Исход
Шрифт:
— Вы не убьете его!
— Скажите-ка мне, Глэйдл, какого черта у вас есть человек такого высокого уровня? Какой он у него был до первого убийства?
— Это вас не касается…
Ноэль захотел врезать Глэйдлу, но вместо этого бросился к воину. Лицо маньяка, озлобленное, морда пойманного льва, иногда озаряла тень того кровавого безумия, что заставило одного игрока убивать других. Однако в момент перед смертью, когда острие клинка Ноэля сверкнуло у него перед глазами, убийца вдруг разом переменился. Сощуренные глаза расширились, рот открылся, будто он только что очнулся
«Стой!» — прочитал Ноэль по движениям губ. С влажным звуком меч вошел в правую глазницу маньяка. Рывок назад. Капли крови вперемешку с лопнувшим глазом, оросившие песок.
Раздался вопль нескольких вернувшихся, но он не обращал на него внимания. Его трясло от переизбытка чувств, взвинтивших мозг. Перед ничего не видящими глазами проступила надпись:
«Достижение «Лучший друг» выполнено. Вы получаете +10 единиц к моральной лабильности, жаль, что такого параметра в игре пока нет ^-^
Поздравляем, герой! Тот, кто побеждает, забирает все! Вы достигли двадцать пятого уровня, так держать!»
В ушах стоял звонкий голос молодой девушки, которая могла бы озвучить это сообщение в какой-нибудь онлайн игре. Голос до того жизнерадостный, до того сочный, что ему, держащему в руках окровавленный клинок, вдыхающему ночной воздух, что пах кузнечиками и травой, ему становилось тошно.
Он думал о моральной лабильности, когда мир вокруг вновь обрел звуки. Вернее, тишину. Глэйдл и еще двое вернувшихся стояли на коленях, придерживаемые авангардистами. Глава отрекшейся гильдии долго смотрел на упавший ничком труп убийцы, пока наконец не сказал:
— Ему было десять.
Ноэль опешил. Волна отвращения к самому себе захлестнула его Оцепенев, краем сознания он слушал развернувшийся позади разговор.
— Десять? Вы позволили ребенку стать таким сильным? — Тихо спрашивал Андерсен, дав знак людям их отпустить.
— Он сам. Мы не специально.
— Сам? Он ходил в новую локацию в одиночку?
— Да.
— Сколько еще ваших ходят туда?
— Это вас не касается.
— Вы знали, что это он убивал людей?
Глэйдл молчал.
— Вы знали, что он.
— Не знали! — Выкрикнула черноволосая девушка, которая вместе с Глэйдлом была повязана авангардом.
— Догадывались… — Тихо сказал гильдмастер.
— Догадывались… — Повторил Шил. — Вы тупые идиоты! Из-за вас погибли люди. Из-за вас! — Перешел он вдруг на крик. Лицо его побагровело. Многих удивило такое поведение главного по быту, но мечник заметил в нем эту перемену еще несколько дней назад. Почему-то вся эта ситуация трогала сердце вайта.
— Ну сказали бы мы вам, и что бы вы сделали?! — Тоже взорвалась девушка.
— Да что угодно. Да хотя бы связали его и закрыли где-нибудь, чтобы убедиться, не прекратятся ли убийства. Да он может и сам признался бы!
— Ладно. Хорошо. Эти пять жертв на наших руках. — Сказал Глэйдл.
— О, спасибо. Какое великодушие.
— Шил… — Андерсен положил на его плечо руку.
— Не надо. — Эльф стряхнул его, развернулся и скрылся в темноте.
Подошла еще одна группа людей, среди которых
— Нужно пересмотреть наши отношения. — Продолжал Андерсен невозмутимо. — Несмотря ни на что, мы все еще многим связаны. Пусть вы и не считаете себя игроками, но вы и не Аррелион.
Постепенно Ноэль приходил в себя. Маска тьмы рассеялась, обнажив холодное лицо Фиста, освещаемое лунным светом. Глаза его внимательно наблюдали за происходящей сценой, хотя напряженные скулы говорили о том, что терпение его скоро иссякнет. Перевел взгляд на Ноэля, сразу потеплевший. Его зеленые глаза гипнотизировали.
Люди, ведомые распространяющимися слухами, которые разносили курсирующие по деревне любопытцы, продолжали наплывать.
— Не очень хочется, чтобы это видели. — Сказал Глэйдл, глядя на Кадиэла, которому на ухо нашептывал авангардист. Гильдмастер быстро кивал, оглядываясь, потом отдал короткий приказ, и четко организованная машина управления (за что Кадиэлом нельзя было не восхищаться), пришла в движение. Трупы авангардов тут же взвалили на плечи. Маньяка постигла та же участь; тело его провожала девушка и двое мужчин. Глэйдл скрылся. Лаурен подошла к Ноэлю и обняла за плечи.
— Ты как?
— Нормально, спасибо Фисту.
Убийца махнул двумя пальцами в приветственном жесте.
— Что теперь? Ты двадцать пятого уровня.
Ноэль еще раз посмотрел в глаза эльфа, сверкнувшие блеском азарта.
— По правде говоря, я решил все ещё там, в пещерах. — Он закрыл глаза, увеличивая показатель ловкости.
К ним подошли остальные. Кадиэл нахмурил лоб.
— Всё-таки передумал быть сильнейшим баффером?
— Ага.
— Уверен?
Увеличив ловкость до 150, он вложил остатки в силу, в дань уважения к Фисту.
— Я ценю твою заботу об общем благе, но все же куда эффективней будет качать интеллект с самого первого уровня.
Видя, что Ноэль уже закончил, Кадиэл смиренно закрыл глаза.
— Дело твое.
Взбудораженный поимкой преступника народ продолжал собираться, несмотря на просьбы авангардистов разойтись. Давно в размеренной жизни обычных низкоуровневых игроков не было таких яркий событий.
Фист прищёлкнул языком.
— Смотри, Ноэль. Они пришли посмотреть на что-нибудь кровавое, но опоздали. Может быть, утолим их жажду? Меч при мне.
— Не здесь. — Прошептала Лаурен Ноэлю, — вы что...
— Ну конечно же здесь! Так намного интересней! Из тебя хотели сделать удобрение, на котором вырастут цветы их побед, а в итоге ты сам стал разящим мечом. Покажи им.
— Вы о чем? — Непонимающе щурился Кадиэл.
Но Фист с Ноэлем уже удалялись от них, идя друг против друга; прицениваясь, размышляя.
Сейчас он слегка превосходил убийцу по всем характеристикам, что вполне могло нивелироваться боевым мастерством Фиста, однако с баффом разница между ними увеличивалась, и Ноэль обретал реальные шансы на победу. Ведь для нее достаточно было всего одного попадания. "Один удар", — думал он, оглядываясь на сужающийся круг зрителей, которые пока ещё даже не обращали внимания на две скользящие в темноте фигуры.