Искатель, 1997 № 10
Шрифт:
Яшкин кивнул, соглашаясь.
— Причина задержания — УПК статья сто двадцать два. Яшкин корифей. Ему приятно показать лейтенанту свою подкованность в вопросах законности. Тем более в беседе с Косухиным сделать это нетрудно. Другое дело, когда полковник Моргун, лысый пузан из области, приезжает и трясет сотрудников, проверяя их знания. Моргун — крючок, он находит в законах заковыки, задает людям хитрые вопросики и режет на них ментов как миленьких.
Во время одной из проверок Моргун подсыпал Яшкину перца: «Так
Мотом выяснилось, что «близкие родственники» это вовсе не те, о ком думал Яшкин. Статья тридцать четвертая под значком девять УПК — Уголовно-процессуального кодекса — считает таковыми только родителей, детей, усыновителей, родных братьев и сестер, деда, бабку, а также супруга.
Год спустя Моргун наехал на отделение снова. Вспомнил Мшкина и захотел ему помочь. «Прапорщик, для вас вопрос простой: кого в юридическом понимании мы относим к близким родственникам?»
И опять поплыл Яшкин. В жизни бы не поверил, что один и тот же снаряд в одну и ту же воронку все же может попасть…
В ту ночь Игорь так и не заснул. Твердые доски нар давили бока. Тело, измотанное блужданиями по полям, ныло. Забытье временами накатываю на него, затягивало сознание мутными видениями. Но едва мозг погружался в дымку сна, внезапные внутренние толчки заставляли его вздрагивать и пробуждаться.
В некоторые моменты Игорь вскакивал, обалдело смотрел по сторонам. Видел в тусклом свете лампы облезлую штукатурку стены, железную в облупившейся синей краске дверь и никак не мог понять, где он и почему тут оказался.
Посидев некоторое время на топчане, но так ничего и не вспомнив, он ложился на доски и вновь погружался в зыбкую трясину забытья.
В туманных видениях полусна он не видел ни убитой Алены, ни ее матери. Эти мимолетные образы глупых баб не отложились в мозгу, не задели совести.
Он видел Зизи. Красивую величавую паву, свою первую любовницу и наставницу на ложе любви. Она оставила в его жизни неизгладимый след сладости и одновременно неимоверной горечи.
Встречу с Зизи он всегда считал счастливой случайностью, хотя на деле это было не так. Просто Игорь не знал всей истории появления Зизи в их доме.
Между тем все началось с матери. Однажды она встретилась со своей старой подругой Лией Марковной, супругой известного в городе стоматолога Липкина. Обе дамы расположились на открытой веранде недавно обретенной Немцевым дачи за самоваром. Правда, за чай они не принимались, отдавая дань любимому обеими дамами ликеру.
Когда разговор зашел о сыне Игоре, Ангелина Михайловна пожаловалась:
— Меня в последнее время Игорек тревожит. На простынке я стала замечать пятна… Надеюсь, ты понимаешь?
Лия
— Это возрастное. — Она поспешила успокоить подругу. — Мальчик созревает. Появились желания. Природа открыла клапан, чтобы снижать ненужное напряжение. Все естественно, милочка.
— Конечно, Ли, я это знаю. Но меня беспокоит другое. Появится на горизонте девочка. Возникнет соблазн. Дальше… Меня волнует не сам факт, а его последствия. Ты же знаешь, этот СПИД… Нужно сотню раз задуматься, прежде чем ринуться в омут. Но он мальчик…
— Да, ВИЧ-инфекция — не подарок. — Лия Марковна задумалась. — Надо принимать меры, чтобы избежать зла. — Она с наслаждением тянула из маленькой рюмочки «Бенедектин» и покачивала головой, чтобы показать насколько нравится ей напиток блаженства.
— А как избежишь зло? Это процесс неуправляемый. Лия Марковна многозначительно улыбнулась.
— Не скажи, Ангелочек. Не скажи. Раньше дворяне для барчуков заводили крестьянку, которая обучала мальчиков всему, чему надо. Чем мы хуже их?
— Ты предлагаешь? — Ангелина Михайловна удивленно вскинула брови.
— Почему нет? Мы современные люди. Но где найти такую учительницу?
— Ангелочек, разве это проблема?! Я тебе помогу.
Ангелина Михайловна тут же воспылала желанием приступить к исполнению плана.
— Ли, я дубе буду век благодарна. Только… только выбери самую сисястую…
Обе женщины понимающе расхохотались.
Да, да, Ли, это непременное условие. — Ангелина Михайловна любовным ласкающим движением огладила свою пышную грудь. — Я заметила как он поглядывает на такие веши.
— Ангелок! — Лия Марковна зашлась в восторге сообщничества. — Я найду именно такую. — Она повторила те же движения руками, которые перед этим сделала Ангелина Михайловна. — Будет тебе и сисястая и фигуристая…
Лие Марковне так понравилось себя оглаживать, что ее руки описали плавную кривую вдоль груди, талии и бедер несколько раз.
— Прекрасно. Но ты понимаешь, что все это должно делаться деликатно? Мальчик чувствительный, скромный. Его надо подвести к цели ненавязчиво, естественно. Короче, проститутка в доме мне не нужна.
— Ангелок! — Лия Марковна обиженно сморщила носик. — Неужели ж я не понимаю?
Через день, когда Игорь ушел в школу, на даче состоялись смотрины. Лия Марковна привезла с собой диву в белом платье с лебединой шеей, роскошно-покатыми плечами. Рыжие, явно подкрашенные хной волосы завивались кудряшками и были перехвачены по лбу белой атласной ленточкой. Личико писаной красоты — Христова невеста, ни больше ни меньше. Но потрясло Ангелину Михайловну не это. Едва она охватила взором фигуру гостьи, рот приоткрылся. Многое ей доводилось видеть, но сиськи Зизи — так представила Лия Марковна гостью — потрясали.