Кальдрон
Шрифт:
– Не успеет, – треснуто улыбается Маркус, впервые за почти сутки морщины на лбу разглаживаются. – Я убью Хьюго, получу Амахо, а потом я доберусь до Обрадо и узнаю, кто подставил моего отца.
– В Обрадо мой дедушка, и он не виноват…
– Если в смерти моего отца есть его рука, то то, что он твой дедушка, ему не поможет. Убийц моего отца не спасти, – парень замечает, как бледнеет Иса, которая сразу думает об Илоне. – Кроха, тебе давно пора выбрать сторону, и я думал, что ты её уже выбрала.
Иса молча обнимает брата и, даже несмотря на то, что Маркус уже пытается уйти, не отпускает.
–
– Еще чуть-чуть, – просит Иса, нанюхиваясь любимым запахом на всю оставшуюся жизнь.
***
Дома пусто, холодно и пахнет обреченностью. Илона лежит на диване, стеклянным взглядом изучает потолок, а Иса сидит за столом на кухне и помешивает давно остывший чай в чашке. Внезапно со стороны спальни раздается звон разбитого стекла, за которым следуют крики охраны, и очередной камень, разбив окно, падает прямо у ног напуганной девушки. Иса, подскочив с места, бежит проверить маму и видит присевшую на диване Илону.
– Не подходи к окнам, – говорит ей Илона, и обе слышат выкрикиваемое «предатель» со двора. – Хорошо хоть не пули, – массирует раскалывающуюся голову женщина и достаёт из кармана мобильный.
Иса идёт к двери и, осторожно выглянув наружу, видит прогуливающуюся по двору охрану, нападающих и след простыл. Когда она возвращается в гостиную, Илона, подперев руками подбородок, смотрит перед собой.
– Что дедушка говорил? – опускается рядом Иса.
– Автомобиль пришлёт, хочет, чтобы мы уехали, но я знаю, что ты предпочтёшь, чтобы нас вместе с домом взорвали, но никуда от своего брата не уедешь, – разглаживает ладонями брюки на коленях женщина. – Только Маркус, может, уже и не вернётся, Хьюго его живым не отпустит.
– Мама, прошу, не говори так, – с мольбой смотрит на нее Иса. – Умрёт Маркус – умру и я.
– Всё равно умрёшь, – севшим после долгих рыданий голосом говорит Илона. – Нам не выжить в Амахо после произошедшего, за нами пришлют, тем более учитывая, кто мой отец, то, возможно, сегодня же. Скажем правду про До, нас убьёт твой брат, будем держать втайне – нас всё равно убьют люди Хьюго.
– Так не бывает, всегда есть выход, – терзает свои пальцы Иса.
– Он есть, – смотрит на нее Илона, – мы можем уехать в Обрадо.
– Я не могу оставить Маркуса, – резко встаёт на ноги Иса.
– Перестань мыслить, как дитя, ты уже взрослая девушка и подумай, что от вашей бессмысленной связи страдаешь не только ты, но и он, – устало говорит Илона. – Маркус не сможет нас защитить, ему нужно защищать себя. Ему нужно спасать свою жизнь, концентрироваться на свалившихся на него проблемах, а не заниматься защитой той, кто отчасти в этих проблемах и виновата. Уедем к дедушке, поверь мне, ты не пожалеешь. Да, сперва будет тяжело, но чувства без подпитки склонны к увяданию, и это пройдёт. Какая любовь в четырнадцать, Иса? Ты сделала Маркуса своим героем, потому что он единственный парень, которого ты знаешь и видишь. Ты привязана к нему и любишь его, но это совсем не то. Ты ещё познаешь вкус настоящей любви.
– Я люблю и буду всегда любить только его, – твердо говорит Иса, – я не могу его бросить.
– Я и не настаиваю, – вновь ложится Илона. – Будь по-твоему, я даже твои звонки возьму на себя, только учти, что твой
– Я умру без него, – растерянно смотрит по сторонам Иса, словно ищет, за что зацепиться.
– От любви не умирают, – с горечью улыбается Илона. – Я любила До. Он был первым мужчиной, которого я полюбила, пусть мы и ссорились, и я виновата в том, что произошло, – всхлипывает, и горячие слезы снова обжигают лицо, – но я безумно любила его. Как видишь, он лежит в сырой земле, а я жива и здорова. Ты начнёшь новую жизнь в Обрадо, и если она без него и правда будет невыносимой, то ты сможешь вернуться.
– Правда? Потом, когда вопрос с Хьюго уляжется, я смогу приехать обратно? – с надеждой спрашивает девушка.
– Конечно, я же не привяжу тебя к себе. Пусть Маркус оправится, поднимется на ноги, и если ваши чувства за это время не угаснут, мы вернёмся, если, конечно, он захочет тебя вернуть. Это будет проверкой и его чувств.
– Я думаю, что по прошествии времени и поговорить с ним будет легче, я объясню, что ты не хотела так, что вышло недоразумение, а я вообще звонила деду из-за подарков, он поймёт, – тараторит Иса.
– Тут я сильно сомневаюсь и не советую тебе ни при каких условиях открывать эту тему, – испуганно говорит Илона.
– Сегодня в морге, – вновь опускается на диван Иса, – я испугалась, что однажды на том столе будет лежать Маркус. Я так сильно испугалась, что у меня чуть не остановилось сердце. Это было страшнее всего, что я до сих пор переживала. Это даже страшнее мысли, что он узнает правду и убьёт меня. Поэтому я хочу, чтобы он жил, хочу, чтобы всё у него получилось, и пусть я буду в тысячу километров от него сгорать в одиночестве, главное, чтобы я знала, что он жив.
– У тебя столько причин уйти и ни одной остаться, – двигается к дочери Илона. – Уехав в Обрадо, ты спасёшь и наши жизни, и жизнь своего брата. Иса, ты должна понимать, что любовь – это не только счастье, но и жертвы.
– Я буду надеяться, что он никогда не доберется до Обрадо и не узнает правду, и тогда я смогу вернуться к нему, и всё будет по-прежнему, – опускает глаза девушка. – Я поеду с тобой, но я хочу с ним попрощаться.
– Нельзя, он не поймёт, что это ради его же блага, он тебя не отпустит, – выпаливает Илона. – Ты напишешь ему письмо, но не скажешь правду, чтобы твой брат, подвергая себя риску, не бросился в Обрадо. Скажи ты ему, что уезжаешь ради него же, он придет за тобой. Про то, что случилось с До, мы и так сказать не сможем. Поэтому убеди его, что ты уходишь потому что боишься здесь жить, потому что нет защиты, на дом напали, потому что наконец-то поняла, что хочешь нормальную жизнь в безопасности и достатке. Напиши, что тебе надо подумать о вас, что чувства не всегда решают всё, и ты хочешь свои проверить, потому что чувствуешь сомнения. Не оставляй ему надежды сейчас, ты подаришь ему её потом. В будущем ты объяснишь ему, что сделала это ради него же. Сейчас он не должен хотеть тебя забирать.