Исповедь содержанки
Шрифт:
– Так почти ничего не осталось…
– Ничего, потерпишь. На колбаску и сыр еще хватит, а от остального пока откажись.
– Так невозможно жить! А фитнес, парикмахерская, салон?
– Такая зарплата этих процедур не предусматривает. Ищи другую работу или подработку .
– Еще работу?! Я и так сутками на работе!
– А вторые сутки ты отдыхаешь, можно выкроить несколько часов на работу.
– Это не жизнь…
– Ничего, все наладится, привыкнешь , или…
Все потом! Сейчас тебе главное прожить без долгов этот месяц. Пойдем в магазин, затаваримся.
– Я устала, я завтра куплю.
– А давай
– Тяжело тащить, я у дома куплю.
– Можно и у дома. Я с тобой прогуляюсь, посмотрю, где ты живешь. Пригласишь в гости?
« От Ольги не отделаешься», - подумала Вика, и безнадежно вздохнула.
– Конечно, приглашу! Только тогда еще кофе купим.
Метод Уютовой оказался действенным. Через пару месяцев долгов у Вики уже не было, но как же скучно так жить…дом-работа, работа-дом… Внутри накапливалось раздражение. Еще и рассказы Ольги о «Зималетто».
Жданов и Пушкарева поженились и уже ждали первенца. Андрей с Катерины «пылинки сдувает», оберегает от косых взглядов, не то, что от недобрых слов.
Коротков и Тропинкина тоже поженились –Мария наконец-то благосклонно приняла предложение Федора.
И Шурочка Кривенцова нашла своего мужчину, высокого, представительного, возле которого она казалась маленькой девочкой.
Татьяна Пончева сына родила, теперь она мама, и этим все сказано: мысли только о ребенке!
Больше всех удивила Амура. Ее бой-френда, Антона, такого же потомка Олимпиады, нашел отец. И не кто-нибудь, а вождь африканского племени! Вождь состарился за прошедшие годы, а среди его многочисленного потомства ни одного мальчика. Кому передавать власть? И он вспомнил о русской девушке, с которой провел такие приятные ночи на Олимпиаде, узнал, что есть у него сын в России!
Амура с Антоном быстренько поженились и отправились в свадебное путешествие в Африку. Познакомились с новой родней, позабавились экзотической жизнью и вернулись в Москву – отец Антона еще жив-здоров, сам у власти.
Слушая эти рассказы добросердечной Ольги Вячеславовны - она радовалась успехам подруг как своим собственным, - Виктория злилась и завидовала. Она не умела радоваться за других. В детстве и в замужестве судьба показала ей красивую жизнь, поманила, да и закрыла перед ней вход в эту жизнь. И она озлобилась. Почему у всех все хорошо, и только она прозябает в нищете и скуке?
Вика всегда была завистливой, всегда хотела иметь все самое лучшее, и имела, пока были на это средства и спонсоры.
Если машина-то супермодель, которую себе не каждый бизнесмен позволит, если муж – то олигарх, ну или сын олигарха, одежда – только известных брендов. Себя она тоже держала в форме. Занималась и лицом, и фигурой.
А в результате оказалась на обочине жизни. Совершенно не заслуженно по ее мнению.
Мысль о том, что для того, чтобы получать блага, надо и самой отдавать – труд, заботу, любовь, наконец, не рождалась в ее головке. И никто ее этому не научил – не кому было учить, никому она по большому счету не была нужна.
Окружающие интересовали ее только с точки зрения полезности для нее, и ни в коей мере не сами по себе.
Слушая рассказы Уютовой, Вика улавливала только то, что считала не заслуженным благом для бывших сослуживцев, что вызывало в ней зависть и озлобленность.
А ведь эти блага имели и оборотную сторону, доставлявшую их обладателям немало горьких минут.
Взять
А Шурочка страдала от неуверенности в своем счастье – Шурик так и не сделал ей предложения пожениться официально, они жили в гражданском браке. Кроме того, он ни за что не хотел менять место работы, а служба в казино – это ночная работа. Разве это может нравиться молодой жене, так стосковавшейся по мужской ласке?
И ребенка родить при таком раскладе Шура не решалась, хотя очень хотела иметь детей и втайне завидовала подругам, Светлане, Марии, а теперь и Татьяне – у них есть дети!
Сами же обладательницы такого богатства, как дети, порой забывали о том, какое это счастье, их одолевали заботы о детях, а порой и неосуществленные мечты всплывали из глубины души.
Светлана Федоровна по ночам плакала в подушку, вспоминая добрые времена, когда рядом был Захар – вначале влюбленный в нее робкий юноша, даривший ей цветы, сорванные с клумб. На дорогие подарки денег у него не было, но что это значило в сравнении с тем, что глубокой зимней ночью он шел за яблоками для беременной жены?
Захар, конечно предатель, соблазнился на «халявный» маргарин, но она его все равно любит, ждет его , надеется, что он вернется. А все ее крики и обвинения при встрече – это для других, чтобы показать свою гордость.
Татьяна Пончева выглядела совершенно счастливой. Они с мужем так долго мечтали о детях, и наконец, он родился, сын, продолжатель фамилии! Они были счастливы, но как-то порознь… После того, как Татьяна потратила деньги, собранные на покупку машины, на липосакцию – уж очень она хотела иметь хорошую фигуру, а диеты не помогали, поскольку не выдерживала она их, то печенюшку съест, то пирожок, муж перестал доверять ей крупные денежные средства, ввел режим экономии. И как к женщине он к ней охладел. Приедет из рейса, и все время с сыном занимается, а на жену и внимания не обращает, будто и не были в разлуке столько дней, а главное – ночей. Татьяна «жевала» обиду в одиночестве, оценивала поведение мужа и так, и эдак. Что ему не нравится? Похорошевшая жена? Кстати сказать, после рождения ребенка она не только не располнела, а стала еще стройнее. А красотой ее бог не обидел!
Ладно, если муж ревнует, боится потерять ее – сам Толик внешностью похвалиться не мог.А если у него появилась другая женщина? Он часто ездит в одни и те же города, может там у него другая семья? Извелась Татьяна от тяжких дум, «заедает» их пирожными и шоколадками, но не полнеет, как ни странно, становится все краше. И когда с сыном гуляет, мужчины на нее оглядываются. А однажды сам Александр Юрьевич так загляделся на нее, что чуть лоб не расшиб о стеклянную дверь.
Ночью она не могла заснуть, смутные желания и заинтересованные взгляды соединялись и становились желаниями явными, жгучими, порой нестерпимыми. Лишь к утру ей удавалось убедить себя, что все у нее хорошо в семье, и муж самый лучший, и никого больше ей не надо, кроме дорогого сыночка, который скоро проснется и вернет покой в ее душу.