Испытание
Шрифт:
– Да я без претензий, просто как-то неожиданно, сестренка. Ты же всегда была для меня примером.
– А может, мне надоело быть примером? Ты понимаешь, как непросто быть старшей сестрой? Мне мама каждый день звонит, спрашивает, как ты – все еще думает, что ты под моей опекой. – Она грустно улыбается. – Ладно, рассказывай, что у тебя там. Откуда дровишки, и как скоро за мной придут из Интерпола?
– Помнишь тот майский день, когда от меня ушла Яна?
– Помню, конечно, – она кивает и выдыхает густое облако пара.
Пахнет
– Ты заметила, что с того дня я изменился?
– Еще бы, Филя! – восклицает сестра и закашливается, слишком глубоко затянувшись. – Так ты из-за нее?
– Конечно, есть в этом и ее скажем так заслуга. Но началось все чуть раньше. Я расскажу тебе всё, потому что только когда ты безоговорочно мне поверишь, я смогу перейти к главному. Но сначала: легкая демонстрация для убедительности. Смотри на меня.
Кира замирает и роняет вейп, едва не опрокинувшись из гамака, когда я исчезаю.
– Твою мать! – восклицает она так громко, что за изгородью разражается лаем соседская собака. – Фил, ты так не шути, у меня сердце слабое! Ты где?
– Прямо перед тобой. Сейчас не пугайся, я до тебя дотронусь, – касаюсь её гладкой щеки и легко провожу по ней пальцами.
Кира вздрагивает, но не отстраняется. Она кладет ладонь мне на руку и изумленно матерится.
– Сейчас я снова стану видимым. Готова? Смотри прямо перед собой.
Я выхожу из «Скрытности и исчезновения» и не могу сдержать смех: её вытянутое лицо и выпученные глаза, которые она пытается протереть, – редкое зрелище. Обычно она держит себя в руках… если не орет на меня.
– Что за фокусы, братишка? – оправившись от удивления, она снова затягивается паром. – Что за хрень? Ты, мать его, фокусник? Иллюзионист? Ахалай-махалай? Амаяк Акопян?
Когда сестра нервничает, её пробивает на словесный поток. Но слушать и дальше её версии произошедшего времени нет, и я перебиваю:
– Угомонись. Смотри дальше. Сейчас я отойду на несколько шагов, а ты изо всех сил бросишь в меня своим вейпом.
– Э… зачем? – недоумевает Кира. – Он вообще-то денег стоит!
– Затем. Не переживай, ничего плохого с ним не случится. Когда скажу, кидай, только сильно!
Я отхожу на десять шагов, поднимаю руку:
– Кидай на счет «три»! Раз, два, три!
Одновременно она швыряет в меня свой увесистый вейп, а я активирую «Спринт». Время замедляется, и я вижу, что сестра промахнулась, и вейп летит куда-то в сторону. Догоняю его, перехватываю в полете, бегу к сестре, кладу вейп ей под ноги и возвращаюсь на место, где стоял. Деактивирую «Спринт».
Кира сидит и хлопает глазами.
– И что это было? Ты как-то размазался
– Посмотри вниз…
Её челюсть отвисает, когда она видит вейп у себя под ногами. Она берет его в руки, крутит, разглядывая и ища подвох, не находит, машинально затягивается и, склонив голову, о чем-то думает. Хотя понятно, о чем.
– Еще фокусы будут? – помолчав, спрашивает Кира.
– Да, могу показать. Сыграем в «вопрос-ответ»?
– О, вопросов к тебе у меня много накопилось! – удовлетворенно восклицает сестра. – Откуда, черт возьми, взялись все эти миллионы баксов на моем счету? Что ты…
– Стоп! – мне снова приходится её перебить. – Наоборот. Я задаю – ты мне отвечаешь, а я тебе говорю, правду ты сказала или нет. Договорились? Только ты иногда умышленно ври мне. Справишься?
– Не знаю. Врать не краснея в нашей семье – это твоя прерогатива. Ну, давай попробуем. Спрашивай.
– Ты хочешь замуж?
– Нет!
– Неправда, хочешь. В какую страну собираешься в отпуск?
– На Мальдивы.
– Это правда. Одна поедешь?
– С Кириллом, – веет теплом, это полуправда: похоже, с сестрой и племянником поедет кто-то ещё.
– Почти правда. Значит, с Кириллом и кем-то еще?
– Ну-у, – тянет сестра, – это легко догадаться.
– Как зовут твоего молодого человека?
– Андрей, – отвечает она, и у меня мороз по коже.
– Неправда.
– Михаил.
– Ложь.
– Сергей, – сестра краснеет, бледнеет и ерзает на месте.
– И снова врешь.
– Нет у меня никого! – тепло, но не горячо.
– Есть, но, видимо, ваши отношения не настолько близки, как бы тебе хотелось?
– Мне надоело, это фигня какая-то, Филя! – возмущается сестра, не отвечая. – Что там у тебя еще?
Ниточка эмоциональной и сексуальной связи от Киры ведет к некоему Арвидасу, нижестоящему сотруднику того же банка. Изучаю его профиль… Нет, для сестры он не вариант. Безответственный ловелас.
– Кира, поверь мне, Арвидас для тебя не лучший выбор. Помимо тебя, он в близких отношениях с Ольгой Вильской и Натальей Лосевой. Знаешь таких?
– Что?! – Кира разъяренной фурией срывается с гамака, чуть не упав, и хватает меня за плечи. – Что ты несешь? Откуда тебе знать? Если это шутка, то она очень жестокая, Филипп!
– Извини. Я позже, но обещаю, сегодня же, объясню, что это не шутка. Только давай закончим с демонстрацией?
– Не хочу я больше никаких твоих демонстраций! – сдавленно отвечает она и возвращается в гамак.
На меня она больше не смотрит, уставившись в небо, и я, понимая её состояние, не лезу в душу. Она пыхтит вейпом, я ложусь на лужайку рядом. Закусив сладкую травинку, кладу руки под голову и изучаю облака. Так мы лежим минут десять, пока сестра не успокаивается.
– У тебя еще что-то было, – сухо произносит она. – Показывай.