Исповедь колдуна
Шрифт:
– Вы… - Ринмир беспомощно смотрел на жителей родной деревни. И везде, повсюду он видел одинаково пустые, преисполненные страха взгляды. Кто-то из этих людей мог бы умереть без его магии, но сейчас они словно разом позабыли о всём том, что сделал для них молодой колдун. Как вещь, он был удобен им, пока помогал; как только он, по словам жреца, поставил их жизни под угрозу, люди предпочли просто забыть обо всём, что он совершил. Даже Мэрайя, казавшаяся такой преданной, сейчас просто предала его. Молчал и Кристоф, спрятавшийся за спиной отца, будто бы это могло скрыть
– Отпустите девушку и проверьте. Если вы не найдёте на ней следов магии – значит, она и в самом деле невиновна. Этот маг околдовал вас всех, заставил вас доверять ему, а между тем приближал наш мир к погибели! Такие, как он, должны умереть, как бы это ни было прискорбно. Либо они, либо весь мир…
Ринмир так же, как и прежде, не произносил ни слова. Почему-то разом стало неважно, что сейчас говорит старик. Раньше он готов был поверить, что ничто в этом мире не напугает его.
Как оказалось, осознание предательства может напугать сильнее, чем любое существо из мира по ту сторону Искажения.
========== Глава XII: Сильнее смерти ==========
Лайонелл смотрел на колдуна, силясь понять, зачем колдун рассказывает ему о том, что произошло столько веков назад. Он уже не верил, что его хотят разжалобить или вымолить прощение за свою магию, как это делали многие до Ринмира. Маг, казалось, даже не боялся. В его лице не было боли или страха. Он не жаловался на судьбу; он лишь рассказывал без лишних эмоций о том, что некогда пережил. Наконец, Лайонелл робко произнёс:
– Наверное, оно и к лучшему… Если бы даже ты стал супругом той девушки, рано или поздно она предала бы тебя.
– К лучшему? Да, может быть, - спокойно улыбнулся колдун, словно его забавляли рассуждения Золотого Стража. – Сейчас я тоже так думаю.
Рассвет неумолимо приближался – и маг, торопясь, продолжил свой рассказ…
Верховный жрец перевёл взгляд на Ринмира, словно размышляя о чём-то. Наконец, он негромко спросил, поправляя сапфировый перстень:
– Как бы ты хотел умереть, маг? Я готов даровать тебе ту смерть, какую ты пожелаешь. Мы – не преступники, и не испытываем удовольствия от криков мучимой жертвы.
По этому поводу юноша испытывал определённые сомнения. Значит, они не считают себя преступниками? Эти люди, опутанные чёрными нитями, готовые по одному слову Предвестницы вырезать невинных лишь потому, что те имели несчастье заниматься магическими искусствами?! Вскинув голову, Ринмир в очередной раз огляделся. Наверное, он по-детски пытался отыскать поддержку хотя бы в одном взгляде. Но нет, сейчас почему-то никто не желал вступиться за мага…
Глядя на старого жреца, Ринмир молчал. Видя, что юноша не собирается отвечать на его вопрос, старик чуть склонил голову:
– Тогда я сам решу. Эдвин, Морай! Отведите этого колдуна подальше от деревни и убейте. Делайте, что пожелаете – я отдаю его в ваше распоряжение.
Ринмир всё ещё не мог понять, что происходит. За какой-то день всё встало с ног на голову, и ему сейчас желают смерти
Воины в позолоченных доспехах вели Ринмира куда-то за околицу – и он знал, что совсем скоро они выйдут на берег реки. Может, эти люди решат утопить его? Нет, это ненадёжно, тем более что один из них слишком уж часто косился на свой клинок. Значит, зарубят.
– Слушай, говорят, у тебя дочь в городе осталась? Не боишься ты девку-то одну бросать?
– Почему ж сразу «одну»? – возражал Эдвин своему собеседнику, не забывая подталкивать вперёд их пленника. – У ней бабка по матери есть, вот с ней-то дочка и осталась. Ничего, зато будет потом внукам рассказывать, что папа у неё – герой, мир от уничтожения, значит, защищал.
Ринмир слушал, и не мог не понять: все эти пустые слова сказаны совершенно искренне. Если Верховный Жрец ещё сомневался, то его спутники уже давно окрестили себя героями и спасителями мира. Они гордятся тем, что им приходится убивать невинных…
Впереди показалась река, и воины в позолоченных доспехах умолкли. Ринмир смотрел на воду – прозрачную, весело бегущую по камням. Он не почувствовал боли тогда, когда вода окрасилась в алый цвет, а грудную клетку прорвало насквозь остро заточенное лезвие. Он смотрел на текущие капли, будто это не его кровь сейчас смешивалась с беззаботными водами речушки. Молодой колдун рухнул лицом вниз – и одновременно остался стоять, глядя на своё тело будто со стороны.
Сейчас весь мир пульсировал и окрасился в цвет той фиолетовой пустоты, что доводилось видеть Ринмиру за изнанкой мироздания. Линии складывались в огромную воронку, и юноша понимал: ещё немного, и его затянет внутрь этой пугающей воронки, он растворится в ином мире, станет его частью…
В каком-то отчаянии он снова посмотрел на своё тело – и увидел дрожащую, оборванную нить. Разум стал ясным, как никогда ранее. Протянув руку, он представил, что в его руках – игла. Сейчас он – портной, а мир – его полотно, готовое послушно расступиться по его желанию.
Ринмир потянул за бледную, гаснущую нить – и вонзил её в самый центр воронки, отчаянно желая, чтобы в этот раз всё вышло так, как требуется. Он обещал той, что предала его: когда-нибудь он сможет выполнить обещание. Когда-нибудь цветок в его руках не рассыплется пеплом, а распустится, будто не его лепестки только что желтели и рассыпались меж пальцев.
Нить натянулась… и не порвалась, как прежде. Он лежал, глядя куда-то вниз, и понимал: из груди всё так же течёт кровь, за спиной слышны шаги удаляющихся воинов в позолоченных доспехах. Но боли больше не было, а тело оказалось на удивление лёгким. Ринмиру не составило труда подняться, когда посчитавшие свой долг исполненным воины удалялись.
Прежняя жизнь кончилась. Начиналась вторая – та, что напрямую была связана с магией, что теперь текла по его жилам вместо остывающей крови…
========== Глава XIII: Тень возмездия ==========