ты уже уходишь?
Но я не останавливаюсь. Почувствовав, как кто-то дотрагивается до меня, я вырываю руку:
– Что? Что, черт возьми, тебе надо?
Аарон Ли быстро делает шаг назад:
– Извини. Я не хотел... прости.
Моя вспышка гнева тут же исчезает. Почему-то мне всегда нравился Аарон, хотя мы едва были знакомы. Понимаю, каково это – бежать за Ники и всегда быть на три шага позади. Я делаю это с самого рождения.
– Все нормально, - отвечаю я.
– Я просто собиралась уходить.
– Как твои дела?
– спрашивает Аарон, будто ничего не слышал, явно нервничая, так как стоит, прижав руки к бокам, словно ждет от меня команды на марш.
Рост Аарона почти два метра, в школе он самый высокий парень азиатского происхождения, и вообще, самый высокий из всех, кого я встречала. А сейчас он кажется не только высоким, но и неуклюжим, будто он забыл для чего у него руки. Не дав мне ответить, он тут же продолжает: