Исола
Шрифт:
Я посмотрел на свою поврежденную руку и хотел возразить относительно отсутствия «больших потерь», но в последний момент передумал.
– Нет, – покачал головой Маролан. – Самым главным является тот факт, что Влад, из лучших побуждений, вызвал к жизни силы, которые он не понимает и не может контролировать, что едва нас всех не прикончило.
– Сожалею, – ответил я. – В тот момент мне моя идея очень понравилась.
– Ты совершенно прав, – поддержала меня Алира. – Более того, другого выхода просто
– Мой удар ни в коем случае нельзя назвать неловким, – перебил ее Маролан. – Он был достаточно эффективным, но дженойн сумел его парировать – впрочем, как и твой, что, вне всякого сомнения, он сделал с еще большей легкостью.
– Вряд ли, – не согласилась Алира. – На самом деле я хорошо помню, что ты опоздал…
Я пожалел, что не могу встать и отойти в сторону.
– Я ничуть не опоздал, – начал постепенно разогреваться Маролан, – а вот ты…
– Прекратите, – попросил я.
Они не обратили на меня ни малейшего внимания.
– Что касается меня, – заявила Алира тоном выше, – то Искатель Тропы…
– Прекратите! – прорычал я, и на мгновение они замолчали.
Я бросился в пропасть, подобно Сетре, которая отправила свои резервы против дрогнувшего врага во время Битвы у Брода Ледяной реки (на самом деле мне ничего не известно о Битве у Брода Ледяной реки, кроме того, что Сетра в ней участвовала; однако фраза производит впечатление, не правда ли?).
– Неужели вы не в состоянии хотя бы один раз дать покой усталому и раненому человеку? Я уже не говорю о том, что вы ведете себя предельно глупо. Маролан изо всех сил придирается к Алире из-за того, что он боготворит Адрона и считает, что его дочь должна делать и говорить только то, что сделал бы на ее месте сам Адрон; а Алира, естественно, боготворит своего могучего храброго кузена Маролана и устраивает скандалы всякий раз, когда ему не удается соответствовать несравненному Маролану, которого она придумала. Это чудовищно глупо, а я должен постоянно слушать вашу ругань – я, человек с Востока, чья жизнь слишком коротка. Меня тошнит от вас обоих. Так что, будьте любезны, заткнитесь.
– Клянусь Виррой, босс.
Я и сам умудрился себя удивить. До тех пор, пока я не произнес эти слова, мне и в голову не приходило, что мне известны такие вещи. Теперь оставалось лишь сидеть и размышлять о том, не ошиблась ли Телдра, когда уверяла, что с учтивостью у меня все в порядке.
Я рискнул посмотреть на них.
Маролан смотрел в пол, смущенная улыбка бродила в уголках его рта. Алира покраснела. По-настоящему. Да, поступок столь же поразительный, как если бы мне удалось удивить Богиню Демонов. Уж не знаю, как отреагировала Вирра на мою вспышку, поскольку я всячески
Маролан откашлялся, собираясь что-то сказать, но в последний момент передумал. Молчание прервала Сетра:
– Ну, друзья мои, Владу действительно не помешает немного отдохнуть. Во всяком случае, шум ему противопоказан.
Маролан проворчал нечто выражающее согласие; Алира опустила глаза и кивнула. Они не смотрели друг на друга. Надеюсь, я не испортил им настроения. Впрочем, какая-то часть моего сознания с некоторым злорадством ожидала худшего.
Прежде чем произошло еще что-то, я сказал Телдре:
– Я рад, что вам удалось спастись.
– Благодарю, – ответила она.
– А что вы им говорили, когда я вызвал такую суматоху?
Телдра рассмеялась.
– Я заметила, что им будет легче бороться с воздействием хаоса, если они отпустят Маролана и Алиру.
– И все?
– Почти.
– Да?
Леди Телдра покраснела.
– Я бы не хотела повторять свои слова, если вы не возражаете.
Я почувствовал, как мои брови поползли вверх. Сначала Алира, теперь Телдра… Куда только катится Империя?
Маролан рассмеялся.
– Своевременное, грамотно сформулированное оскорбление может вывести из себя кого угодно. Не имею ни малейшего представления о том, как ей удалось обнаружить оскорбление, которое заставило дженойнов потерять концентрацию, но меня не удивило, что Телдра знает подобные вещи.
– Телдра, – строго спросил я, – а как насчет учтивости?
– Мое поведение было вполне уместно, – объяснила она.
Маролан фыркнул.
– Так или иначе, мы живы и на свободе. Все кончено, – с надеждой проговорил я.
Богиня Демонов негромко рассмеялась.
– Кончено? Ты в это веришь? Неужели ты думаешь, что твое поведение помешало дженойнам продолжить кампанию, которую они начали? Или что я позволю им безобразничать и не нанесу ответного удара?
Я вздохнул.
– Нет, пожалуй, не верю. Но я ранен; так что ваши дела меня теперь не касаются, не так ли?
Я посмотрел на Маролана, Сетру, потом на Богиню Демонов и вздохнул.
– Нельзя ли хотя бы нормально поесть, прежде чем мы вновь примемся за дело?
Сетра кивнула:
– Прекрасная мысль. Я позабочусь о ее реализации. Она вышла, чтобы отдать необходимые распоряжения, а мой желудок победно заурчал. Я закрыл глаза.
Я слышал, как все рассаживаются, и, несмотря на вышедшую из строя руку, насладился ощущением безопасности. Мышцы плеч и шеи расслабились, и я сделал глубокий вдох – здесь не приходилось думать о правильном дыхании.
Наконец послышался высокий старческий голос:
– Вина, милорд?
Я открыл глаза, увидел Такко и снова прикрыл веки.