Искра
Шрифт:
Он неуверенно сделал пару шагов ко мне.
— Я тебе еще и энергии добавлю. Будешь повышенной бодрости.
И все равно Митя шел ко мне как на заклание: медленно и печально. Я поднял его на колени и отключил, после чего принялся разбирать корпус.
Голосовой блок делался долго, зато поставился быстро. А вот с прыжковым получилось все наоборот, потому что нужно было развести по лапам и не перепутать. Перед тем как закрывать внутренности, я придирчиво проверил все, что было нарисовано алхимическим зельем с добавкой кристаллов. Несмотря на походы в зону и активные там действия, ни одна из линий не повредилась и выглядела
Закрыв все металлическими пластинами, я включил Митю и осторожно опустил его на пол.
— Ну-ка скажи чего-нибудь.
— Можно прыгать? — сразу спросил он.
— Прыгать будем на улице, — решил я. — Там места больше. Заодно посмотрим, что там делает Гриша.
— Гриша хороший, — заявил Митя.
— У вас с Валероном все хорошие, кто едой делится, — проворчал я.
Мы вышли во двор, и вот там Митя оторвался: прыгал в разные стороны под разными углами и на высоту до двух с половиной метров. Последнее я прикидывал на глазок, потому что никакого измерительного инструмента у меня не было.
На громкие лязгающие звуки из сарая выглянул Прохоров.
— Как прыгает-то, — восторженно сказал он. — Он не попортит себя при приземлении-то? Там механизма сложная.
— Амортизаторы предусмотрены.
— Че?
— Устройство для смягчения ударов, — пояснил я. — Да и видно сразу будет, если что-то повредится.
— Ничего не повредилось, — отчитался Митя. — Все работает.
— Ох ты ж, — восхитился Прохоров, — так он теперь еще и болтать могет?
— Могу, — подтвердил Митя.
Он остановился рядом с Прохоровым, чтобы вести беседу, не отвлекаясь на прыжки. Речь звучала четко, размеренно, но невыразительно.
— И скажи мне, друг железный, зачем ты таскаешь еду под кровать? Стесняешься?
— Я не себе. Я Валерону, — неожиданно ответил Митя. — Он стесняется.
— У тебя кто-то живет под кроватью? — повернулся ко мне Прохоров.
— Чемодан, — ответил я. — У меня под кроватью живет чемодан.
Говорить что-то Мите сейчас было бесполезно и даже опасно. Вообще, сам Валерон мог бы предупредить своего металлического товарища о том, что про него нельзя говорить посторонним. Или Митя уже не считал Прохорова посторонним?
— И чемодан ест кашу и суп?
— Чемодан не ест кашу и суп. Митя еще не совсем четко выражает свои мысли. Он только учится говорить. И учится прыгать. Ну-ка, Митя, сможешь отсюда допрыгнуть до бани?
Митя вызов принял: прижался к земле, а потом резко оттолкнулся, придав себе настолько сильное ускорение, что к бане он фактически полетел, при этом лапы были направлены назад, а вынес он вперед только первые две, когда уже приближался к стене, чтобы в нее не врезаться. На стене он повис, зацепившись лезвиями, и повернулся корпусом ко мне, ожидая команды.
— Попробуй на крышу прыгнуть! — крикнул я. — И осмотрись там. Проверь, не идет ли кто к нам.
— Крыльев у него не будет? — хмыкнул Прохоров.
— Это же паук.
— И че? Паукам нельзя приделать крылья?
— Можно, наверное, — ответил я, удивившись, как мне самому раньше не пришло в голову,
И я даже стал прикидывать, как это можно реализовать. Двигатель должен потянуть такую нагрузку. Но как сделать сам винт, чтобы он и места немного занимал, и обладал достаточной грузоподъемностью? В зоне у Мити летать может и не получиться, но я же его собираюсь использовать не только в зоне.
— Митя, пойдем домой, — скомандовал я. — Считать будем.
И беседу проводить на тему: «Болтун — находка для шпиона».
Глава 25
С Митей я первым делом провел беседу, пояснил, что о Валероне никто посторонний знать не должен. А Прохоров — посторонний. Он у нас поживет недолго, а потом уедет. И нужно, чтобы наши секреты не уехали с ним, потому что, когда секреты уезжают, они перестают быть секретами.
Не знаю, что уж там у Мити в голове отложилось, но он проскрипел:
— Про Валерона никому не говорить. Он существует только для тебя и меня.
— Я еще для себя существую, — неожиданно возразил Валерон. Он не проявился и давал понять о своем присутствии только голосом. — Но да, я — тайное оружие.
— А я? — спросил Митя.
— А ты — явное. Набирающее мощность.
Митя радостно вытянулся.
— Так что там с приехавшим мужиком? — не выдержал я.
— Точно по твою душу. Имени твоего ни разу не называл, но расспрашивал о глубиннике. О тех, кто его добывал. А потом о механике. Мол, часы у него сломались. Твой адрес ему дали. Так что придет сам. Я так понимаю, ему нужно удостовериться, что ты — именно тот, кого заказали. Смысл ему бесплатно левого парня убивать? Ему же не за количество платят, а за точность.
— Вариант, что у него действительно часы сломались, отвергать не стоит.
— Он к тебе идет, так что посмотришь сам. А я бдю.
— И я бдю, — гордо сказал Митя.
— С вами, бдительные вы мои, я точно в безопасности.
— А то, — гордо сказал Валерон. — В одном можешь быть уверен: ему теперь будет куда сложнее выполнить заказ.
— Что ты опять спер?
— Почему сразу спер? Реквизировал, — возмутился Валерон. — Получилось только набор зелий, остальное все на виду не стояло.
— Вернуть надо, — твердо сказал я. — Пожалуется князю, начнется расследование. А оно нам надо?
— На нас не выйдут, — сдулся Валерон.
— Персонал гостиницы обвинят. Их проверят и начнут поиски того, кто стырил. Так что пока пропажу не заметили — верни. И присмотрись к мужику на предмет татуировки.
Валерон немного поартачился, не желая расставаться с добычей, но делал это без особого азарта, а потом так же незаметно исчез, как и появился.
А я решил прикинуть, как должен выглядеть пропеллер, чтобы в разложенном виде на нем появлялась функционирующая руна «Легкость», а заодно залез в учебник по рунам, чтобы понять, как ее можно экранировать: в нелетающем виде Мите легкость не нужна, даже может влиять на устойчивость и боевые качества. Вычитал пару вариантов, но проверить не успел, потому что от калитки позвонили.