Исола
Шрифт:
– Вы не можете быть той, кому, по моим представлениям, должен принадлежать ваш голос, – заявил я.
– Однако вы не ошиблись.
– Лгать невежливо.
Она рассмеялась.
– Как и обвинять друзей во лжи.
– Вы не можете…
– Это она, босс.
– Ну,– проговорил я после долгой паузы, – пусть меня освежуют, как норска.
– Весьма возможно, так и произойдет, – заметил Лойош, – только
Я услышал, как она подошла немного ближе; наверное, Лойош уже мог ее разглядеть, но я не обладаю таким острым ночным зрением.
– Не расстраивайся, босс. Не всем дано хорошее зрение.
– Зато оба моих глаза смотрят вперед, любитель падали.
– Вы не возражаете, если я зажгу свет? – спросил я.
– Прошу вас.
Я медленно поднялся на ноги, убрал нож и нашел свечу. Когда мне удалось ее зажечь, я поднял свечу над головой. К счастью, ветра практически не было. Теперь я мог разглядеть стоящую передо мной женщину. Она была очень красива и казалась здесь чужой. Как только стало светло, она присела в реверансе, а я в ответ поклонился.
– Лорд Талтош, – сказала она.
– Леди Телдра, – ответил я. – Добро пожаловать в наши дикие края.
Она огляделась:
– Да уж. Ну, не знаю, с чего мне следует начать. Или лучше подождать до утра?
– Если у вас настолько срочное ко мне дело, что вы разыскали меня в поле посреди ночи, разве оно может ждать до утра?
– Может, лорд Талтош. Я хотела найти вас до того, как вы покинете это место, чтобы не усложнять поиски. Хочу еще раз попросить извинения за то, что потревожила вас.
– Все в порядке. Вы захватили с собой одеяла?
– Мне…
– Я знаю, как вам трудно, леди Телдра, да и мне самому ужасно хочется узнать, что вас сюда привело, но нам обоим будет лучше, если вы позволите мне взять инициативу на себя. Пожалуйста.
– Я не против.
– Так вы захватили с собой одеяла?
– Нет.
– За вами кто-нибудь следил?
– Нет.
– А вы, прошу меня простить, уверены?
– Да.
Я внимательно посмотрел на леди Телдру и понял, что она чем-то обеспокоена. Причем настолько сильно, что не может этого скрыть. Более того, она даже позволила себе разбудить меня среди ночи. Что еще удивительнее, чем ее неожиданное появление между Эппертауном и Риджем.
Удивительно.
Познакомившись с исолой, такой, как леди Телдра, настолько привыкаешь к изяществу, элегантности и прекрасным манерам ее Дома, что забываешь о его другой стороне.
Исола – красивая белая птица. Обычно их можно увидеть рано утром или поздно вечером, когда они стоят в изысканных позах на болотах или речном мелководье. Эти существа держатся так, словно их единственное предназначение в жизни – выглядеть грациозными и прелестными. А потом исола делает неуловимое движение – и в следующее мгновение уже держит рыбу в клюве, но вам не удается заметить, как и когда она нанесла удар. А еще через несколько секунд рыба исчезает – исола моментально проглатывает ее и снова замирает
Леди Телдра была изящной и прелестной. Я чувствовал себя невзрачным и неуклюжим. С другой стороны, теперь, когда адреналин больше не бурлил в крови, на меня навалилась усталость.
– Давайте поспим, – предложил я. – Вы можете воспользоваться моими мехами, если только не станете…
– Милорд…
– Я пошутил. Забирайтесь сюда.
Я задул свечу. Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз засыпал, чувствуя тепло человеческого тела, – на меня накатили воспоминания, которые я пытался прогнать, и даже то, что леди Телдра не человек, мало помогало. Да, когда-то я каждую ночь спал с любимой женщиной и, что еще приятнее, просыпался рядом с ней. Те дни давно миновали, и их уже не вернуть, а если я буду о них думать, то не смогу оставаться в состоянии постоянной боевой готовности, что быстро приведет меня к гибели.
Я очень долго не мог заснуть, а проснулся с рассветом, когда леди Телдра уже успела встать и развести костер.
– У вас есть клява? – спросила она, увидев, что я открыл глаза.
– Нет даже кофе, – ответил я. – Но до ближайшего города всего несколько миль.
– Неужели? В таком случае почему вы не остановились в гостинице?
– Лойош эффективнее работает на открытой местности, а в последнее время я больше думаю о том, как уцелеть, чем о комфорте.
– Мне очень жаль, – сказала она, как мне показалось, искренне.
Впрочем, леди Телдра исола, а значит, у вас всегда должно создаваться впечатление, что она держится с вами открыто и искренне. В утреннем свете я увидел, что она одета в белое и зеленое, и ее платье гораздо меньше подходит для жизни на открытой местности, чем в Черном Замке, доме лорда Маролана, где леди Телдра всегда встречает вас, подает вино и всякий раз рада видеть нового гостя. Пожалуй, впервые за долгие годы нашего знакомства я вдруг задал себе вопрос: а какие еще обязанности она исполняет в доме Маролана?
Леди Телдра вопросительно посмотрела на меня, а потом протянула руку. Я кивнул, Лойош подлетел к ней и осторожно опустился на ее запястье. Леди Телдра напрягла руку и согнула ее в локте: она явно знала, как следует обращаться с джарегом, хотя я никогда не видел, чтобы Лойош входил с ней в контакт. Однако я не удивился.
– Рада тебя видеть, – сказала леди Телдра моему спутнику.
Он грациозно поклонился.
– У меня такое впечатление, – заметила леди Телдра, – что он меня дразнит.
Я услышал, как Лойош псионически хихикает.
Он повернулся, взлетел и устроился на моем правом плече. Ротса, уже занявшая свое место на левом плече, завозилась и принялась вертеть головой в разные стороны, она часто так себя ведет по утрам. Наверное, это что-то значит. Есть немало любопытных граней в характере дикого джарега – ядовитой рептилии, мусорщика джунглей, – но я упрямо отказываюсь их изучать. Наверное, Телдра многое знает о диких исолах.
– Могу спорить, что вы хорошо знаете повадки диких исол, – заявил я.