Исповедь души
Шрифт:
Оказавшись в квартире, я сразу убегаю, чтобы принять ванну с пузырьками, намереваясь привести свои сумбурные мысли в некое подобие порядка. Я не позволю себе думать, что Крис отвечает на звонки… те звонки, потому что мое воображение склонно заходить слишком далеко.
Только-только я до подбородка погружаюсь в мыльную пену, как в ванную входит Крис с бокалом вина в руке и садится на край ванны.
– Это поможет тебе успокоить нервы, – говорит он, протягивая вино мне. – У меня обширный
Вино его отца, спившегося знатока вин, оставленное ему.
Расстроенная этой мыслью, я ставлю бокал на другую сторону ванны. Хватаю его за рубашку мокрой рукой и притягиваю к себе.
– Спасибо, но я его не хочу. Я хочу только тебя.
Он понимающе смотрит на меня.
– Прошлое есть прошлое. Я оставил его позади.
Тревога шевелится у меня в душе. Это в каком-то смысле вписывается в его потребность в контроле, но я точно не знаю как.
– Прошлое – это часть тебя и нас. Ты можешь оставить его на хранение в каком-то другом месте, но не можешь заставить его уйти. И ты не сможешь до конца покончить с этим прошлым, пока мы не встретимся с ним лицом к лицу.
– А что я, по-твоему, пытаюсь сделать?
Может, дело тут вовсе и не в контроле. Может, наоборот, в его потере. Возможно, то, что он привез меня сюда, что обнажает передо мной душу, выбивает его из колеи, а я как эгоистка слишком сильно давлю на него? Слишком лезу в душу?
– Крис…
Звонит его телефон, и он крепко зажмуривается.
– Я должен посмотреть на случай, если это важно.
– Я понимаю. – На самом деле у меня чешутся руки швырнуть телефон в воду.
Он не двигается, словно чувствует то же самое. Звонок прекращается, и его губы дергаются.
– Похоже, не важно. – Крис наклоняется ближе, и сердце мое пускается вскачь: ведь сейчас он меня поцелует.
Телефон опять звонит.
Крис чертыхается и начинает выпрямляться, а я неохотно выпускаю его рубашку. Он встает и вытаскивает телефон из кармана джинсов. Лицо его остается бесстрастным, когда он смотрит на номер и нажимает «отбой». Я чувствую крошечный укол в груди и быстро переворачиваюсь на бок, чтобы Крис не заметил мою реакцию. По крайней мере он опять отклонил звонок. Очевидно, не отвечал и на предыдущие звонки, пока я набирала ванну. Или, может, ответил, и теперь тот «человек» перезванивает.
– Эмбер.
От ее имени у меня сжимается желудок, и я вновь поворачиваюсь лицом к нему. Чувствую себя обнаженной во всех смыслах и радуюсь, что мыльная пена закрывает меня по самую шею.
– Что?
– Ты хочешь знать, кто звонит. Это Эмбер. Всего лишь.
– А. – Не слишком тактичный ответ, но, учитывая его раздраженное настроение, это лучше, чем «знаю», которое я чуть не выпалила. – Почему ты не отвечаешь на ее звонки?
Он взъерошивает рукой свои волосы, оставляя
– Потому что сейчас я, черт возьми, велел бы ей держаться от тебя подальше, но только подоходчивее.
Я поражена тем, как он зол. Кажется, даже чересчур, и хотелось бы мне знать почему.
– Она не заманивала меня в ловушку. – Я понятия не имею, почему защищаю женщину, которая не задумываясь растоптала бы меня своими «шпильками».
– Она загнала тебя в угол.
– А я позволила ей сделать это. Ошибка, о которой я сожалею.
– Ты не знаешь, на что способна Эмбер, а я знаю.
«Крис случился со мной». Я опускаю глаза, когда в памяти всплывают слова Эмбер. Слышал ли он, что она сказала мне? Имеет ли то обвинение, которое я почувствовала, какое-то отношение к его гневу? Да, думаю, имеет.
Я поднимаю глаза в поисках каких-нибудь ответов, но моргаю от неожиданности при виде Криса, снимающего рубашку.
– Что ты делаешь?
Твердые линии его лица смягчаются в ответ на этот глупый вопрос – пример очередной быстрой смены настроения.
– Раздеваюсь. А ты что-то имеешь против?
Мой взгляд скользит по восхитительно скульптурному телу, задерживается на сексуальных бицепсах, и во рту у меня пересыхает. Вопросы об Эмбер улетучиваются.
– Ни в коем случае, – заверяю я его и сама слышу в своем голосе возбуждение. – Почему так долго?
Он скидывает одну туфлю.
– Опять пытался быть галантным и дать тебе возможность понежиться в ванне. Что-то ни черта у меня не получается.
– Я рада, что ты это понял.
Когда вторая туфля летит в сторону, снова звонит его мобильный.
Раздраженная на Эмбер за то, что врывается в мою маленькую фантазию, я спрашиваю:
– Опять?
Крис бросает взгляд на телефон.
– На этот раз Блейк.
– Он мне нужен! – Я сажусь прямо, разбрызгивая пену и воду. – Мне надо поговорить с ним немедленно.
Глаза Криса окидывают мою голую грудь, потом поднимаются к лицу.
– Такая реакция моей женщины на другого мужчину – не совсем то, что может мне понравиться.
Я сажусь на колени.
– Не шути. Ответь, пожалуйста, и включи громкую связь, чтобы я не намочила телефон.
С озадаченным видом Крис нажимает кнопку и говорит:
– Одну минуту. Сара хочет поговорить с тобой.
Он садится на широкий край ванны и подносит телефон поближе ко мне. Я опускаюсь назад в воду и прижимаю колени к груди. Крис вопросительно вскидывает бровь, я киваю, после чего он говорит:
– Мы слушаем тебя, Блейк.
– Ну и хлопотное же дельце вы, ребята, мне подкинули, скажу я вам, – хмыкает Блейк в трубке. – Но мы, Уокеры, не любим подводить красивых женщин. Однако новостей у меня пока нет. Впрочем, как говорится, отсутствие новостей – тоже хорошая весть.