Исполнитель
Шрифт:
Себастьян.
– Сукин сын, – прорычал я, кидаясь на брата.
Он успел повернуться в мою сторону, но я всё же повалил его на пол.
Рядом с нами послышался тихий вздох, на который я не обратил внимания, потому что мои глаза были залиты кровью, а моя рука, крепко сжимающая нож, поднялась и резко опустилась вниз.
Себастьян поднял ладонь, прикрывая зону поражения, и нож вошёл в неё, пробивая насквозь мягкие ткани, но брат даже не повёл бровью.
Надеюсь он будет также
– Кристиан, – послышался сдавленный шепот недалеко от нас.
Её голос эхом отдался в моей голове и я резко поднял голову, чтобы найти Каю, забывая о своём старшем брате, который мог нанести мне ответный удар.
Она сидела, прижимаясь спиной к стене, её лицо и шея были залиты кровью, а голубые глаза, ярко выраженные на этом фоне, прикованы к моим.
– Остановись, – еле слышно попросила она.
Остановиться?
Я вытащил нож из ладони Себастьяна, смотря на неё и не чувствуя, чтобы мужчина сопротивлялся мне, и вместо того, чтобы перестать, вновь направил оружие на него, переводя свой взгляд вниз, но на этот раз девушка закричала, пытаясь достучаться до меня:
– Нет! Он спас меня!
Моя рука замерла в воздухе и я снова поднял свой взгляд на девушку, но Себастьян скинул меня с себя и я приземлился на чьё-то тело.
Я повернул голову и встретился с бездыханным телом отца. Его голова была пробита пулей, рот слегка приоткрыт, а глаза неподвижно смотрели в потолок.
Кая подползла ко мне, её ладони схватили меня за щёки и подняли мою голову так, чтобы я смотрел только на неё.
– Не смей переключаться, – взмолилась она. – Я в порядке. Он помог мне, – затем она подняла свою голову и посмотрела на Себастьяна, который уже встал на ноги и стал возвышаться над нами.
С его пальцев стекала кровь, покрывая пол, а лицо не выражало ни единой эмоции.
– Ты убил его, – прорычал я, поднимаясь на ноги и поднимая Каю следом за собой.
– Предлагаешь мне вернуться назад и не делать этого? – холодно спросил брат.
Кая сжала мою руку и заставила меня посмотреть на неё.
Рубашка начала пропитываться кровью, капающей с её подбородка. Её губа была разорвана, но других повреждений я больше не заметил.
– Он хотел… – не решившись сказать это полностью, произнесла Кая.
Я знаю, что он хотел с ней сделать. Ремень и ширинка на штанах отца были расстёгнуты. Он бы изнасиловал её, если бы Себастьян не оказался здесь или же я не приехал немного позже.
– Ты слишком явно показываешь всем, что дорожишь ею. Тебе не следовало этого делать, – проговорил брат справа от нас.
– Заткнись, Себастьян, – прорычал я, повернувшись к нему. – Не тебе указывать мне, что я должен чувствовать. Однажды я уже послушался твоего совета и это также не привело ни к чему хорошему.
Брат не ответил мне.
Гребаной бесчувственной ледышке вместо его сердца было всё
– Спасибо, – прошептала Кая Себастьяну.
Он коротко кивнул ей, а затем развернулся и вышел из комнаты, вероятно, чтобы найти что-нибудь, чем можно было перевязать его рану.
Кая прижалась ко мне, пачкая мою рубашку кровью.
– Это твой брат, – наконец поняв, произнесла она. – За что ты так с ним, Кристиан?
Я обнял её. Мои руки слишком сильно сжали её, но Кая не протестовала. Я просто хотел почувствовать, что она была жива. Что внутри неё билось сердце.
Она была жива.
– Он успел что-нибудь сделать? Расскажи мне, – потребовал я.
Это последнее, что я бы хотел слышать, но мне нужно было знать, если отец причинил ей боль.
– Нет, – девушка покачала головой, стараясь успокоить меня. – А ты? Ты в порядке? Я так испугалась, что он сделал что-то с тобой прежде, чем прийти ко мне, – призналась Кая, когда её голос задрожал.
Она переживала в порядке ли я, когда её саму чуть не взяли силой?
Я закрыл глаза, понимая на что мог обречь её. И на что обрекал, оставляя её себе.
Что было бы, если бы я просто опоздал, как и тогда с Талией?
Что было бы, если бы я не смог ничего сделать, как тогда с мамой?
Нет, я был не в порядке.
Но, к счастью, я уже не был маленьким мальчиком. Я бы убил отца и мне было плевать на наш выстроенный годами с Домиником план, потому что когда дело касалось Каи, имела значения лишь она одна и никто больше.
Картинки из прошлого начали возвращаться в мою голову, поэтому я перевёл своё внимание на девушку, которая заставляла меня забыть обо всём на свете. Она подняла голову, когда её руки также крепко, как и мои, были обёрнуты вокруг меня.
– Что теперь будет? – шепотом спросила она.
– Я не знаю, – честно ответил я. – Но мне нужно позвонить Доминику.
Она покачала головой, соглашаясь со мной и оторвалась от меня, но я снова прижал её к себе.
– Ещё минуту, – попросил я.
Кая улыбнулась, одной из своих незабываемых мной улыбок, и приложила свою щёку к груди со стороны моего сердца.
– Оно бьётся только для тебя, – признался я.
Я чувствовал её. Она была в моих руках. Под моей кожей. В моей голове.
Если бы сегодня с ней что-нибудь случилось, я бы убил всех, а затем себя, потому что жить в мире, где Кая смотрит на меня, как на того, кто позволил этому случиться с ней или же вообще без неё, не имело никакого смысла.
Девушка громко сглотнула.
– Кристиан, я… – начала она, но резко замолчала.
А потом я услышал, как Себастьян вошёл в комнату позади меня и повернулся, чтобы посмотреть на него. Его рука была уже забинтована и он остановился на пороге, ожидая моих дальнейших действий.