Кадж
Шрифт:
Она вспомнила, что у них с собой есть какая-то еда. В сумке были термос с молоком и пару бутербродов. Она спросила Теда, будет ли он есть, но мальчик отказался, сказав, что хочет спать. Донна отпила немного молока. Странно, но она тоже не была голодна. А, может, причина крылась в том, что откуда-то из темноты - она это чувствовала - на них глядят безумные глаза собаки.
"Он стоит и смотрит на нас".
Вот и погас красный отсвет. Спустилась ночь. Небо потемнело, луна еще не взошла.
"Что же делать?
–
– Видимо, спать. Все равно ничего другого не остается. Собака все еще здесь. Аккумулятор нуждается в отдыхе. Утром она попытается снова. Так почему бы не поспать?"
Но только она начала дремать, как какой-то странный звук разбудил ее. Это зазвонил телефон в доме Камберов. Звук разбудил не только Донну. Из своего укрытия вышел Кадж и начал рычать. Потом, приблизившись к двери, он принялся наносить в нее удары всем телом.
"Нет, - с ужасом подумала Донна, - о, нет, прекрати, пожалуйста, прекрати..."
– Мамочка, я хочу в туалет!
Собака билась о деревянную дверь. Донна слышала скрип ужасных зубов.
– Мамочка, я хочу пи-пи!
Телефон прозвонил шесть раз. Восемь раз. Десять. Потом умолк.
Донна перевела дыхание.
Кадж стоял у двери и рычал. Потом он взглянул на "пинто", встретился взглядом с Донной - и совершил непредсказуемый поступок: он вновь вошел в гараж и скрылся с виду.
На плече у Донны продолжал ныть Тед:
– Мамочка, мне очень нужно в туалет!
Она беспомощно посмотрела на сына.
Брет Камбер медленно положил телефонную трубку.
– Никто не отвечает. Думаю, его нет дома.
Шарити кивнула, не слишком удивленная. Они звонили из дома Холли, снизу, из прекрасно обставленной гостиной. О, как бы хотелось Шарити, чтобы ее дом выглядел точно так же!
– Наверное, пошел навестить Гарри, - сказала она.
– Да, скорей всего.
Шарити надеялась, что Брету не придет в голову звонить Гарри Первиру, поскольку она предполагала, что его телефон тоже не ответит. Тогда бедняга Брет совсем расстроится.
– Как ты думаешь, мама, с Каджем все в порядке?
– Конечно, иначе твой отец не ушел бы и не оставил его самого, сказала она, не очень веря в то, что говорит.
– Давай подождем до утра и снова попробуем позвонить. Сейчас пора в постель. Уже почти десять часов. У нас сегодня был трудный день.
– Я совсем не устал.
– И все же пора спать. Слишком большая нагрузка вредна для нервной системы.
– Ты тоже собираешься спать, мама?
– Еще нет. Я посижу на кухне с Холли. Нам есть о чем поговорить.
Брет лениво протянул:
– Она похожа на тебя. Тебе это известно?
– Правда?
– удивилась Шарити.
– Ну разве что немного. А она тебе нравится?
– Она - да. А вот он...
– Тебе не нравится дядя Джим?
– Пока
– А разве это плохо, сынок? Когда-то он был беден и не мог позволить себе всего этого. Теперь времена изменились.
– Дядя Джим был беден?
– Ну, не совсем нищий, конечно, но денег у них было мало. Слава Богу, сейчас они отнюдь не бедны.
– Но, мама, ведь все это куплено! Он ничего не сделал в доме своими руками. Наверное, сам он не умеет...
– Глупости. Он умеет очень многое.
– Но папа сказал...
– Ты уже почти взрослый, Брет, и должен понимать, что не все, что говорит твой папа - правильно.
– Я знаю это, - сказал Брет, оглядывая гостиную.
– И все же в этом доме ничего не сделано его руками, только куплено.
Шарити грустно посмотрела на сына. Влияние отца. И что же она может поделать? Допустим, за неделю он немного изменит свое мнение о дяде, но потом... Потом они вернутся домой, и все начнется сначала.
Донне снилось, что приехал Вик.
Будто он подходит к "пинто" и открывает дверцу. Нам нем - его лучший костюм и новые туфли. "Выходите, - говорит он.
– Выходите, пока не появились вампиры".
Она пытается рассказать ему о своих страхах, о бешеной собаке, но не может сказать ни слова. И тут из темноты появляется Кадж. "Осторожно! хочет закричать она.
– Его укус смертелен!.. смертелен!..", но из горла вырывается только какой-то хрип.
Но когда Кадж намеревается броситься на Вика, тот поворачивается к собаке лицом и наставляет на нее вытянутый палец. Голова Каджа разлетается вдребезги. Глаза, выскочив из глазниц, катятся по дорожке, а вся площадка перед гаражом залита кровью.
"Не беспокойся, - говорит во сне Вик.
– Не бойся старой собаки. Ты уже получала сегодня почту? Собака не важна, важна почта. Почта самая важная вещь в мире. Ясно? Почта..."
На этом месте Донна внезапно проснулась. Она взглянула на Теда. Он крепко спал, свернувшись калачиком.
Почта...
Да ведь сегодня вторник, а по вторникам приносят почту!
По ее щекам, оставляя грязные потеки, полились слезы. Неужели скоро этот кошмар закончится? Появится почтальон, увидит, что здесь происходит, и спасет их...
Вик уехал на десять дней. Но вчера и сегодня он наверняка пытался дозвониться домой и не мог не забеспокоиться. Рано или поздно он решит выяснить, что же с ними произошло, прилетит домой, найдет ее записку... Возможно, он окажется здесь даже раньше почтальона. Да и Камбер с женой и сыном... Очевидно, все семейство куда-то уехало на пару дней - должны вернуться. Ведь они не могли оставить свою собаку надолго.