Кадж
Шрифт:
Она подала Брету яичницу с беконом и села за стол напротив мальчика. Брет не отрывал глаз от книжки, которую читал со вчерашнего дня. После завтрака его мать обычно начинала хлопотать по хозяйству, и, если он начинал разговаривать с ней до того, как она выпьет вторую чашку кофе, она могла накричать на него.
– Можно поговорить с тобой, Брет?
Он изумленно уставился на нее, заметив, что сегодня мать какая-то странная, не такая, как всегда. Она явно нервничала. Брет закрыл книгу и сказал:
– Конечно, мама.
– Не хочется ли тебе...
– она
Брет улыбнулся. Он выезжал из Мэна всего два раза в жизни - в Портсмут, Нью-Хэмпшир, с отцом. Джо перегонял туда "форд" 1958 года.
– Конечно, - сказал он.
– А когда?
– Думаю, в понедельник, - ответила мать. После Четвертого Июля. Мы уедем на неделю. Согласен?
– Конечно! Правда, я думаю, у папы будет много работы, и он...
– Я еще ничего не говорила твоему отцу. И не собираюсь.
Улыбка сползла с лица Брета. Он нацепил на вилку кусок бекона и принялся жевать его.
– Я хочу поехать туда вдвоем с тобой, - пояснила Шарити.
– На рейсовом автобусе.
Брет исподлобья взглянул на нее. И тут за окном он увидел Каджа, медленно взбирающегося по ступенькам. Своими красными грустными глазами он смотрел на ЖЕНЩИНУ и МАЛЬЧИКА. Сегодня он совсем плохо себя чувствовал.
– Ну, мам, я не знаю...
– Не говори так.
– Извини.
– Ты бы хотел поехать? Если бы отец разрешил?
– Конечно. А ты думаешь, он может разрешить?
– Возможно, - она задумчиво смотрела в окно.
– А далеко до Стратфорда, мама?
– Около трехсот пятидесяти миль, мне кажется.
– Далеко... Это...
– Брет!
Он внимательно глянул на нее. Что-то странное было и в ее лице, и в голосе. Какая-то нервозность.
– Что, мама?
– Как ты думаешь, есть что-нибудь такое, что твой отец хотел бы купить? Что-нибудь, что он давно разыскивает?
Взгляд Брета немного прояснился:
– Ну, он всегда ищет новые прокладки... И потом, его пила совсем затупилась...
– Нет, ты не понял меня. Что-нибудь большое. Значительное.
Брет задумался и вдруг улыбнулся:
– Знаешь, ему давно хочется купить золотую цепочку.
– Он помолчал. Но ты не сможешь купить ее. Это очень дорого стоит.
Дорого. Любимое словечко Джо. Она ненавидела это слово.
– Сколько?
– Ну, в каталоге я видел одну такую цепочку, и она стоила тысячу семьсот долларов.
Говорит совсем как его отец. О, Боже!
– Что ж, ешь свою яичницу, - сказала Шарити.
– Я не собираюсь дважды разогревать ее.
Он ел, тщательно пережевывая каждый кусочек и не сводя с нее глаз.
– И ты знаешь, где продаются эти цепочки?
– спросила она сына.
– Да. В магазине мистера Беласко. Это он прислал отцу каталог. Если бы у нас было столько денег!
Ее рука скользнула в карман халата. Там лежал лотерейный билет. Она играла в лотерею с 1975 года, и наконец на этот
– У нас есть столько денег, - сказала она, и Брет изумленно уставился на нее.
Кадж лежал на полу в гараже в полузабытьи. Здесь было жарко, но все же менее жарко, чем на улице... И свет здесь был не такой яркий. Раньше это не имело для него значения; более того, он даже любил яркий свет. Сейчас свет мешал Каджу. Болела голова. Болели все мышцы. Свет до боли резал глаза. Каджу было жарко.
Жарко и плохо.
МУЖЧИНА куда-то уехал. Вскоре после его отъезда МАЛЬЧИК и ЖЕНЩИНА тоже куда-то уехали, и он остался один. МАЛЬЧИК поставил возле него большую миску с едой, и Кадж заставил себя немного поесть. Но после еды ему стало не лучше, а хуже, и он оставил большую часть недоеденной.
Внезапно во двор въехал грузовичок. Кадж с трудом поднялся и направился к двери сарая, заранее зная, что приехал кто-то чужой. Он знал звук мотора грузовика МУЖЧИНЫ и семейного автомобиля. Кадж стоял в дверном проеме, жмурясь от яркого света. Грузовик въехал во двор и остановился. Из кабины вышли двое мужчин и направились к сараю. Кадж отступил в полумрак.
Грузовик приехал из Портленда. Три часа назад Шарити Камбер и ее все еще не пришедший в себя сын вошли в центральный банк Портленда и Шарити выписала чек на приобретение золотой цепочки, стоящей ровно 1241 доллар 71 цент. Перед этим она заглянул в контору, занимающуюся выплатой выигрышей в лотереях. Абсолютно растерянный Брет, забыв вынуть руки из карманов, стоял рядом с ней.
Клерк объяснил Шарити, что выигрыш она сможет получить полностью только через две недели, и из него вычтутся налоговые платежи, которые, исходя из прошлогодней декларации о доходах Джо Камбера, составят около восьмисот долларов.
Невозможность сразу получить деньги абсолютно не расстроила Шарити. Она все еще не верила, что ее выигрыш - правда. Клерк, ласково улыбаясь, поздравил ее. Он забрал билет и взамен его выдал Шарити свидетельство о полученном выигрыше.
Итак, ее посетила Госпожа Удача. Посетила в первый и, вероятно, в последний раз в ее жизни. Шарити была практичной и умной женщиной и осознавала, что в душе ненавидит своего мужа и боится его, но знала, что им предстоит прожить вместе всю жизнь и вместе состариться. Она понимала, что, скорее всего, переживет мужа и останется после его смерти вдвоем с Бретом - так потрясающе похожим на него сыном.
Если бы она выиграла свои пять тысяч в десятый раз подряд, она спокойнее отнеслась бы к этому событию. Но это был первый в ее жизни выигрыш. Теперь она сможет повезти Брета в Коннектикут и даже заплатить сестре за проживание в ее доме.
Больше ей не суждено встретиться с Госпожой Удачей. Поэтому, когда клерк забрал у нее выигрышный билет, она даже испытала нечто вроде сожаления. Она отлично понимала, что теперь, если даже она будет покупать лотерейные билеты каждую неделю до конца жизни, она не выиграет больше двух долларов.