Испытание адом
Шрифт:
– Почему ты об этом заговорил? – спросила она.
– Потому, что он распускает слухи о наших стычках, любовь моя, – ответил Жискар. – О стычках, которых на самом деле никогда не было. Он всячески подчеркивает существование между нами «напряженности» и «взаимного отчуждения».
– Ты хочешь сказать…
– Я хочу сказать, что он, на свой манер, старается нас прикрыть.
Причарт взглянула адмиралу в глаза, закусила нижнюю губу ровными белыми зубами, вздохнула и пожала плечами.
– Спасибо ему, если так, – невесело сказала она, – но мне было бы куда спокойнее без его догадок. А со всякими историями лучше быть поосторожнее.
Она не закончила свою мысль, но Хавьер снова кивнул, давая понять, что признает ее правоту.
– Конечно, опасность существует. Но не думаю, чтобы Энди позволил себе заиграться. Не забывай, мы с тобой и вправду всячески демонстрируем на людях эту пресловутую «напряженность». Он лишь подчеркивает то, что очевидно, и в таком контексте лишь усиливает впечатление. Хотя не исключаю, что это просто непрофессиональная попытка напроситься в информаторы.
Хмыкнув, Причарт прислонилась к плечу Жискара и, несколько повеселев, сказала:
– Ладно, Хавьер, по крайней мере ты нашел чудесный способ избавиться от Жубера.
Жискар ответил довольной улыбкой. Разумеется, Госбезопасность не могла не понять, что устранение Жубера – это дело его рук, но, в конце концов, он с самого начала не скрывал, что принял начальника штаба только под давлением. И даже гражданка комиссар Причарт, хотя и возражала против перевода Жубера на должность командира военного корабля «Шэлдон», вынужденно согласилась, что этот шаг оправдан сложившимися непредвиденными обстоятельствами. Никто не мог знать заранее, что капитан Герндон на пути к цели умрет от сердечного приступа. Старпом «Шэддона» не обладал опытом, достаточным для командованием дредноутом в боевой обстановке, а вот капитан Жубер имел необходимые для командной должности выслугу и звание. Так и получилось, что гражданин адмирал Жискар перевел своего начштаба в оперативную группу 12.4, под начало гражданина контр-адмирала Дарлингтона, а исполнение обязанностей Жубера возложил на операциониста флота гражданина коммандера Макинтоша. Вопрос был решен ко всеобщему удовольствию – хотя, разумеется, кадровые перестановки вызвали официальные «возражения» со стороны комиссара Причарт.
Воспоминание вызвало у него легкую улыбку, сразу замеченную Причарт. С присущей ей прозорливостью она угадала направление мыслей Хавьера – и улыбнулась в ответ. Он обнял ее покрепче, но помрачнел. Тревога по поводу возможного разоблачения их любви не оставляла его никогда, делая даже мысль о возможной гибели в бою малозначительной мелочью.
– Пожалуй, нам пора идти! – тихо сказал Хавьер.
Прежде чем они надели шлемы, Элоиза поцеловала его. Как всегда, страстно и яростно – словно в последний раз.
– Они хотят завязать с нами ракетную дуэль, – сказал капитан Богданович и покачал головой.
– А почему бы и нет? – спокойно отозвался Турвиль.
Оба стояли, заложив руки за спину и глядя на главную голосферу.
– Благодаря хитрости Шэннон, – продолжил гражданин вице-адмирал, – манти наверняка вообразили, что мы забыли прихватить с собой подвески, а их ракеты и защита всегда были лучше наших. На их месте я, конечно, постарался бы поскорее сблизиться с нами на дистанцию энергетического поражения, но я-то про наши платформы знаю. И даже когда стараюсь
– Ну, не думаю, – криво усмехнулся начальник штаба. – Вы, гражданин адмирал, и без платформ наверняка полезли бы в драку.
– Не такой уж я плохой, – возразил Турвиль, обернувшись к ухмылявшемуся Богдановичу. – Правда?
Богданович, не прекращая ухмыляться, кивнул.
– Ну ладно, может, вы и правы, – сказал гражданин вице-адмирал.
«А может, и нет, приятель, – подумал Турвиль про себя. – Я, конечно, провозглашаю принцип „надо завязать драку, а там будет видно“, но это еще не значит, что я слепо ему следую. И всяко не собираюсь отказываться от „Графа Тилли“ как от флагманского корабля. Конечно, защита у него слабее, чем у линкора, но зато линейный крейсер не привлекает к себе столько внимания, а стало быть, и столько огня».
Он, улыбаясь, повернулся и направился к командирскому креслу.
Контр-адмирал Теннард терпеливо ждал. Он вылетел навстречу хевам, затем совершил разворот, чтобы сбросить скорость. Расстояние между ними на настоящий момент составляло 6,7 миллиона километров – и неуклонно сокращалось на восемьсот километров в секунду. Чуть больше чем через четыре минуты они должны были оказаться на дистанции дальнего ракетного залпа, который он и намеревался произвести. После этого предполагалось увеличить ускорение, чтобы удерживать дистанцию как можно дольше.
– Подготовиться к пуску! – уверенно и спокойно приказал он.
Рекомендую подготовить подвески к бою, гражданин адмирал, – сказала Шэннон Форейкер.
Напряжение, которое испытывали все на борту, сказывалось и на ней, но весьма своеобразно. Похоже, оно даже радовало Шэннон, ибо вытесняло то, другое напряжение, которое так долго ее не отпускало. Во время боя она становилась прежней «тактической ведьмой» Лестера Турвиля, какой была до пленения Хонор Харрингтон. Турвиль обернулся на ее голос, и она, почувствовав его взгляд, подняла глаза, широко улыбнулась и, к полнейшему изумлению гражданина вице-адмирала, подмигнула ему.
– Рекомендацию одобряю, гражданка коммандер, – подтвердил Турвиль, и гражданин лейтенант Фрейзер передал приказ по сети связи группы.
– Сэр! Адмирал Теннард, они…
– Вижу! – сказал Теннард, удивляясь тому, что, хотя каждый его нерв вопиет о роковом просчете, голос звучит невозмутимо. Ему даже в голову не пришло, что хевы могли укрыть подвески внутри своих клиньев… а напрасно. Такое простое решение, но он до него не додумался.
Впрочем, все гениальное просто. Теперь его сенсоры показывали вереницы тянувшихся за линкорами и линейными крейсерами подвесок, которых у хевов оказалось гораздо больше, чем у него.
– Меняем курс! – приказал он. – Идем на сближение!
– На сближение, сэр? – переспросил начальник штаба, после того как флаг-капитан Теннарда повторил приказ.
– Именно, – угрюмо подтвердил адмирал. – Эти ребята намереваются выпотрошить нас к чертовой матери, и если котелки у них хоть чуточку варят, то как раз они и будут стараться удерживать дистанцию и оставаться за пределами досягаемости нашего энергетического оружия. При их превосходстве в ракетах им только и нужно, что долбить по нам издали, пока от нас не останется куча лома.