Испытание

Дельсат Владарг

– Вот! – удовлетворенно заявляет ребенок. – Теперь мы действительно к одному виду относимся, и ты мой… брат. Я выстроила тело на основе твоего генокода.

– Ты же не терялась? – полуутвердительно произношу я, а сестренка вздыхает.

– Когда-то давно, – начинает она рассказ, – мы были как вы, но потом развились и стали энергетическими, понимаешь? Поэтому я не терялась, конечно, я тебя проверяла.

– Значит, ты создала себе тело, – перевожу я тему. – И мысли читаешь?

– Ну ты же не против! – поведение становится

более детским буквально на глазах. – А мне очень хотелось узнать, как это…

– И какие впечатления? – интересуюсь я у нее, поглаживая по голове.

– Я тебя люблю, братик, – отвечает мне Маша. – Теперь можешь кормить мой растущий организм, потому что я полностью уже человек.

– Тогда будем вкусностями кормить, – улыбаюсь я ей, унося в сторону кают-компании, где синтезатор и стоит.

Раз она телепат, то понятны и речь, и характерные интонации. Маша их скопировала, желая побыть ребенком. Это не просто доверие, это что-то большее, а я… Пожалуй, я ее сестренкой принял. Интересно, что скажет мама? А что она скажет… будет радоваться такой доченьке? А как же иначе?

– Честно-честно порадуется? – отвечает Маша моим мыслям.

– Иначе не может быть, – объясняю я ей, выбирая блюда на панели синтезатора пищи.

Маша рассказывает мне об их цивилизации, а я начинаю понимать, зачем она ко мне в сестренки записалась. Наверное, изначально план ребенка был другим, да и ребенком в нашем представлении она не была, но, прочитав мои мысли, решила, что ей очень этого хочется. У них нет полов, потому как размножаются эти существа иначе, однако, осознав мою память, Маша захотела быть девочкой. Наверное, психологи это могут лучше объяснить, но мне объяснения не особо так и нужны.

Подумать только, контакт с новой формой разумных, а у меня сестренка появилась. И этот факт для меня намного важнее факта контакта.

– А то, что ты показала телескопу, это игра? – интересуюсь я, ставя перед Машей тарелку с шоколадной кашей.

– Н-у-у-у… – тянет она, беря в руку ложку. – Не совсем… Существа очень любят заканчивать свою цивилизацию именно так – до наступления разумности.

– Ешь, – не могу удержаться, чтобы не погладить ее по голове, отмечая при этом, как ребенок тянется к ласке.

Значит, не все так просто. Могло ли ей быть некомфортно в своем сообществе? Еще как, ибо во все времена существовали люди, которым не очень нравилось то общество, где они жили. Не вижу в этом ничего плохого. Пусть живет с нами, развивается и улыбается миру, ведь что может быть прекрасней улыбки ребенка?

– Ты прав, – кивает Маша. – Мне просто захотелось того, о чем сохранились лишь записи. И…

– И ты решила, что тебя не оттолкнут, – соглашаюсь я с ней. – Правильно решила, просто молодец ты у меня.

Широкая улыбка ребенка лишь подтверждает мои наблюдения: детям очень хочется, чтобы их любили. Видимо, у себя там… Не хватало ей именно этого, вот она и выбрала себе братика.

Спасибо ей за это, потому что мне даже дышится теперь легче. Ну и предвкушаю, конечно, как мама отреагирует.

– Ты сейчас полностью соответствуешь ребенку человечества? – уточняю я у сестренки.

– Да-а-а-а! – тянет она и вдруг зевает, причем я вижу: для нее это действие внове.

– Тогда сейчас сестренка доест и пойдет отдыхать, – объявляю я ей. – Маленьким девочкам нужно отдыхать, чтобы были силы шалить.

– Ша-а-а-али-и-ить… – задумчиво произносит она, а затем я вижу понимание в ставших зелеными глазах моей новой сестренки.

– Витязь, нужна ли помощь? – интересуется у меня старший контактной группы.

– Благодарю, – отвечаю я. – Помощь не нужна. Мы сейчас поедим и спатки пойдем…

– Спасибо тебе, человек Сергей, – звучит голос нового друга. – Иногда у нас рождаются те, кому нужно странное в нашем понимании.

– Человечество примет всех, – отвечаю я на незаданный вопрос. – Дети превыше всего.

Кажется, точки соприкосновения найдены, поэтому я могу уже не думать о том, что будет дальше. Витязь коротко сообщает о подтверждении принятия в семью – это база отреагировала, я же только киваю. Машенька с видимым удовольствием уплетает шоколадную кашу, посыпанную цукатами. Она у меня, получается, сластена. В ответ на эту мысль сестренка кивает.

Значит, сейчас будем укладывать Машеньку спать, а помывка подождет до завтра. Надо будет с ней посидеть, чтобы не испугалась ночью, или же… Я задумываюсь о том, чтобы сестренкину кровать поставить в каюту, я тогда в случае чего быстрее отреагировать смогу. Да, пожалуй, это хорошая мысль. Мне-то спать рано, а ей в самый раз.

– Доела, – констатирует Машенька и опять широко зевает. – Что это?

– Это твой организм сигналит о том, что сестренка устала, – я стараюсь говорить ласково, чтобы малышка тепло чувствовала. – Витязь, дополнительную кровать в мою каюту.

В ответ Маша протягивает руки ко мне. Ну этот жест я легко интерпретирую без подсказок – на ручки хочет. Учитывая, что она у меня в голове покопалась, то схема поведения вполне привычная будет. Я беру сестренку на руки, унося в сторону каюты, а она засыпает просто на глазах. При этом сначала пугается этого, а затем расслабляется – именно сейчас я настойчиво думаю о том, как важен маленьким девочкам здоровый сон.

Наверное, можно уже покинуть зону Контакта, ибо тут точно разберутся без меня. Все-таки зачем я попросил именно эвакуатор? Кроме вместительности он от разведчика не отличается… Может ли так быть, что предчувствие касалось не текущих событий? Надо хорошенько на эту тему подумать будет, а пока уложить малышку. Снимать комбинезон с нее или нет? С одной стороны, коже полезно дышать, а с другой – не испугается ли она этого?

– Не испуга-а-аюсь… – уже почти сквозь сон отвечает мне Машенька.