Канатоходец
Шрифт:
— Не могу поверить, — сказал он. — Совершенно невероятно, черт бы его побрал!
Он повернулся к Маккриди.
— Предположим, Джордж, сегодня ты ляжешь спать в Осло, а завтра проснешься, скажем, в нью-йоркском отеле. Ты посмотришь на себя в зеркало и увидишь чужое лицо. Какова будет твоя реакция?
— Я подумаю, что рехнулся, — Маккриди покачал головой и улыбнулся. — А если я увижу в зеркале ваше лицо, то и в самом деле рехнусь.
Кэри проигнорировал шутку.
— Однако Денисон не спятил, — задумчиво произнес он. — Учитывая обстоятельства,
— Если он и впрямь Денисон, — заметил Маккриди. — Кто может поручиться, что это не окончательно спятивший Мейрик?
— Бога ради! — взорвался Кэри. — Все это время ты твердил мне, что он — Денисон. Теперь ты делаешь поворот кругом и говоришь, что он — Мейрик!
Маккриди холодно посмотрел на него.
— Роль адвоката дьявола мне подходит, не правда ли? — сказал он и хлопнул ладонью по столу. — Как бы то ни было, операция все равно летит ко всем чертям.
Кэри тяжело опустился на стул.
— Ты прав. Но если этого человека зовут Денисон, то возникает масса вопросов. Прежде всего, какого дьявола нам с ним делать?
— Мы не можем держать его здесь по той же причине, по какой не могли бы оставить здесь и Мейрика, — сказал Маккриди. — Посольство — это аквариум, а рыбаков вокруг полно.
— Он провел здесь больше двух часов. Для человека, задержанного за серьезное нарушение общественного порядка, это вполне нормально. Предлагаешь вернуть его в отель?
— Под наблюдением, — Маккриди улыбнулся. — Он утверждает, что договорился пообедать вместе с нашей рыжеволосой очаровательницей.
— Он знает, кто она такая?
— Нет.
— Так должно оставаться и в дальнейшем. Ей следует постоянно держаться поблизости от него. Поговори с ней, пусть охраняет его от всяких неприятных неожиданностей. Он в любой момент может попасть в идиотское положение. А его припугни как следует, чтобы не смел выходить из отеля. Ему нельзя появляться на людях без присмотра.
Кэри придвинул к себе листок бумаги и начал писать.
— Затем нам потребуются врачи, но такие врачи, которые будут задавать только те вопросы, которые нам нужны. Специалист по пластической хирургии и… — он мрачно усмехнулся. — …и психиатр. Проблема так или иначе будет решена.
— Мы не можем ждать, — напомнил Маккриди.
— Согласен. Будем исходить из того, что подмена действительно имела место и этого человека зовут Денисон. Мы знаем, когда это было сделано — вчера, ранним утром. Денисона доставили в номер… каким образом?
— На носилках, в бессознательном состоянии.
— Верно. Тяжелобольной пациент, отправленный транзитом под наблюдением опытной медсестры и, возможно, врача. Они сняли номер неподалеку от номера Мейрика, на том же этаже. Мейрика увезли вчера утром — скорее всего на машине «скорой помощи» от заднего входа в отель, по согласованию с управляющими. Администрация отеля не может допустить, чтобы санитары с носилками шлялись через парадное.
— Я займусь этим, — сказал Маккриди. — Мы проверим всех, кто зарегистрировался
— Согласен. Проверь также тех, кто регистрировался и выписывался на прошлой неделе — ведь кто-то должен был довольно долгое время наблюдать за Мейриком.
— Это чертовски долгая работа, — возразил Маккриди. — Можем ли мы привлечь норвежцев к сотрудничеству?
Кэри задумался, затем покачал головой.
— Сейчас — нет. Это может вызвать подозрения.
Маккриди подумал о том, какую груду информации ему придется разгрести. Его лицо приобрело печальное выражение. Кэри откинулся на спинку стула, качнув его назад.
— Затем нужно проверить другой конец — лондонский. Почему именно Жиль Денисон из Хемпстэда? — ножки стула Кэри с грохотом опустились на пол. — Тебя не поразило странное поведение Денисона?
Маккриди пожал плечами.
— Я почти не разговаривал с ним.
— Посуди сам, — сказал Кэри, — мы имеем человека, попавшего в чудовищное положение. Оправившись от первого шока, он не только обвел миссис Хансен вокруг пальца, но и позвонил Мейрику домой. Но почему Мейрику? Почему он не позвонил самому себе?
— Как это понять?
Кэри вздохнул.
— Из Хемпстэда исчез человек по имени Жиль Денисон. Надо полагать, кто-нибудь заметил его исчезновение? Даже если Денисон холостяк и круглый сирота, у него должны быть приятели, должна быть работа, наконец. Почему он не позвонил в Хемпстэд и не сообщил знакомым, что с ним все в порядке, что он жив и находится в Осло?
— Об этом я не подумал, — признался Маккриди. — Это как будто указывает на то, что он — Мейрик, страдающий галлюцинациями, но неспособный привести их в соответствие с реальностью.
Кэри удрученно кивнул.
— Все, что я от него слышал, это «я — Жиль Денисон из Хемпстэда». Больше ничего.
— А что если предложить ему позвонить домой сейчас? — спросил Маккриди.
Кэри покачал головой.
— Нет, этим пусть займется психиатр. Если он и впрямь Мейрик, один неправильно заданный вопрос может окончательно свести его с ума. Нужно найти кого-то, кто наведет справки о Денисоне в Хемпстэде, — он придвинул к себе записную книжку и вырвал из нее листок. — Пора браться за дело. Шифровки в Лондон отправь немедленно, с грифом «Особо важно». Мне нужны знахари и шарлатаны, причем как можно быстрее.
Глава 8
Денисон помешал ложечкой кофе и улыбнулся Диане Хансен, сидевшей за столом напротив него. Он рассеянно улыбался, несмотря на мысль, молнией промелькнувшую в его мозгу и заставившую его желудок болезненно сжаться. Была ли очаровательная Диана Хансен любовницей Мейрика?
Эта мысль поставила его перед дилеммой: стоит приударить за ней или нет? Как бы он ни поступил, вероятность неправильного шага составляет пятьдесят процентов. Неопределенность ситуации портила вечер, еще недавно казавшийся безоблачным и приятным.