Испытание страстью
Шрифт:
— Где он? — спросила Эксия, как будто Тод и Беренгария могли знать ответ, и, выбежав из пещеры, исчезла во мраке тоннеля, уверенная, что Джеми не мог уйти далеко.
Она не сомневалась, что Джеми выбрал единственно возможный путь побега, через лабиринт, так как знал, что в доме появляться ему нельзя: ведь там много тех, кто знает его в лицо.
Тод и Беренгария побежали за ней, освещая себе дорогу факелом.
— Мы должны держаться вместе, — догнав ее, сказал Тод. — Ты?.. — Он замолчал, услышав шум у входа в тоннель.
— Он мертв! Принесите
Тод моментально швырнул факел в жижу, покрывавшую пол тоннеля, и их окутал мрак. Непроглядный мрак.
Чувствуя, что Тод и Эксия колеблются, Беренгария решила взять инициативу в свои руки.
— Следуйте за мной, — приказала она, ощутив восторг от произнесенных только что слов.
Впервые в жизни ей довелось вести за собой беспомощных зрячих.
Стены тоннелей покрывала отвратительная слизь, а воздух был затхлым. Вскоре они поняли, что мрак таит в себе множество опасностей.
— Осторожнее, — прошептала Беренгария. — Здесь в полу провал. Не оступитесь.
— Откуда ты знаешь? — удивился Тод. Он шел, держа Беренгарию за руку и ведя за собой Эксию.
— Здесь безопаснее, чем у меня дома, когда отовсюду падали кинжалы и мечи моих братьев. А Джоби всегда считала, что проще передвинуть мебель, чем обойти ее.
Беренгария наслаждалась ощущением своей силы и значимости, она с готовностью несла ответственность за следовавших за нею людей. В эти минуты она не чувствовала себя обузой, потому что близкие нуждались в ее помощи.
Итак, ей предстоит вывести их из этого лабиринта.
Внезапно Беренгария остановилась и принюхалась.
— Что ты делаешь? — нетерпеливо прошипела Эксия, в мозгу которой билась единственная мысль: «Где же Джеми?»
— Хочу узнать, откуда пахнет солнцем, — прозвучал загадочный ответ. — Туда!
Тод дернул Эксию за руку, испугавшись, что у нее любопытство возобладает над страхом и она начнет расспрашивать Беренгарию о том, как той это удается.
Эксия то и дело оглядывалась, проверяя, не преследуют ли их люди Оливера, однако царившую позади темноту не разрывал ни единый лучик света.
Тод и Эксия четко следовали указаниям Беренгарии, перебираясь через груды камней и земли и обходя провалы. Эксия подумала, что, если бы тоннели были освещены у она бы увидела, какие препятствия им предстоит преодолеть, то сочла бы их план невыполнимым.
— Стойте! — приказала Беренгария и резко остановилась. В этом месте тоннель расширялся настолько, что Эксия могла вытянуть в стороны руки. — Здесь кто-то был.
— Джеми? — в надежде выдохнула Эксия.
— Не знаю, но чувствую, что здесь кто-то был.
— Ты определила по запаху? — спросила Эксия с таким неподдельным изумлением, что вызвала у Тода и Беренгарии смех.
Пока они смеялись, откуда-то выпрыгнул человек и приставил нож к горлу Тода.
— Одно слово — и тебе конец, — хрипло прошептал он в самое ухо Тоду.
— Джеми! — хором воскликнули девушки. В следующее мгновение
— Ад и пламя! — наконец оправился от потрясения Джеми и, прижав к груди Эксию, принялся с жаром целовать ее.
— Джеми, любимый, — шептала та. — Я думала, что умру без тебя. Как ты? Ты сильно ранен?
— Нет. Они… Ой! Ну, может, самую чуточку. — Он приник губами, к ее шее. — Ты будешь ухаживать за мной?
— Я сделаю так, что тебе вновь захочется жить, — ответила Эксия, и они снова слились в страстном объятии, скрытые непроглядным мраком.
Стоявшие в нескольких, футах от них Тод и Беренгария испытывали смешанные эмоции. Тод думал о том, что в течение многих лет они с Эксией были всем друг для друга, но сейчас их отношения изменились, причем бесповоротно. Беренгария же размышляла о том, что узнала с помощью своего необычного таланта: брат любит эту женщину, внезапно ворвавшуюся в их жизнь и перевернувшую все вверх дном. Она поняла, что Эксия не предпринимала никаких попыток обманом завлечь Джеми в свои сети, что ею двигала лишь самозабвенная любовь к нему. Когда Эксия сказала, что готова отдать жизнь, чтобы спасти Джеми, Беренгария не придала ее словам особого значения, но сейчас она буквально кожей ощущала страх невестки за Джеми и ее настоятельную потребность быть с ним рядом.
Беренгарию радовало то, что ее дорогого брата любят именно той любовью, которую он заслуживает, но радость смешивалась с грустью, волной накатывавшей на нее. Впервые чувство одиночества стало таким острым. Джеми был для нее лучшим другом, к тому же он являлся единственным мужчиной, которого не волновала ее слепота.
Словно догадавшись, о чем думает Беренгария, Тод взял ее за руку и, наклонившись, прижался губами к ее губам.
— Ты не будешь одинока, — проговорил он. — Никогда, пока я жив.
— А теперь, чертенок, расскажи, что вы здесь делаете. Хотя я и так знаю. Тод, как ты посмел привести ее сюда? Ведь люди Оливера полны решимости заполучить деньги Мейденхолла. И ты допустил, чтобы Эксия…
— И я, — вмешалась Беренгария. Эксия, ощупывавшая мужа, чтобы определить, сильно ли он ранен, почувствовала, как он вздрогнул, когда услышал голос сестры, и догадалась, что его обуяла ярость.
— Нам нужна была ее помощь, — сказала она, чтобы предотвратить надвигающуюся бурю. — Она видит там, где слепы мы, зрячие.
— Ты поступил плохо, подвергнув опасности мою жену, но то, что ты привел сюда мою сле… мою сестру, — поправился Джеми. — Тод, ты мне ответишь за это. Нельзя было вмешивать в это дело женщин. Особенно…
— Ну, давай, договаривай! — возмутилась Беренгария. — Ему не следовало брать с собой бесполезную слепую. Это ты хотел сказать, да?
— Я не только не сказал этого, но даже и не думал! Никому из вас не следовало приходить сюда.
— Мы пришли, чтобы спасти тебя, неблагодарный! — набросилась на него Эксия. — К твоему сведению, в этом мраке Беренгария не слепа. Она чувствует запах солнца.