Исполнитель
Шрифт:
В конце мая смешанная бригада, получив, благодаря неутомимому Быкову, хорошую военную подготовку, была отправлена на фронт. В начале июня она приняла участие в наступлении на Уэска, с целью отвлечения сил противника от Северного фронта, где ситуация республиканских войск была очень тяжёлой.
В Ворошиловских казармах была размещена другая смешанная бригада, состоящая из добровольцев от семнадцати до пятидесяти лет, являющихся членами компартии или поддерживающими её политику. Её комплектование ещё только начиналось, и Быкову, вместе с офицерами, предстояла непростая работа создать за короткий срок боевое
Один раз в две недели в "гости" к Ивану Терентьевичу и Александру обязательно наведывался товарищ Серхио.
– Ну как вёл себя Иван Терентьевич? – задавал он традиционный вопрос Мальцеву, когда они находились вдвоём.
– Хорошо. – Односложно отвечал Александр.
– Пил?
– Нет, – опустив глаза, отвечал Мальцев, – ну в воскресенье, только после обеда, стаканчик вина. И всё!
– Ну стаканчик вина – это можно! Это же не запой, а для расслабления души, так сказать! – соглашался товарищ Серхио и продолжал:
– А в штабе, что интересного слышал или видел?
Мальцев рассказывал, что произошло интересного в штабе бригады, об отношениях между командирами, о моральном духе бойцов.
Товарищ Серхио слушал внимательно, не перебивая, а потом задавал вопросы и давал Александру какие-нибудь конкретные поручения. И горе было если Мальцев их не выполнял или делал не так, как ему объяснил Некрасов. Товарищ Серхио смотрел тогда на него своими страшными глазами так, что Александру делалось плохо. Мальцев понял, что надо выполнять всё, что приказывает этот человек. Только так он сможет избежать всех проблем, сейчас, и в будущем. Когда Некрасов был доволен работой Александра, он его очень хвалил, говоря при этом:
– Ты очень умный и старательный молодой человек! Я уверен, что тебя ждёт блестящее будущее!
На севере Испании, где территория находилась под контролем республиканцев, ситуация продолжала осложнялась. 19 июля войска Франко захватили столицу Страны Басков город Бильбао. 26 августа националисты, развивая своё успешное наступление, вошли в город Сантандер. 21 октября франкисты после тяжёлых боёв захватили города Хихон и Авилес. С их падением, Северный фронт перестал существовать. Правительство Страны Басков переехало в Барселону.
К этому времени новая смешанная бригада в Ворошиловских казармах закончила свою полную комплектацию и подготовку, и была полностью готова к отправке на фронт. Из штаба компартии Испании поступило распоряжение о том, чтобы с ней постоянно находился советский военный советник товарищ Хуан (Быков). Узнав об этом от Некрасова, Иван Терентьевич обрадованно сообщил новость Мальцеву:
– Саша, нас отправляют на фронт с бригадой! Хватит сидеть в казармах! Будем воевать! Да и ты со своим другом не расстанешься! Вместе будете!
Александр воспринял эту новость без особого энтузиазма. Но подумав, решил, что это ещё одна возможность глубже узнать историю и культуру Испании.
– После возвращения домой, у меня будет столько материалов, что я свободно могу не только написать кандидатскую с докторской диссертацией, но ещё и десяток книг. Это реальный шанс, в будущем, стать и академиком! Да и Быков прав, с Пабло Мачадо мы не расстанемся.
С Пабло Мачадо, помощником начальника штаба бригады Мальцев сошёлся так быстро, что он сам этому удивлялся. Это
– Мой племянник будет адвокатом! – с гордостью сообщила всем знакомым и соседям Исабель.
Учился Пабло хорошо и закончил первый курс. Его тётя каждый месяц посылала ему из своих сбережений деньги для того, чтобы её любимый племянник ни в чём не нуждался. На втором курсе Пабло примкнул сначала к анархистам, а затем стал убеждённым сторонником коммунистических идей. Он бросил учёбу и полностью отдался партийной работе. Тётя по-прежнему высылала ему деньги, уверенная, что её племянник с успехом "грызёт" науки.
– Вот закончится война, и я продолжу учиться, но факультет хочу поменять. Мне бы больше подошёл исторический, – делился Мачадо мыслями по поводу своего будущего с Алекасндром.
Они виделись несколько раз в день. После ужина, зачастую, засиживались до поздней ночи. У Пабло была толстенная тетрадь в чёрном клеёнчатом переплёте, куда он записывал свои мысли и основные события, которые с ним происходили. А ещё Мачадо писал стихи. Они были романтическими и чувственными.
– Алекс, – говорил он иногда утром Мальцеву, – сегодня ночью меня снова разбудил чей-то голос. Он мне читал стихи. Я встал и быстро их записал. Послушай это:
Я хочу умереть, когда будет заходить солнце,
в открытом море и с лицом смотрящим в небо,
в последнее мгновение этой агонии, увидев
мою душу, рвущуюся, как птица, в небо.
Мне уже никогда не услышать,
оставаясь с небом и морем наедине
ни голосов, ни тихих молитв,
скрывающихся в величественном рёве волн.
– Как тебе, Алекс? Ответь мне честно!
– Красиво! По-испански звучит очень красиво, похоже на грустную мелодию, – признавался Мальцев.
В свою очередь, Александр часто рассказывал своему другу о Советском Союзе, о Ленинграде, об институте, где он учился.
– Здорово! – восхищался Пабло, – побывать на родине Ленина – это моя самая большая мечта в жизни.
– Закончится война и приезжай, Паблито! В чём дело? Думаю, что у тебя будет возможность поступить в какое-нибудь наше высшее учебное заведение.
– Да?! – восхищённо замирал Мачадо, – здорово! Но для этого надо знать русский язык. Надо будет начинать его учить. Ты мне поможешь?