Исповедь проститутки
Шрифт:
– В прямом. Получается, я за тебя бабки отстегнул, выкупил твой контракт, а ты соскакиваешь? Динамишь меня, так получается, королева Марго?
Это уже было слишком. Я подошла к нему вплотную и сказала, отчеканивая каждое слово:
– Завтра же я сниму со своего счёта деньги и выплачу тебе долг. И больше не появлюсь ни в этой квартире, ни в твоей жизни. Если ты думаешь, что перекупил меня у моих прежних хозяев, ты глубоко ошибаешься, мой дорогой Дэн. Даже будучи проституткой и продавая своё тело, я сохранила свою свободу. Это единственное,
Я развернулась и вышла, гордо подняв голову.
– Марго! – крикнул Дэн мне вслед. – Марго, вернись! Ты всё неправильно поняла. Я не то хотел сказать.
Я поспешила уйти, чтоб больше его не слышать.
– Смотри, Софико, как бы он от злости на тебя не прогнал тебя из журнала, – сказала Томка, когда я рассказала ей о нашей с Дэном ссоре.
– О том, чтобы он отвязался от меня, остаётся только мечтать, – вздохнула я. – Вот увидишь, наша история вовсе не окончена. Просто у Дэна сейчас есть время, чтобы остыть, хорошенько всё обдумать и вернуться с извинениями.
Всё произошло в точности, как я и предполагала. Ровно через неделю Дэн позвонил и попросил встретиться. Он позвал меня в ресторан и явился туда, как обычно, с громадным букетом белых роз. А в качестве извинений он привёз мне красный атласный футляр, внутри которого находился роскошный комплект из колье и серёжек с крупными изумрудами.
Я была покорена. Таких шикарных и дорогих подарков я ещё не получала.
Дэн согласился оставаться просто моим «бойфрендом», при условии, что я буду сопровождать на всех приёмах и вечеринках только его.
– Послушай, Дэн, мне нужна твоя помощь, – сказала я. – Моя Томка осталась без работы. Ты не мог бы помочь ей, устроить где-нибудь?
– А что она умеет? – спросил Дэн.
– Вообще, она инженер-технолог. Но она очень умная, грамотная. Сможет легко научиться чему-то новому. Ты предлагай, что есть. А мы уже решим. Не забывай, что через несколько месяцев ей рожать. Так что работа нужна нетяжёлая, и более-менее спокойная.
– Ладно, что-нибудь придумаем.
* * *
Дэн сдержал слово, и вскоре предложил очень даже неплохой вариант. В одном из журналов требовался помощник редактора. Владелец журнала был хорошим приятелем Дэна, и согласился взять на испытательный срок мою Томку.
– У неё есть неделя, чтобы проявить себя и показать, на что она способна, – сказал Дэн. – Если не глупая, значит, подойдёт им, и её оставят.
– Я уверена, они будут от неё в восторге, – сказала я. – Моя Томка – это море шарма, позитива и юмора. Тебе не придётся за неё краснеть.
– Мне абсолютно всё равно, – ответил Дэн. – Я за неё не отвечаю. Подойдёт – хорошо. Не подойдёт – сама виновата.
Но волноваться не пришлось. Как я и предполагала, Томка устроила всех по всем статьям: и остроумием, и добродушием, и грамотностью, и исполнительностью. Уже к концу недели ей сказали,
Томка моя была преисполнена благодарности к Дэну. О такой работе, да ещё и незадолго до декретного отпуска, она и мечтать не смела.
У меня тоже прибавилось работы. Дэн словно нарочно загружал меня съёмками, поездками, показами. Он задействовал меня во всех возможных проектах. И я ему, конечно же, была безмерно благодарна. Вот только времени свободного у меня оставалось всё меньше и меньше. Особенно сложно мне было мотаться туда-сюда домой и обратно, часто приходилось работать допоздна, а то и вовсе оставаться у Дэна. Я прекрасно понимала, что он нарочно всё это подстраивал, сам подводил к тому, чтобы у меня просто не оставалось другого выхода, как переселиться к нему.
И упрекнуть его я не могла, ведь он занимался моей карьерой, которая за последние месяцы резко взлетела вверх.
– Ладно, Дэн, твоя взяла, – сказала я наконец, – я перееду к тебе. Только у меня есть условие: моя квартира остаётся за мной, тем более что там живёт Тома. И я, когда захочу, в любой момент смогу наведаться туда, и на столько, на сколько посчитаю нужным. Чтоб без истерик и сцен ревности. Договорились?
– Давно бы так, – Дэн победоносно улыбнулся.
Я поселилась в шикарной двухуровневой квартире Дэна, в самом центре Киева. О спокойствии и тишине можно было забыть и не вспоминать. В его квартире постоянно кто-то бывал: то партнёры, то фотографы и модели, то друзья. Если у него был не кастинг или съёмка, значит, обязательно вечеринка. Меня утомляли ежедневные шумные компании, особенно после напряжённого рабочего дня. Я уходила на второй этаж и уединялась в спальне. Но Дэн непременно звал меня вниз к своим друзьям.
– Ну Марго, ну не упрямься, – говорил он. – Побудь немного с нами. Тебе тоже пойдёт на пользу общение с моими друзьями. Одно дело, когда я предлагаю им снимать тебя для их журналов, и совсем другое дело, когда они сами видят тебя. Все эти домашние вечеринки с большим расчётом. А ты как думала?
И мне приходилось, вместо того, чтобы отдыхать, идти к его друзьям и часа два мелькать у них перед глазами, чтобы они могли, как следует меня рассмотреть, и оценить, так сказать, перспективы, и потом позвать в свои проекты.
Стабильно раз в неделю я ездила к Томке и оставалась с ней на один-два дня. Я отдыхала там и морально, и душевно. Мы могли с ней полдня прогулять, позвав с собой Натали, а потом весь вечер проваляться перед телевизором. Могли сходить в кино или целый день заниматься домашними делами, или вообще ничем не заниматься – просто сидеть дома и валять дурака.
Эти моменты были очень дороги для меня, они были необходимы мне, как глоток свежего воздуха. Они вносили гармонию в сумбур моей насыщенной, сумасшедшей жизни.