ИСПОВЕДНИЦА

Гудкайнд Терри

Когда Ричард, наконец, закончил этот процесс, то обнаружил, что в центре материи лежит одна единственная частичка белого песка.

Он резко поднял голову и спросил, - Где же вы это взяли?

Все шестеро указали вниз.

–  О, добрые духи, - прошептала Никки

–  Что?
– воскликнула Кара, подойдя поближе, чтобы рассмотреть единственную частичку белого песка, лежащую в центре материи, - Что это такое?

Ричард пристально уставился на Морд-Сит, - Это волшебный песок.

Служащий персонал гробниц, продолжая указывать вниз, хотели тем самым

сказать, что обнаружили находку где-то в склепе. Магический песок имел особое призматическое свечение, но Ричард все же был немного удивлен тем, что эти люди нашли лишь одну единственную песчинку.

–  Можете ли вы мне показать то место, где вы обнаружили это?

Все шестеро решительно закивали.

Ричард бережно обернул материю вокруг песчинки волшебного песка. Он заметил, что на ткани было два пятна от чернил, так как когда он капнул ими на материю, она была обернута вокруг в два ряда. Эти два пятна вновь объединились в одно, когда Ричард придал свертку первоначальный вид. А когда он раскрывал материю, пятна вновь оказывались на противоположных сторонах.

Они его завораживали, он пристально смотрел на них и думал.

–  Пойдемте, - наконец очнулся Ричард, и, положив сверток в карман, скомандовал, - Отведите меня туда.

Глава 48

Ричард переступил через расплавленную белую каменную плиту и вошел в гробницу Паниза Рала. Персонал по обслуживанию гробницы ждал снаружи в коридоре. Они убедили Ричарда войти в гробницу первым. Так как он являлся потомком рода Ралов, они не смели войти прежде него. Ведь в этой гробнице, в конце концов, покоился его дед. Персоналом по обслуживанию гробницы на протяжении многих лет были люди, которые всегда жили и умирали, следуя непостижимым правилам каждого Лорда Рала, неизменно отдающего дань уважения своим предкам.

Ричард, тем не менее, всегда оказывал свое почтение лишь тем, кто того заслуживал.

Паниз Рал же был тираном с немыслимыми амбициями к завоеванию мира, что не особенно его отличало от его сына - Даркена Рала. Панизу Ралу, возможно, и не удалось провернуть такого большого количества злодеяний, которые совершил его сын. Но нельзя было сказать, что он не пытался.

В войне, которую Паниз Рал развязал против соседствующих земель, Зедд, будучи еще молодым, был тем, кто возглавил свободный народ Срединных земель против агрессии Д'Харианской империи. В итоге, Зедд, выступая от имени Первого Волшебника, уничтожил Паниза Рала и воздвиг те самые границы, которые отгораживали Д'Харианскую Империю от Ричарда на протяжении большей части его жизни.

Даже учитывая то, что многие с удовольствием поддерживали жажду Паниза Рала к завоеваниям, Зедд, отнюдь, не хотел уничтожать весь народ Д'Хары.

Ведь многие Д'Харианцы, не смотря ни на что, оказались всего лишь жертвами господствующей тирании; они же не могли выбирать время и место для появления на свет, родившись в далеко неблагополучное время при господстве тирании. И винить лишь только в этом их было бы неверным. Поэтому, вместо того, чтобы уничтожить всю Д'Хару, Зедд предпочел воздвигнуть границы.

Он полагал, что оставить

Д'Харианцев пожинать последствия собственных деяний, было наихудшим наказанием, которое он мог бы только обрушить на них.

Сложившаяся ситуация также еще и предоставляла им шанс, чтобы решиться, и сделав выбор, попытаться изменить их жизненный уклад. Ведь с поднятыми границами, для Д'Хары теперь не представлялось возможным продолжать распространять свою агрессию против других народов.

И это было бы так, и Ричард все еще жил бы в далекой Вестландии, если бы границы не пали.

Даркен Рал поспособствовал их разрушению, путешествуя через подземный мир, избегая тем самым непреодолимое препятствие. Но, если бы это не произошло, то Ричард никогда не встретился бы с Кэлен, которая привнесла в его жизнь значимость и важность бытия, стала смыслом его существования.

Ричард помнил когда, сразу же после того, как Даркен Рал открыл шкатулку Одена, и высвобожденная им сила Одена поглотила его, то один из служащих дворца подошел к Зедду и сказал, что гробница Паниза Рала вдруг начала плавиться. Зедд немедленно велел служащему взять определенного рода каменную плиту и запечатать ею вход в гробницу, пока угроза подобного разрушения еще не успела распространиться по всей территории дворца.

Это временное приспособление из белого камня, закрывающее вход в гробницу, с тех пор по большей части расплавилось, и странное разрушение теперь принялось разъедать, еще нетронутые плиты у входа. Стены уже были деформированы. Будучи прежде ровными, сейчас из них торчали, выдаваясь вперед, смещенные куски розового гранита. В коридоре снаружи, швы между потолком и стенами также начали расходиться под воздействием деформации, во внутреннем помещении. Если это разрушение не остановить немедленно, то уже несущие стены начнут искривляться, и до такой степени, пока вся конструкция дворца не начнет плавиться изнутри, пожирая сама себя.

Ричард оглядывал все вокруг, оценивая обстановку в гробнице. Свет от пятидесяти семи факелов, отражался от позолоченного гроба, стоящего на возвышении. Помещенный на пьедестал ровно по центру комнаты, гроб не только светился, но как-будто парил над мраморным полом.

Надписи были начертаны не только на гробе, но и выгравированы на гранитных стенах по всему периметру комнаты.

–  Ненавижу розовый, - бормотала себе под нос Никки, окидывая взглядом, окружающие ее полированные стены из розового гранита и сводчатый потолок.

–  Есть какие-нибудь идеи, почему стены могли бы расплавляться?
– спросил Ричард у Никки, когда она медленно обходила комнату, тщательно осматривая все вокруг.

–  Именно это действительно пугает меня,- ответила Никки.

–  Что ты имеешь в виду?
– спросил Ричард, начав прочитывать выгравированные на гранитных панелях слова, написанные на Верхне Д'Харианском.

Никки продолжила, - Верна сказала мне, что когда я прибыла во дворец, именно перед тем, как меня схватили, когда я спустилась сюда с Энн, что я рассказала ей, что я знаю причину, по которой стены здесь плавятся.