Канашибари
Шрифт:
— Давай выберем кои, — повторила я.
И, не дожидаясь ответа подруги, открыла шкатулку. Минори, казалось, сжалась, но ничего не произошло. Я заглянула внутрь шкатулки и увидела еще две такие же, но меньшего размера.
Минори посмотрела через мое плечо и с сожалением вздохнула:
— А дальше что? Шкатулки еще меньше?
Я вытащила новые коробочки и поставила их на столик. И тут же удивленно приподняла бровь: трёх остальных шкатулок на столе больше не было.
— Ничего себе… — пробормотала подруга.
Я принялась рассматривать новые шкатулки. Их также украшала изящная роспись: миниатюрная гейша и самурай
— Не знаю, что именно мы сейчас выбираем, но я за гейшу, — тряхнула головой Минори. — Говори, что хочешь, но только не самурай.
Я пожала плечами:
— Хорошо, — и потянулась открыть шкатулку.
— Подожди! — Минори схватила мою руку. — Может все таки сначала обдумаем и обсудим?..
— Ты же только что сказала, что не согласишься на самурая? — я мрачно посмотрела на подругу.
— Да, но… Может, тебе в голову придут убедительные аргументы за самурая…
Я тяжело вздохнула.
— Пока не приходят. Давай выберем гейшу. — Я действительно не знала, что могут означать эти рисунки, но воин с катаной выглядел угрожающе.
Я открыла шкатулку, и та снова оказалась пустой. Вот только на столе внезапно появились изящная кисть, стопка бумаги васи [35] , брусок туши, тушечный камень и маленький кувшинчик с водой.
— И что мы должны делать? — Минори огляделась.
35
Васи (??) — японская бумага, в которой используется местное волокно, обработанное вручную и изготовленное традиционным способом.
Я тоже. Комната была абсолютно пустой, только столик и письменные принадлежности. Отодвинуть фусума я пока не пыталась, помня о первом… кайдане.
— Смотри! — воскликнула Минори. Я проследила за ее взглядом, и увидела, что на одном из листков васи что-то проявилось.
Мы подвинулись ближе и прочитали выведенную каллиграфическим почерком надпись. Я поморщилась.
— Что мы готовы поставить? — Минори наклонила голову набок, а потом нервно усмехнулась: — Эх, не зря мама в детстве водила меня на уроки каллиграфии.
Девушка присела у столика и, капнув в тушечницу воды, начала аккуратно водить по камню бруском. Через пару минут Минори обмакнула кисть в тушь и, одобрительно кивнув, занесла руку над васи, держа кисть перпендикулярно листу.
— И на что мы будем играть? — выдохнула Минори. Рука с кисточкой задрожала.
Я, задумчиво нахмурившись, присела рядом.
— Знания по истории или литературе сойдут? На медицинском они не так нужны, — отозвалась я.
— Несмешно, Хината, — простонала Минори. Она казалась нездорово бледной. — Я не хочу терять ни зрение, ни слух, ни речь…
— Еще не факт, что потеряешь. Ладно, давай так, нам не надо ставить что-то каждой. Достаточно предложить что-то одно. Поэтому давай ставить по очереди. Я начну.
Минори зажмурилась и через пару мгновений кивнула.
Нахмурившись, я задумалась. Что бы поставить? Что для меня более ценно, а что менее? Грудь пронзила острая боль, так что я зажмурилась. Самое дорогое я уже потеряла. Что еще терять?
Зрение, осязание, слух? Я потеряла брата и живу без него, неужели не справлюсь с жизнью, к примеру, без голоса?
Я подвинулась ближе к Минори и, забрав у нее кисточку, — возможно, слишком резко, —
— Обоняние? — Минори обхватила лицо руками. — Почему обоняние?
— Если потеряю — смогу пережить. Остальные органы чувств мне нужнее, особенно здесь. А своими знаниями я слишком дорожу.
Особенно воспоминаниями. Хотя, возможно, было бы проще, сумей я просто избавиться от всех них…
Тишину прорезала традиционная мелодия. В комнате потемнело, а свет, источник которого я не смогла определить, сконцентрировался у фусума. На непрозрачной бумаге начали проявляться линии, как будто кто-то невидимый решил разрисовать стену в стиле ямато-э.
36
В переводе с японского, «чувство обоняния».
Глава 3
???
Вот только через минуту мы увидели не пейзаж и не бытовую зарисовку. На проявившемся рисунке было изображено сидящее на низком столике животное с вытянутой мордой, острыми ушами и длинным пушистым хвостом.
— И что мы должны с этим…
— Дайкон! — воскликнула Минори.
Я подозрительно скосила на подругу глаза, на мгновение подумав, что та не выдержала напряжения.
— Эй, Хината! — Прищурившись, пробурчала Минори. — Не смотри на меня так. Эта картинка означает «дайкон». Это же хандзи-э [37] — ребус такой.
37
Хандзи-э (яп. ???) — ребусы в виде картин, в которых зашифровано некое другое слово.
Я посмотрела на рисунок еще раз и, наконец, поняла.
— Это не стол, это подставка, и чтение этого слова — «дай», а под этим странным существом подразумевается лиса, чтение — «ко», — медленно произнесла я, и Минори счастливо кивнула. — Ты откуда это знаешь?
— То есть, ты даже на секунду не предположила, что я просто догадалась… — проворчала девушка. — Видела на одном из уроков истории, когда мы проходили культуру эпохи Эдо [38] . Я запомнила, потому что мне тогда сразу пришло в голову, как ты в детстве всегда вытаскивала дайкон из еды, — Минори рассмеялась.
38
Эпоха Эдо — исторический период (1603–1868) Японии, время правления клана Токугава. Начался с назначения Токугава Иэясу сёгуном в 1603 году.
— Ненавижу дайкон, — пробормотала я, думая о том, что все всегда удивлялись, как он может мне не нравиться.
— И что дальше? — Минори все еще улыбалась. — Мы ведь выиграли, да?
Я сомневалась, что все так просто, и огляделась еще раз. На столе теперь появился еще один предмет — песочные часы. И песка в верхней половине почти не осталось.
Я дернулась, едва не разлив тушь, и, схватив кисть, кое-как написала на новом листе ?? — «дайкон».
Минори шумно вдохнула и выдохнула — буквально через пару мгновений после того, как я оторвала кисть от бумаги, вниз упали последние песчинки. Несколько секунд ничего не происходило, а затем снова послышалась короткая мелодия.