Истон

Уэбстер К.

– Истон, – вскрикнула Лэйси.

И тут же достигла кульминации.

«Господи, пожалуйста, прости меня». 

ГЛАВА 4

Лэйси

Мне было стыдно признаться, но несмотря на то, сколько времени я провела с Шоном, он не смог заставить меня кончить. Ни разу. Я просто была рада быть с ним и думала, что просить оргазм эгоистично. Хотя эгоистичным было как раз то, что он требовал секса каждый раз, когда у него была свободная от невесты минута. Быстро. Грязно. И

всегда кончал лишь один человек. Но все это стоило того, когда я забеременела. Это было правильно. Я полюбила ребенка, как только помочилась на эту полоску теста. Мама, после слез и разговоров о разочаровании, согласилась помочь мне вырастить малыша.

Но потом Шон сел в тюрьму, а я потеряла Майки.

Оглядываясь назад, я видела ситуацию более ясно. Шон не был добр ко мне. Он меня использовал. Я была невинной и уязвимой, когда угодила прямо в его ловушку.

А Истон... я никогда не чувствовала себя так раньше. Конечно, я дурачилась с парнями до того, как переспала с Шоном, но ни с кем не испытывала таких эмоций. Никто не заставлял меня кончить от одного пальца, даже не снимая трусиков.

Истон сводил меня с ума.

Он вернул к жизни ту часть меня, которая, как я считала, умерла вместе с Майки.

Истон был другим.

Открыв глаза, я увидела, что он смотрел на меня. Жар и голод в его взгляде буквально пронзили меня. Мне хотелось умолять его отнести меня в свою комнату и заняться со мной любовью. Я уже открыла рот, чтобы попросить об этом Истона, когда зазвонил мой телефон.

Мне было так обидно, что звук разрушил чары.

Я была совсем не рада, увидев панику в его сине-зеленых глазах цвета воды в Атлантическом океане, которое мы часто посещали во время летних каникул. Вся напряженность, с которой Истон только что смотрел на меня, исчезла. Его черты исказило чувство вины, и мне стало обидно, что он так выглядел. Разве Бог был бы против, если две души тянуло друг к другу? Он искренен и добр, я была в этом уверена. Я не чувствовала себя грешной. Жаль, что не могла стереть эти эмоции с лица Истона и заставить его понять то же, что и я.

– Ты должна ответить, – хрипло выдавил он. Истон руками обхватил меня за бедра и снял со своих колен. Когда он поднялся, я заметила выпуклость возбуждения на его джинсах. – Лэйс, ответь на звонок.

Я моргнула, чтобы отогнать оцепенение.

– Алло? – отозвалась я, мое дыхание было прерывистым.

– Лэйси, милая, где ты?

«О черт, мама».

– Эм, – я даже стала заикаться. – П-просто сижу и смотрю «Ходячих мертвецов» с другом, – не солгала. Истон вышел из комнаты, и меня вдруг затошнило. – Что случилось?

– Сегодня вечером мы ужинаем с тетей Кимми и мальчиками. Я за тобой заеду, просто пришли адрес.

Я запаниковала и произнесла куда громче, чем было необходимо.

– Мам! Нет. Встретимся там. Скажи где.

Мама закричала, очевидно, спрашивая тетю Кимми.

– Ты все еще хочешь китайскую еду?

– Да!

– «Луна Вок». Ты ведь знаешь, где это? В центре города рядом с офисом нашего адвоката? Помнишь, милая? – спросила она.

Я точно знала, где находился этот ресторан. После многочисленных визитов к адвокату, мистеру Александру, мы часто заходили и ели в «Луне Вок». Как же я была рада, что драма с Шоном Поулком позади.

– Буду через двадцать

минут, – со вздохом произнесла я.

– Люблю тебя, Лэйси Лу.

– И я тебя, мам.

Повесив трубку, я обнаружила, что Истон уже сидел на краю дивана с ключами в одной руке и шлемом в другой. Его лицо было искажено гневом, словно он жалел, что прикоснулся ко мне. Поднявшись, я забрала у него шлем.

– Я должна идти, – прошептала я.

Истон стиснул зубы, избегая моего взгляда.

– Знаю. Нам нужно ехать.

Я положила ладонь ему на грудь и хмуро посмотрела на него.

– Ты злишься на меня?

Истон одарил меня тяжелым взглядом.

– Я никогда не смогу на тебя злиться, Лэйс. Я злюсь на себя.

На глаза навернулись горячие слезы.

– Почему?

– Потому, что целовал тебя... потому, что касался... – он хмыкнул. – Я все испортил. Прости.

Я заморгала, пытаясь прогнать слезы.

– За что простить?

– Этого больше не повторится, – уверил он меня, будто и не разбивал сейчас этими словами мое сердце. – Пойдем.

Я быстро натянула шлем, чтобы он не видел, как я плакала. Схватив сумочку, я пошла за Истоном к мотоциклу. Он завел мотор и устроился на сиденье. Как только я села позади него, а моя грудь вжалась в его спину, Истон сорвался с места. Пару раз его ладонь касалась моего бедра, но потом, будто вспоминая, что не должен меня трогать, он отдергивал руку. Это сбивало с толку и вызывало приступы тошноты. К тому времени, как Истон подъехал к «Луне Вок», у меня полностью пропал аппетит.

Я слезла с мотоцикла и разгладила платье, а потом сняла шлем и протянула Истону. Одно долгое мгновение он сверлил меня взглядом.

– Увидимся завтра в церкви, – Истон поднял глаза к небу. – Мне теперь нужно долго молить о прощении.

– Истон...

– Пока, Лэйси.

Я кивнула и чуть махнула ему, прежде чем он уехал.

– Кто был этот красавчик? – спросила тетя Кимми, с которой я столкнулась прямо у дверей ресторана. С ее ярко-оранжевых губ свисала сигарета.

– Эм... друг.

– У меня никогда не было таких друзей в старшей школе. Возможно, тогда бы я залетела раньше, – она фыркнула, найдя свою шутку смешной. У меня же эти слова оставили во рту кислый привкус. Заставили вспомнить о Майки. Может, он и был зачат по ошибке, но я никогда не думала о нем таким образом. Мне очень хотелось этого ребенка.

Проигнорировав тетю, я прошла мимо нее и направилась к маме, сидевшей в ресторане. Тетя Кимми шла за мной по пятам, болтая о том, что нужно найти «сладкого папика», пока моя грудь все еще хороша. Бедная мама пыталась усмирить бешеных близнецов, Джимми и Джонни, пока они пытались вытащить рыбок кои из фонтана в центре ресторана. Почему она согласилась поужинать с этими сумасшедшими – было выше моего понимания.

– Мальчики, хватит, – рявкнула на них тетя. – Садитесь.

Они заворчали, но, к моему удивлению, повиновались. Мама вздохнула с облегчением. Все говорили, что мы с ней очень похожи. Маме почти сорок, но она выглядела молодо для своего возраста. Папа умер, когда мне было три года, и она всегда в первую очередь заботилась обо мне. Ставя выше всяких свиданий и тому подобного. Впрочем, мужчины все равно ею интересовались. Даже учителя в школе раньше спрашивали у меня ее номер. Как грубо.