Искра

Видум Инди

Некоторое время мы с Прохоровым наблюдали за миграцией тварей. Двигались они целенаправленно, не отвлекаясь ни на нас, ни на своих товарок. И тащились сюда не только с нашего искажения, но и с других. Крупных особей почти не было — так, мелочь всякая, которая часто встречается у границы.

— А че стоим-то? — первым опомнился Прохоров. — Косить их нужно, пока ниче не соображают и пока козыревских нету.

Он выскочил из калитки и с громким кхеканьем с одного удара располовинил башку одной из проходивших мимо тварей. Остальные на это внимания

не обратили — они вообще сейчас напоминали загипнотизированных, которые воспринимают один-единственный посыл, заложенный в голову. Я тоже включился в тварекос, сосредоточившись на тех, кто выходил из искажения. К сожалению, оно закрылось быстрее, чем мы с Прохоровым успели устать.

Но живых и целых тварей еще хватало. И если у основного места паломничества уже появились конкуренты в лице княжеских людей, то ближайших к нам обработать мы успевали. Но вот отстоять — уже вряд ли. Поэтому мы зачистили одну из компаний и начали потрошить, при этом Прохоров сгонял за контейнерами и укладывал в них ингредиенты. Я же вытаскивал кристаллы, что для меня было первоочередным делом: никто не должен понять, что в убитых мной тварях кристаллов аномально много. Мы обработали всех набитых и успели зачистить еще одну компанию, после чего нас турнули княжеские люди, которым тоже хотелось получить с тварей хоть что-то. Они даже на наши туши претензию выкатили. Но мы с них ценное уже сняли, так что ругаться не стали.

— Хорошо накосили, — взбудораженно выдохнул Прохоров, когда мы вернулись домой. — Завтра до лавки прошвырнусь, сдам набранное. Деньги поделим.

— Твою долю кристаллов я у тебя выкуплю, — предложил я.

— Да скока там этих кристаллов? Считай моей платой за месяц, идет? Знал бы, что у тя тута такое козырное место, давно бы на постой попросился. У тя ж второй раз рядом искажение?

— Третий, — усмехнулся я. — Первый раз в доме, второй — в сарае, а третий сегодня, — за оградой.

— Еще лучше. Где третий — там и четвертый. Прям удачно. Пока княжеские люди подтянулись, мы уже и разделали все. А могли и не подтягиваться — мы бы и вдвоем всех ухойдакали запросто. И заработали бы больше, и размялись бы перед сном получше. А то так, на один зубок.

Он широко зевнул и почти сразу отключился. Зато утром опять развил бурную деятельность. Сразу после завтрака потащил продавать ингредиенты, чтобы освободить контейнеры для следующих, как он заявил перед уходом.

Пока его не было, я быстро глянул, что там у меня с улучшениями. До шестого уровня подросла меткость, ночное зрение — до четвертого, искра — до двадцать пятого, теневая стрела — до двадцать третьего, теневой кинжал — до девятого. Короче говоря, ночь прошла не зря.

В выбитых кристаллах нашлось: по одному кристаллу с заклинаниями Искра, Теневая стрела, Огненная плеть и Парение, треть заклинания Танец вихрей, два кристалла с переключателем и кристалл с половиной схемы малого складного котла. Последний полностью подтверждал предположение Валерона о разнообразии схем посудин для готовки, о чем я помощнику сообщил.

— Что ж они у тебя по кускам все? — недовольно спросил он. — Мог бы хотя бы один котел собрать. Даже на маленький согласен.

— Подозреваю, что там тоже ковка

нужна для работы с металлом. Так что торопиться нам некуда.

— Торопиться нам есть куда. Зима на носу, а ты к походу в зону не готов, — категорично тявкнул Валерон.

— У меня есть складной котел, реквизированный лично тобой.

— Это не то. То, что сделано своими руками, — надежнее, — убежденно возразил Валерон.

Он мог приводить сколько угодно доводов, которые опрокидывались одним-единственным фактом: у нас нет ни одной полной схемы. А там и Прохоров вернулся, что заставило Валерона замолчать и спрятаться.

Прохоров отсчитал мне мою часть денег, вырученных за ингредиенты, и отправился дальше ремонтировать сарай, с чем на радостях справился часа за два и позвал меня посмотреть результат, приговаривая при этом:

— Я ж говорил, что у меня руки на своем месте. Все делаю лучшим образом. Токмо глянь.

Я и глянул. Следов пролома после тварей не осталось; стена выглядела целой и аккуратной. Из более-менее длинных и целых обломков досок Прохоров сделал полки, на которых разложил инструмент. Аккуратно, заставив меня смущенно вспомнить о бардаке, который был до этого, и не потому, что по сараю пробежались твари. А сейчас — прям почти образцовое место автомеханика.

— Красота же, — продолжал восхищаться своей работой Прохоров. — Я за что ни возьмусь — все до ума доведу.

— Красота, — согласился я. — Слушай, а можно сюда отопление зафигачить?

— Зачем?

— Работать чтобы в холода. Нет у меня большого помещения, понимаешь? Под большие механизмы.

Про снегоход я упоминать не стал, хотя именно им и собирался заняться сразу, как возьму кузнечное дело. А это можно будет сделать на следующей неделе по окончании моего магического карантина.

— Зафигачить можно, но дорого. Сарайка дощатая, не из бревен, значится, утеплять надо. Утепление тебе в копеечку станет. А зачем, ежели Дугарску меньше года осталось?

— Ты же отремонтировал сарай зачем-то, — напомнил я.

— Так я из того, что у тебя было. Все равно же пропало бы. Ты ж с собой не повезешь, когда отсюда уедешь? Вот то-то. А на утепление придется закупать. Не надоть оно тебе.

— Надо, Гриша, надо. Я пытался про отапливаемый сарай узнавать — никто не сдает.

— Давай я поспрошаю. Вдруг че найдется.

— Ну поспрошай, — согласился я, почему-то уверенный, что Прохоров достигнет в точности того же результата, что и я, а именно: ничего. Конечно, оставался еще один мой запрос, но мне казалось, что и по нему откажутся сдавать сарай отдельно от дома.

Глава 27

Удобные миграционные пути тварей отметил не только Прохоров, но и Козырев. Отметил, прикинул, что там выходит фарм без потерь и что княжеству нынче деньги куда нужнее, чем непонятному типу, пусть дворянину, поэтому пришел ко мне с деловым предложением от князя.

— Василий Петрович хочет выкупить ваш дом, — безо всяких предисловий, сразу после приветствия заявил он.

— В каком смысле выкупить?

— В прямом. Учитывая опасность близлежащих строений при искажениях, он хочет создать зону отчуждения.