Исполнитель
Шрифт:
– Кристиан, – стонала Кая, пока её ладонь всё сильнее прижималась к моему рту.
Другая её рука оставляла царапины на моей груди, помечая меня.
Мы могли ранить и быть грубыми друг с другом только в постели.
За её пределами Кая была королевой, которую я боготворил.
Я ещё раз шлёпнул её, наверняка оставляя синяк, и её стенки сжались вокруг меня. Девушка замерла и начала дрожать, забирая меня вместе с собой.
Она кончала, сопровождая всё это своим наисладчайшим стоном, а на её ключицах образовались бисеринки пота,
Она хорошо постаралась и мне хотелось проверить насколько выносливой она была на самом деле.
Наши груди прилипли друг друга, пока мы восстанавливали дыхание. Я чувствовал, как моя сперма вытекала из Каи, пачкая простынь.
Она всё ещё тяжело дышала, когда подняла голову и поцеловала меня. У меня всегда захватывало дух, когда она делала это со мной. Её губы были невероятно мягкими и манящими, особенно в те моменты, когда обхватывали собой мой член, как вчера.
Я пытался отговорить её, но она словно с цепи сорвалась и не успокоилась, пока не проглотила всё до последней капли моего освобождения.
– Мне нравится, когда ты в моей власти, – прошептала она между поцелуями. – И то, что ты позволяешь мне чувствовать себя сильной.
Я был в её власти и за пределами постели. Разве она ещё не поняла этого?
Мой член дернулся внутри неё и Кая хихикнула в ответ.
– Я думаю он хочет еще, – её губы опустились к моей шее, посасывая её, а мои руки на её заднице сильнее сжали её.
– Он потерпит, если ты устала, – сквозь зубы ответил я.
Мне было тяжело это говорить, но я не собирался заставлять её делать это только ради себя.
– Может это ты устал, Brontolone [с итал. Ворчун], – пошутила она, укусив меня.
Черт. Она в точности начала повторять все мои действия.
Я шлёпнул её по заднице, заставляя подпрыгнуть.
– Я что создал монстра? – шутливо спросил я, когда Кая качнулась на мне, начиная новый раунд.
– Нет, – счастливо ответила она. – Ты освободил его.
Глава 27
Не помню, чтобы когда-нибудь чувствовала себя безгранично счастливой.
Как только я решала одну свою проблему, на повороте меня уже ожидала пара новых. Я не успевала радоваться и веселиться, наслаждаться и расслабляться, моя голова была вечно забита тем, как вылезти из той кучи дерьма, в которую меня засовывали.
До встречи с ним.
Кристиан позволил мне чувствовать, что я была намного сильнее, чем предполагали другие, но не заставлял меня быть таковой рядом с ним. В кои то веки я смогла перестать строить перед собой стены, защищающие меня от окружающих, и довериться мужчине настолько, чтобы показать ему свою слабую сторону: плачущую, просящую о помощи Каю.
И он принял
Кристиан видел меня в моём худшем виде, когда моё лицо и тело были изуродованы синяками и порезами, и в лучшем, когда я наряжалась для него, а моя кожа сияла, маня его прикоснуться к ней, но он всегда смотрел на меня одинаково.
Так, словно если кто-то решит забрать меня до того, как придёт время, он сожжет весь этот чёртов мир дотла.
Кристиан, как и Эбигейл, дарил мне воспоминания, которые я с удовольствием хотела сохранить.
Они были светом в моей жизни, хотя оба являлись частью чего-то тёмного.
Я бы хотела запомнить каждую секунду проведенную рядом с ним, потому что понимала, что ни один мужчина после него не заставит меня чувствовать себя также, как я ощущала себя рядом с ним.
Когда Джулия рассказала мне о Талии, мне хотелось сброситься с того балкона, но прежде мне нужно было извиниться перед Кристианом, хотя слова сказанные мною ранее о том, что он никогда не терял любимых и что, возможно, его мать была права на счёт него, нельзя было загладить простым «извини».
Но он снова принял меня.
Он всегда так делал.
В его доме я впервые почувствовала себя на месте. И в его машине. И здесь в Калабрии тоже.
Просто потому что я была с ним.
Просто потому, что Кристиан стал моим домом.
Но я чувствовала себя ужасно, осознавая это, потому что и Эбигейл была моим домом.
Могла ли я иметь дом в лице их обоих?
Я не могла отказаться от одного из них в пользу другого.
Мной завладевала грусть, потому что я понимала, что когда-то мне придётся покинуть Кристиана, и я должна была быть этому рада, так как тогда я смогу вернуться к Эбигейл, но и её у меня сейчас не было.
Теперь мне было не к чему возвращаться, но было что терять.
Яркое калабрийские солнце слепило в глаза, пока я лежала на боку и смотрела в окно из комнаты на втором этаже, в которой мы провели свой последний раз прошлой ночи.
Я продержалась верхом на Кристиане еще раунд, а затем он перевернул меня на спину и показал мне, что такое, когда Кристиан Нери трахает тебя по-настоящему.
Немного позже мои ноги дрожали, поэтому он нёс меня наверх, чтобы оставить воспоминание в каждой чертовой комнате. Позже, когда мы закончили, накинул на меня свою рубашку и я заснула, чувствуя как он застегивал на мне пуговицы.
Сейчас я чувствовала его позади себя. Он не прижимался ко мне, но был довольно близок.
Сон не помог мне восстановить силы, но это не значило, что я не чувствовала, нарастающее желание внизу живота, как только вспоминала о Кристиане внутри себя.
Даже если он всё ещё спал, я могла приятно разбудить его.
– Как насчёт..? – начала свой вопрос я, поворачиваясь в сторону мужчины, ожидая увидеть его сонное лицо с взъерошенными черными волосами, за которые мне нравилось держаться, но вместо этого увидела свой настоящий ночной кошмар.