Искатель, 2000 №2
Шрифт:
— Папка много чего не любил, — хихикнула Татьяна, тем самым разрядив обстановку, — но ни разу пальцем меня не тронул!
— И зря, между прочим, — гнул свою линию Семен Ильич, но гнул по-отечески ласково, разливая в пиалы вино.
Потом старик опять впал в историю, рассказывая о старинном французском сервизе, из которого они изволили кушать. Татьяна позевывала. Денис олицетворял одну из статуй, которых в доме Сперанского имелось немало. От вина статуя раскраснелась, а глаза потеряли свой цвет. Во время очередного заказа блюд Аида в
Старуху пришлось долго уговаривать. Аида употребила самые ласковые венгерские слова, какие только знала. С годами прабабка стала еще упрямей.
— Бывают моменты, дорогая, когда нельзя гадать!
— Но сегодня не суббота, — возражала правнучка, — и даже не канун субботы!
— Что с того? Я не желаю, а значит, карта будет врать!
— Отговорки!
Весь вечер не умолкал телефон. Патимат брала трубку и всем отвечала одно и то же: «Ее нет дома». Определитель высвечивал номера звонивших. Денис, Сперанский, Заварзин-сын. Ни с кем из них она говорить не собиралась, пока… Пока старуха не разложила пасьянс.
Ровно в полночь в дверь ее комнаты кто-то поскребся.
На пороге стояла цыганка, с колодой карт в руке.
— Ну? Ты готова? — Старуха любила напустить на себя важность и показать, какое непосильное одолжение она делает.
— Бабулечка, ты — золото!
— Не надо радоваться! — насупилась старая Аида. Ее выцветшие глаза обжигали холодом. — Неизвестно, что покажут карты.
— Что бы ни показали, я верю в твое гадание.
— Это правильно. Без веры ничего не получится. Без веры карты врут!
Старуха уселась за письменный стол, над настольной лампой, и положила в центре стола трефовую даму.
— Сядь рядом! Не стой! — приказала она правнучке, и та повиновалась.
Прабабка поднесла к губам колоду и начала что-то шептать. Потом положила ее перед Аидой.
— Сними левой рукой!
Карты медленно ложились одна за другой. Трефовая дама начала обрастать событиями. В основном преобладали бубновая и трефовая масти.
Закончив, старуха вздохнула и произнесла:
— Нечего было волноваться!
— Расскажи!
— Вокруг тебя крутится много мужчин и много денег, — начала старая Аида. — Получение денег — раз! Получение денег — два! Получение денег — три! Да ты у нас богачка! — Старуха усмехнулась. — А вот рядом с тобой находится человек сомнительной нравственности. Держись от него подальше. Впрочем, зла он тебе не причинит. Еще имеется какая-то дамочка. Ее намерения пока не ясны. Похоже, она сама не знает, чего хочет. А вот это странно. — Прабабка выпятила нижнюю губу.
— Что там? — забеспокоилась Аида.
— Очень странно. С чего бы это?
— Да говори же!
— Тяжелая болезнь и выздоровление. Какая
— Мало ли! — возразила девушка. — Например, воспаление легких. Кто от этого застрахован.
— Типун тебе на язык!
— Ты мне еще не расшифровала две комбинации, — вернула ее к картам Аида.
— Есть какой-то очень влиятельный человек, — продолжила старуха, — расположенный к тебе. По-моему, это ключевая фигура. От него исходит защита от неприятностей. Только он где-то далеко.
— Как это понять?
— Вот так и понимай! Ни фамилии, ни адреса дать не могу!
— Ну, что ты кричишь на меня, бабуля?
— Бестолковая — вот и кричу!
— Потерпи еще немножко, — умоляла правнучка. — Что там еще осталось?
— Полный успех в делах. А в исполнении желаний — дальняя дорога. Опять, наверно, умотаешь на семь лет! Цыганское отродье! Ведь предупреждала тогда, начнешь бродяжничать — не остановишься!
— Остановилась, как видишь.
— Ай, это ненадолго! — махнула она рукой.
Аида не стала ее переубеждать, и та, пожелав правнучке «спокойной ночи», удалилась.
Нельзя сказать, чтобы девушка целиком и полностью доверяла магии карт. Одна она знала наверняка, что дело не в картах, а в человеке, который гадает. В магию же своей бабки верила беспрекословно. Расшифровка комбинаций, выпавших на долю трефовой дамы, давала пищу для ума. И правнучка, названная в запале «бестолковой», едва старуха переступила порог ее комнаты, одушевила карты и занялась дальнейшей расшифровкой. Ей открылось почти все. Она даже знала, какая тяжелая болезнь ее ждет. Ускользала лишь ключевая фигура. Влиятельный человек, расположенный к ней и находившийся где-то далеко. Но и с этим вопросом было покончено к утру, когда ее разбудил громовой, междугородний звонок.
— Доброе утро! Вы уже проснулись? — густой баритон в трубке очень четко выговаривал каждое слово. Ей это показалось немного странным.
— Не совсем.
Определитель показывал семизначный номер, с московским кодом. Аида тут же переписала его на лист бумаги, который всегда был под рукой.
— Извините, что побеспокоил…
— Кто вы?
— Я не хотел бы вам представляться в телефонном разговоре. Когда-нибудь мы познакомимся с вами поближе.
— Как же мне вас называть? Аноним?
— Если это так необходимо, зовите Доном.
— А меня — Волгой, — пошутила она, и он ответил смешком на ее шутку.
— Хорошо, Волга. Я думаю, мы найдем общий язык.
По голосу очень трудно определить возраст, но она для себя решила, что мужчине едва перевалило за тридцать.
— Вам дорого обойдется этот разговор.
— В каком смысле? — не уловил он иронию в ее словах.
— Звоните-то по межгороду.
— Пустяки! — В трубке снова раздался смешок. — Я не предполагал, что вы, кроме всего прочего, еще и остроумны. Только я прошу вас быть чуть-чуть посерьезнее.