ИСПОВЕДНИЦА

Гудкайнд Терри

Не говоря больше ни слова, коммандер поспешно удалился.

Ричард, потрясенный услышанным, стоял, пошатываясь на ногах, а его сердце бешено колотилось. Он сомневался, что Кэлен все еще находится у Джеганя, как он видел вчера.

Как бы сильно Ричард не хотел увидеть ее снова, он презирал себя за одну только мысль о том, что она где-то рядом с этим ужасным чудовищем. Он также не мог представить, что Келен находится здесь в окружении всех этих людей.

Еще за долго до начала зимы, когда Никки увела Ричарда с собой в Древний Мир, Кэлен взяла командование на себя, управляя Д'Харианским войском.

Она осталась единственной, на чьи плечи была возложена ответственность, сдержать войско Джеганя, и не дать ему одержать верх. Ричард же, наоборот, принял решение пустить все на самотек. Кэлен считала своим долгом уничтожить Орден. Даже учитывая то, что его потери постоянно восполнялись вновь прибывшими солдатами из Древнего Мира, которые становились на смену убитым.

Кэлен не только препятствовала продвижению захватчиков, но и вызывала у них неугасающую ненависть за все многочисленные и болезненные потери, которые она им нанесла.

Если бы не ее усилия, Д'Харианская армия давно бы пала под чудовищным натиском Имперских захватчиков, и была бы жестоко уничтожена. Кэлен всегда опережала врага на шаг вперед, и была вне досягаемости войска Джеганя.

Изо всех сил стараясь сдержаться, Ричард прислонился к фургону и сложил руки на груди, в ожидании. Еще издалека, он рассмотрел как по левую руку от него, продвигаясь через лагерь, приближается процессия. Она направлялась вниз мимо выстроившихся по линейке команд, и останавливалась с некоторыми интервалами, чтобы рассмотреть игроков поближе.

Судя по облачению солдат, и по тому, как они двигались, образуя замкнутое кольцо, Ричард сделал вывод, что эта группа являлась личным эскортом Джеганя. Он заметил стражу Императора еще вчера, когда его везли через лагерь прямо мимо шатра Джеганя. Именно тогда он мельком видел Кэлен.

Личная охрана Императора выглядела внушительно, от одного только вида их доспехов - кожаных нагрудников и превосходного оружия, - по телу бежали мурашки. Эти крупные хорошо сложенные мужчины, с литыми гладкими мускулами, выглядели действительно устрашающе.

Личная охрана Императора сеяла страх даже в жестоких сердцах солдат регулярной армии Ордена. Те просто отстранялись подальше, прекрасно зная повадки стражи Императора. Ричард и представить себе не мог, что солдаты подобного рода будут сдерживать свой пыл, при виде потенциальной опасности, которая может нависнуть над Императором.

Джонрок сделал шаг вперед, чтобы встать в шеренгу с другими членами команды, которые уже выстроились в ожидании Императора, приехавшего на них поглядеть.

Когда Ричард увидел бритую голову Джеганя в самом центре кольца исполинской стражи, его как молнией ударило: Джегань может узнать его.

Джегань был сноходцем, он мог прокрадываться в сознание разных людей, поэтому мог видеть Лорда Рала их глазами. Ричарду было трудно осознать, насколько он был неосторожен, что даже не подумал о том, что Джегань будет наблюдать за ходом игры своей команды Императора. А Ричард больше всего хотел оказаться именно в ее составе, чтобы подобраться поближе к Кэлен, поэтому совершенно не принял во внимание перспективу своего решения, и то, что оно за собой повлечет.

Ричард заметил кого-то, напоминающего Сестру.

Она была похожа на сестру Улицию. Но

сейчас она выглядела намного старше, с момента их последней встречи. Сестра следовала немного поодаль, замыкая всю процессию из личной охраны Джеганя, но Ричард все же мог рассмотреть ее осунувшееся морщинистое лицо.

Когда он видел Улицию в последний раз, она выглядела довольно привлекательно, хотя ему всегда было сложно сопоставить внешность и индивидуальные качества любого человека, его внутренний мир,

а сестра Улиция была дурной мрачной женщиной.

Внешняя привлекательность человека не имела для Ричарда абсолютно никакого значения, но внутренняя злоба и жестокая душа оставляли свой отпечаток, и в сознании складывалась определенная картинка. Прежде всего, в Улиции он видел испорченную личность с безнравственным характером, и это сводило на нет всю ее внешнюю привлекательность, оголяя лишь дурную порочную натуру.

Поэтому Ричард считал Кэлен просто идеалом красоты. Она была не только потрясающе привлекательной женщиной, но и исключительной натурой. Ее сообразительность и проницательность сочетались с неумолимой жаждой жизни. И это было действительно так, ее очарование и красота отражались на всем, к чему она прикасалась.

Сестра Улиция, наоборот, когда-то в прошлом, обладавшая физической красотой, всегда ассоциировалась у Лорда Рала лишь с разлагающейся, гниющей изнутри личностью.

Ричард, вдруг осознал и еще одно: не только Джегань и Сестра Улиция могут узнать его, - в лагере, наверняка есть и другие Сестры, которые вовсе не понаслышке знали его.

Он сразу почувствовал себя загнанным в ловушку. Любая из тех Сестер могла появиться в любой момент. А спрятаться ему было негде.

Когда Джегань подойдет достаточно близко, ему не составит труда узнать Лорда Рала, за которого он бы отдал все, лишь бы тот оказался в его руках. И насколько же будет велика радость Джеганя, когда тот осознает, что его заклятый враг - Ричард Рал - находится здесь в его лагере - об этом ему стоило только мечтать.

Перед глазами Ричарда сразу вспыхнуло предсказание, о котором ведьма Шота поведала ему. И оно должно было исполниться. В том видении, как и сейчас, шел дождь, но там дождь лил намного сильнее. И Кэлен тоже была там. Ей страшно, и она готова расплакаться, наблюдая, как Ричарду заводят руки за спину, связывая запястья, и заставляют пасть ниц в грязь. Опускаясь на колени, он слышит пронзительные крики Келен, которая зовет его. Солдат брутального вида встает позади Ричарда и приставляет нож к горлу пленника, и, пообещав, что подобающе позаботится о Келен, не прилагая особых усилий, глубоко вонзает нож в плоть и кровавый фонтан хлещет из перерезанной артерии.

Ричард, вдруг осознал, что водит по горлу рукой, пытаясь прикрыть воображаемую зияющую кровоточащую рану. Охваченный паникой, он начал часто и тяжело дышать.

Ричард остро чувствовал, как подступала тошнота. Неужели наступил именно тот момент, когда предсказание Шоты сбудется? Хотела ли она предупредить его об этом? И именно этот дождливый день - станет днем его смерти?

Но Ричард был не готов, принять таковой свою судьбу. А что именно нужно сделать, чтобы все предотвратить, он не знал. Так или иначе, все происходило слишком быстро.