Испытание на прочность
Шрифт:
В тот последний вечер перед отъездом, они сидели на берегу озера и смотрели на заходящее солнце. Все вокруг было так спокойно и фантастически красиво, что хотелось, чтобы время остановило свой бег и тянулось бесконечно долго. Мысли роились в голове, и ему хотелось сказать Зое: как хорошо, что они встретились, что понимают друг друга, что…. Нет, слово любит, он не произнес, даже мысленно. Он не был готов к этому, хотя возникшие во время отпуска чувства, постоянно заставляли думать о Зое.
А что думала она?
Владимир поднял маленький камушек и кинул в озеро. Тот несколько раз скользнул по водной глади и нырнул в глубину, оставив после себя ряб, которая кругами стала расходиться по спокойной до этого поверхности.
— Как хорошо здесь, даже уезжать не хочется, — произнес Владимир, заломив руки за голову. Он успел за это время загореть, а мускулистое тело, натянуло пуговицы на рубашке так, что казалось еще немного, и они оторвутся.
— Ты прав. Отлично провели отпуск. Представляешь, а я глупая, ехать не хотела. В последний момент ребята уговорили.
— Меня тоже.
— А сколько еще таких мест на Земле осталось!?
— Мало, совсем мало, — слегка с грустью произнес Владимир, — порой летишь на корабле вокруг Земли, а кругом огни. Города, города, без конца и края. А там, где они кончаются, заводы, фабрики, стройки. Таких диких мест, как здесь, скоро совсем не останется.
— Ты так считаешь?
— Конечно. Это раньше города строились ввысь. Небоскребы под сто этажей, а когда поняли, что ничего хорошего в этом нет, стали расползаться по земле, строить малоэтажные дома, или коттеджи, и даже не заметили, как города разрослись настолько, что стали соединяться между собой, образуя гигантские острова, населенные людьми.
— Как здорово ты сказал — острова.
— Скоро и сюда придут люди. Эти места спасает то, что здесь постоянно происходят землетрясения. Последнее было три месяца назад силой восемь баллов. Но даже это не спасет эти места.
— Жаль.
— Почему?
— А куда мы тогда поедем, на Луну? — Зоя рассмеялась и Владимир, скосив взгляд, подумал: Какое красивое у неё лицо, и улыбка, и губы.
Ему вдруг захотелось притянуть её к себе, обнять и поцеловать. Со всей силой и страстью, которая вдруг возникла. Но он сдержался. Привычка, выработанная годами сдерживать порывы чувств, умение владеть собой и оценивать свои поступки, даже в такой момент, дала о себе знать. Он лишь улыбнулся и подумал:
— Интересно, а я ей нравлюсь или нет?
В этот момент к ним подошли Павел с Ольгой.
— Не помешаем?
— Нет-нет, — словно испугавшись чего-то, поспешно произнесла Зоя, и немного отодвинулась от Владимира. Ребята сели рядом, и дальнейший разговор выпал из памяти. Только смех, какие-то обрывки фраз. Кажется, Павел стал делиться впечатлениями от полета на Луну, потом прощальный ужин, и… Зоино лицо, которое словно бы фотография отпечаталась в памяти на фоне костра. Как давно и в то же время недавно это было.
— Вы
— Так, о жизни.
— Значит секрет. Что же не стану пытать, видимо что-то сугубо личное.
— Хотел еще раз извиниться перед вами.
— Передо мной? За что! — удивленно спросила Хелен, глядя на Туманского.
— Предложил вам эту идею, а всё так обернулось.
— Напрасно вы себя в чем-то вините. Если бы мне показалось, что в этом может быть доля риска, я бы не колеблясь, ответила отказом. Но кто мог подумать, что китайцы пойдут на такой шаг!
— Между прочим, Глава комитета уже прислал сообщение, что просит считать инцидент исчерпанным. У них на корабле произошла какая-то авария, поэтому все так вышло и всё в том же духе. Вы сами знаете, как обычно бывает в таких случаях. Главное, быстро признать свою вину и наказать виновных. Обещал лично проконтролировать ход расследования, которое проведут китайцы.
— Они мастера интриг, и запудрят мозги в комитете так, что еще окажется, что это мы виноваты в том, что у них корабль отстыковался от станции, а мы, чуть было не погубили астронавта.
— В свете этого, вам не кажется, что имеет место утечка информации? Откуда китайцы могли узнать, что вы на станции проводите эксперимент?
— Полагаю, что утечка где-то в комитете. Я уже доложила своему руководству. Впрочем, сейчас это уже не имеет значение. Раз попытка похитить образец была, значит им известно о проекте. К тому же, они, возможно, знают, что наш специалист и был именно тем объектом, за которым они охотятся, раз они решили его похитить.
— И все же, я не понимаю, как они решились на такое! Неужели международный скандал их не испугал?
— А никакого скандала не будет. Вы что, первый раз сталкиваетесь с такой ситуацией?
— Вообще-то, да.
— Надо же. Счастливый человек.
— А вам, что, приходилось?
— Бывало….
— Надо же. Вот уж никогда не подумал. Наука, и вдруг такое!
— Как раз с наукой и связаны такие скандалы. А вы как думали. Сами видели, на что способен наш образец. И ведь это только начало. А впереди еще масса экспериментов.
— Вы меня пугаете.
— Я. Чем?
— Фразой насчет массы экспериментов. Я считал, что вы ограничитесь тестовыми испытаниями, двумя-тремя экспериментами в реальной обстановке, а вы…
— Вложить столько сил, времени и денег, чтобы ограничиться простыми стендовыми испытаниями? Вы смеетесь? По плану работ, испытания займут как минимум два месяца. Я планирую полет и работу на станции, Луне.
— Даже на Луне!
— Разумеется. Я же говорю. Столь дорогостоящий проект требует всесторонней проверки, чтобы с уверенностью сказать, что все труды были потрачены не зря. Правда, сейчас возникли кое-какие проблемы…
— Вы же сказали, что потребуется всего несколько дней до её полного восстановления?