Итоги № 29 (2013)
Шрифт:
— Андрей, необычная у вас фамилия. Из англичан будете?
— Не совсем так. Я сам с Урала, родился в городе Миасс Челябинской области. Хартли — это фамилия моей первой жены Саманты Хартли. Мы познакомились, когда я еще студентом подрабатывал в супермаркете «Калинка-Стокманн». К слову, Саманта же дала мне деньги на открытие первого бизнеса.
— Большую сумму?
— Шесть тысяч долларов. Через два года мы с моим партнером Антоном Лялиным вернули уже 10 тысяч — все по-честному.
— Об этом чуть позже.
— Первый рубль я заработал после 8-го класса, когда устроился на Уральский автозавод, производящий тяжелые грузовики «Урал», контролером в отдел технического контроля. Моя первая зарплата была 105 рублей, из них 95 я потратил на куртку-аляску, которую шили в Челябинске на экспериментальном швейном объединении. Хоть она была не такая модная и престижная, как турецкая, но тоже выглядела симпатично. К тому же импортная стоила у фарцовщиков 350 рублей!
После 9-го и 10-го классов разгружал вагоны. За вагон с грузом в 60 тонн платили 60 рублей, обычно бригада была из 5—6 человек, и справлялись мы с этим объемом за 5—6 часов работы.
Поступать я решил в московский вуз. Выбор пал на «Плешку», экономический факультет, специальность «бухгалтерский учет». Учебу совмещал с работой в продуктовом магазине «Стокманн», одном из первых валютных супермаркетов в Москве. Получал 80 долларов, и на тот момент, в 1990 году, после обмена валюты на черном рынке на руках оставалось денег больше, чем у обоих моих родителей, работавших на Уральском автозаводе. Тогда я впервые почувствовал себя богатым человеком. Чуть позже устроился в американскую компанию Quality Products International, поставщика продуктов питания в магазины и рестораны, которую основал предприниматель из городка Литтл-Рок штата Арканзас. Его звали Грэм Кэттлет, на тот момент он уже был очень состоятельным бизнесменом, имеющим успешную юридическую практику, но искал новые возможности. Вот он и приехал в начале 90-х в Москву искать свое счастье. Остановился на идее импорта продуктов, преимущественно из США.
Работа в его компании была хорошей языковой практикой, приходилось постоянно общаться на английском. В денежном плане — тоже грех жаловаться. На тот момент я стабильно зарабатывал около двух тысяч долларов в месяц, в 1993—1994 годах это были хорошие деньги.
По специальности, бухгалтером, я проработал год, но потом решил перевестись в отдел продаж. Там же, к слову, в Quality Products International, я познакомился со своим бизнес-компаньоном Антоном Лялиным, с которым мы работаем вместе по сей день.
— Как смогли перестроиться с заполнения таблиц на живое общение?
— Поскольку человек я достаточно общительный, это было не так сложно. Готовой клиентской базы мне не дали, всех наработал сам. Достаточно было пройтись по улице и заглянуть в первый попавшийся магазин. Заходишь, делаешь презентацию компании, договариваешься о поставке. Все же было в дефиците! Довольно быстро я набрал более 20 клиентов, но больше мне брать не разрешали, мотивируя это опасением за снижение качества обслуживания.
И опять стало скучно. Ты молодой, деятельный, активный, постоянно что-то предлагаешь. Хотелось больше работать и больше зарабатывать. На этой почве мы и сошлись с Антоном, поскольку были жутко энергичными и не совсем довольными
— И в один прекрасный день...
— Ну не совсем так. Просто сложились благоприятные обстоятельства. Я ушел из Quality Products International в новый проект, но потом остался без работы и опять занялся поиском. Так получилось, что один из сотрудников все той же Quality Products, американец Рэнди Митчелл, ушел из компании и переехал в Питер. Там он со своей русской женой открыл компанию. Как-то Рэнди позвонил мне и предложил стать их представителем в Москве и продавать замороженные продукты. Мы с Антоном приехали к нему на переговоры и обо всем договорились. Вернулись в Москву, зарегистрировали компанию Global Foods. Было это в феврале 1996 года. Только потом мы вдруг выяснили, что морозильных складов у нас нет, транспорта для доставки продуктов тоже нет. В общем, столкнулись с тем, что компания у нас есть, а возможности торговать тем, чем мы напридумывали, нет.
Но, как в Писании сказано, «ищите да обрящете». Первый клиент появился довольно быстро. Антон в Quality Products работал в отделе поставок продуктов в рестораны, и однажды ему позвонила менеджер по закупкам из гостиницы «Олимпик Пента» (в настоящее время отель «Ренессанс Москва Олимпик») и пожаловалась, что куда-то пропал ее поставщик шведской минеральной воды. Она попросила нас организовать поставку партии минералки, сообщив, что закупает ее по 72 цента за бутылку. Мы ноги в руки и помчались в Санкт-Петербург на завод «Балтика». Забавно, что он занимался дистрибуцией минеральной воды, поскольку того требовали его акционеры шведы.
На заводе складывалась патовая ситуация: за пивом фуры стояли в очереди по несколько недель, а минералка никому не была нужна. Когда мы приехали, нам были так рады, что моментально подписали все бумаги и даже сразу дали отсрочку по платежам в 14 дней. Минералку мы купили в Питере по 56 центов, привезли в Москву и поставили в гостиницу. Так и прошел наш первый заказ.
Потом стали ходить по магазинам и ресторанам и предлагали эту шведскую воду. В Люберцах у знакомого арендовали уголок на складе, начали наращивать ассортимент, добавили консервов. С американцем больше не общались.
— Про стартовый капитал мы уже знаем. Как рос ваш бизнес?
— С 96-го года мы постоянно увеличивали выручку, наращивали продажи, увеличивали ассортимент. В первые месяцы 96-го года оборот составлял 60—80 тысяч долларов. В 98-м году он увеличился до 100—120 тысяч в месяц. Компания развивалась более или менее равномерно. Были этапы роста, были и периоды стагнации. Но это нормально, ведь фирма, как живой организм, проходит определенные этапы развития.
— В том числе и кризисы. Дефолт 98-го года вас не подкосил? Вы ведь наверняка поставляли импорт.. .