Исток

Московкина Анна

Зимние комнаты на три локтя уходили в землю, такие проще протопить в суровые морозы.

Вдоль стен выстроили широкие лавки, под потолком полати. Ложись да спи.

Кое-кто уже спал, заняв самое лучшее место — на печи.

Еще двое постояльцев вяло играли в кости, довольствуясь неверным светом лучины. Жарка тут же растянулась на свободной лавке в углу, Солен какое-то время вертел головой, не зная, куда приткнуться.

— Извини, мы люди бедные, —

язвительно сказал колдун. — Кровать под балдахином обеспечить не способны.

— Хочешь, я схожу занавесочки у корчмаря попрошу? — сочувственно предложил эльф.

— Да я уж как-нибудь глаза закрою, а от здешнего смрада и каменная стена не поможет, — буркнул Солен.

Парнишка все никак не засыпал. Лежал неподвижно, укрывшись покрывалом с головой, но не спал. Колдун выждал еще немного, пока дыхание дворянина не стало глубоким и ровным, и откинул покрывало.

Он встал, уложил на тюфяк сумку и куртку, укрыл одеялом, поводил пальцами, придавая «кукле» человеческую форму, и добавил чар. Теперь казалось, что там действительно кто-то спит, даже одеяло колыхалось, издавая посвист.

Майорин с печалью посмотрел на сапоги и, не обуваясь, пошел к выходу.

Скрипучие петли в этот раз не издали ни звука.

В верхних — летних комнатах — не было печей. Мужчина зябко повел плечами, идя по холодному коридору. Открыл дверь.

— Ты похож на привидение.

— Ты тоже. — Он вошел в комнату. У женщины, сидевшей на кровати, были длинные белые волосы. — Зачем ты послала ко мне слепца?

— Что ты наврал своим спутникам?

— Могла бы не заставлять меня врать.

— Извини. Захотелось… тебя напугать…

— Ты меня уже пугала, когда полтора года назад один маг рассказывал мне, что держит тебя в плену.

— А я-то, дура, думала, что я у него в гостях.

— Летта. — Колдун сел на кровать. — Ты никогда не приходишь просто так. Говори.

— Вот так прям? — Летта игриво улыбнулась. — Разве ты не знаешь, что сразу переходить к делу невежливо? Ты должен спросить, как у меня дела, рассказать о своих…

— Летта…

— Ты всегда был хамом. — Она пересела к Майорину на колени, обняла рукой за шею. — Меня прислала Владычица, ее сын, кажется, действительно что-то нашел. Просила не терять здесь времени даром и ехать как можно скорее в Долину Источников. Все? Теперь ты спросишь, как у меня дела?

Я вынула из холодных пальцев меч, прохладная крестовина удобно легла в ладони.

— Нравится?

— И что? — Я развернулась, делая резкий выпад, но Фарт даже не шелохнулся.

— Дарю.

— Странный способ делать подарки. Жестокий.

— Я ему не приказывал кидаться на тебя со спины, даже предупреждал,

что делать этого не следует. Хотя не думал, что ты увернешься настолько легко. — Агний Фарт обвел глазами узкую лестницу, где на первый взгляд и деваться-то от нападавшего некуда.

Некуда. Напавшему от мнимой жертвы тоже некуда.

— Как тыуже заметил, меня учили быть истоком. А истоку не стоит разбрасываться своей кровью, размазывая ее по стенам твоегозамка. Она может для другого пригодиться.

— Ты не первый раз забираешь чью-то жизнь.

— Не первый, — согласилась я.

— А мой племянник тоже был не первым?

Я посмотрела на мага, который должен был меня охранять, но решил поступиться приказом. Невидящие глаза смотрели в потолок.

— Первым. И единственным.

— Исток, убивающий магов. У тебя есть шанс войти в историю, сударыня Айрин.

— У вас тоже, сударь.

— Но на чьей стороне ты будешь? — Фарт протянул мне руку.

— Исток, убивающий магов. — Я повторила фразу, смакуя слова. — Хотите быть третьим в моем списке?

Фарт убрал руку.

— Ты все еще пленница.

— Я помню.

Летта потянулась, зевнула.

— А как ты оказалась в Инессе?

— Ты все портишь, колдун, — буркнула она, но потом все же ответила: — Меня пригласили.

— Зачем?

— Для решения тех вопросов, в которых ты ни беса не смыслишь.

— Такие есть? — Майорин и не подумал обижаться, задумчиво пересчитывая пальцем позвонки собеседницы.

— Представь себе.

— Твой слепец сидит под дверью.

— Лучшего охранника не сыскать. Его не обманут глаза.

— Где ты его подобрала?

— А не скажу. Это мой эмпат, чувствует любую силу. Даже если ты вскользь подумал о чем-то неприятном, он будет об этом знать.

— И зачем он тебе?

— Лучше спроси, зачем ему я… — Летта повернулась к колдуну лицом.

Серебром сияли глаза с белой радужкой, которую отделял от белка лишь черный ободок. Будь в этой комнате кто-то третий, он непременно бы подметил странное сходство меж этими двумя.

Но только слепец за дверью знал о ночном разговоре, и все же он не слышал ни звука из произнесенных этими двумя слов в холодной комнате корчмы в селе Выбеленки.

Тем временем этажом ниже раскрыл глаза глава «ордена убийц», он мгновенно заметил неприметные для простого человека детали и понял, что место его друга на лавке заняла «кукла».

Эльф соскользнул с лавки и по-кошачьи вспрыгнул на печь. Человек, укрытый старой дохой, дернулся, но каратель успел раньше. Тонкие бледные пальцы коснулись лба человека.